Растение (Натур-философия натур. Плантариум) — различия между версиями

н
е трудно убедиться, что отдельная & обдельная страница по обозначенной выше теме «Растение» (как отдельный способ существования) до сих пор не свёрстана, не завёрстана, не отвёрстана и не выложена в открытый доступ. Здесь и сейчас можно лицезреть только влажный огрызок или старый пень (даже без грибов). А потому считаю возможным заметить, что на территории ханóграфа существует не..сколько статей, имеющих прямое, косвенное, опо..средованное или даже ассоциативное отношение к этой, с позволения сказать, «теме» (взятой с листьями или без листьев), которой до сих пор не было поднято (а затем и опущено) в подобном разрезе. А потому, не долго думая, я оставляю на этой теме всемирную экстерьерную дырку или пробел, как это было предыдущие пять тысяч лет. А здесь, в ханóграфе — эта дырка окажется залеплена мягким, отчасти, вялым или даже дряблым пере’направлением на другие статьи, имеющие (кое-какое, иногда косвенное, касательное, опосредованное или принципиальное) отношение к этому затоптанному человеком предмету, а также его бледным теням, отражениям и проекциям (внутренним или внешним)...

1.  Книга без листьев (узелок на память)
2.  Суккуленты (антропоморфная ботаника)
3.  Дерево или животное (от Георгия Гачева)
4.  К чёрту полох (дряблая страница)
5.  Саркостемма (или мясо..молочное растение)
6.  Крестовник (с крестом и без него)
7.  Клубень страха (дряблая страница)
8.  Дьявольское растение бога (амарант аморальный)
9.  Чёртов орех орехового чёрта (с рогами)
10.  Сам ты, лопух (дряблая страница)
11.  Народность, православие, лебеда (кто следующий?..)
12.  Физиология шарма (по человеку)
13.  Цветок его (дряблая страница)
14.  Орден Слабости (для всех животных)
15.  Мышиный горошек (памяти Пимы Дубина)
16.  Чёрные Аллеи (от растений до животных)
17.  Почти лысый, почти карлик, почти как в сказке... (почти человек)
18.  Эпифитные кактусы низких земель (повесть о семи под’вешенных)
19.  Пижма бальзамическая (растение между жизнью и смертью)

на всякий случай напомню ещё раз (а затем и ещё раз, как всемерно известный отбеливатель любой темы повторения), что в истерической, а также натур-философской и тавтологической ретро’спективе (оглядываясь на зад) ботаническая тема растения и растений в общем или прикладном плане была ранее разработана основным автором этого ханóграфа в нескольких фунда..ментальных работах, ни одна из которых не претерпела и..здания (начиная с «первой книги о стапелиях», 1998 и кончая печально известным трёхтомником в пяти частях). При этом число подлогов, обмана и прочей подмётной подлости на ботанической ниве (казалось бы, такой травоядной, такой вегетарианской!..) оказалось не в пример выше, чем на всех прочих. Что за дивный парадокс!.. — тем не менее, он привёл к тому, что часть книг на эту тему мне пришлось не только оставить в тени, но даже не обнародовать их названия, которые несколько раз пытались стянуть... Вернусь, однако, к основной теме этой дряблой страницы.

не стану, однако, дополнительно плодить скорбь, чтобы напомнить, какое количество спекулятивных открытий (а равно и закрытий) было похоронено также и в этой небрежимо высокой теме: растение как способ (причём, способ отличный, и не просто отличный, а принципиально, в корне). И прежде всего, через произвольное сопоставление и противопоставление (см. антропоморфная ботаника), как методы единственно доступные утлому человеческому сознанию, вернее говоря, его повседневному огрызку. Таким путём, всего за несколько дряблых шагов людьми была совокупно утеряна уникальная возможность (отыскания) нового пути из того животного тупика тотального потребления-экспансии, в который себя загнал человек, пренебрегая другими способами существенного существования. Здесь и сейчас эта фатальная исчерпанность (как всегда) заметна особенно рельефно.

и снова повторю: не станут ни малейшего смысла и дальше загибать пальцы, указывая на пробелы и лакуны сознания, так и оставшиеся незалепленными, как это бывало прежде, как это останется и впредь. Теперь же ограничусь голословным утверждением, что залепить их было бы возможно только в утопических условиях внезапного осознания и готовности. И с этой точки зрения трудно переоценить роль растительной методики, полностью пересматривающей взгляды естественных наук на человека и возвращающая его к внутренним истокам теории познания. Не трудно себе представить последовательность. На основании основных методических достижений хомолóгии, новый взгляд на растение как антитезу и пример. Несмотря на провокационный (а местами даже эпатажный) подход этого внесистемного автора к обсуждению фундаментальных вопросов, серьёзность поставленной проблемы невозможно недооценить. — Впрочем, оставим пустые разговоры: очевидно, это уже лишнее, — как наверняка сказал бы один мой старый друг. Ранее такой же подход частично проявился и на территории ханóграфа, где имеется целый ряд примеров различной дряблости в виде страниц об отдельных таксонах или морфологических группах растений. Пожалуй, здесь можно остановить собственные слова, оставить их в стороне и перейти — к сугубо обструктивной части обсуждения.

и ещё раз напомню на всякий случай, что это дряблое от(ст)уп(л)ение объявилось здесь, на этом месте отнюдь не ради красного словца. Страницы (статьи, эссе, сообщения) о растениях вообще и конкретно провели в режиме тлеющей публикации более десятка лет, пребывая в почти готовом для употребления состоянии (не пересоленные, не пересушенные и даже не пережаренные). Представляя собой классический пример неопубликованного прорыва, текст о «растении как таковом» провёл почти полтора десятка лет в форме redlink’а (красной ссылки) почти с полусотни страниц ханóграфа. Тем не менее, сегодня приходится единогласно признать, что ожидание было напрасным. Учитывая почти полувековую отрицательную практику полной бесперспективности диалога с бессознательной популяцией Homos apiens, автор «Книги без листьев» с полным правом может считать себя «непримиримым» вне...конвенциональным типом и, как следствие, закрыть тему публикации большинства закрытых текстов и других артефактов.

И тем не менее, закончу как полагается (за упокой) традиционным формальным оглашением условия, положенного поверх всего (наподобие кучи недоеденных растений). Итак, слушайте и внимайте. Если (вопреки всему) у кое-кого из проходящих мимо ренегатов или апологетов появится отчётливое или даже навязчивое желание как-то инициировать, спровоцировать или даже подтолкнуть сначала вкладку, а затем и выкладку этого немало...важного био..логического материала (если у кого-то ещё повернётся язык назвать его «материалом»), никто не возбраняет обратиться, как всегда, → по известному адресу не...посредственно к (дважды) автору (не до конца утратившему своей растительной идентичности), пока он ещё находится здесь, на расстоянии вытянутой руки (левой). Между тем..., я рекомендовал бы не тянуть известное животное (за хвост) и не откладывать (его) в чёрный ящик. Лавочка довольно скоро прикроется, а затем и совсем прихлопнется..., причём, «бес’ права переписки». — И тогда... уже никаких растений (с открытиями или закрытиями всех так называемых „вопросов“). Только перепревший силос, или жвачка третьей ректификации (которую любой человек и без того имеете в каждый божий день..., под видом собственной жизни).