Чёрный след (Натур-философия натур)

Материал из Ханограф
Перейти к: навигация, поиск
« Чёрный след »
         из цикла « Детские прожекты »
автор : Юрий Ханон    ( для ещё одной скотины )
Физиология шарма 24 упражнения по слабости

Ханóграф: Портал
EE.png


Содержание



09.  Поперёк Лица́

( обрывки древнего пергамента ) [комм. 1]


(из цикла «Детские прожекты») [комм. 2] ( тетрадь Геронтолога ) [1]



Чёрный след   ( повторяю для глухих )

( эскиз разговора )

Naphtha petroleum de la terre.jpg
Нефть на земле [2]



   Честное слово, (какой скандал! — ах, да ведь) я вовсе и не думал вас сегодня пугать. Даже и в мыслях не было. Наверное, это как-то совсем случайно получилось, само собой. Или само собой разумеется. Или не получилось. Или мимо пролетела. Или тем более можно не обращать внимания. Или ничему не бывать. Потому что..., потому что никакое, — я повторяю, — (пускай, даже самое пристальное) внимание ни на существо, ни на его смысл никогда — не влияет, это я вам уж точно гарантирую, как — эксперт. Именно так: эксперт, самый профессиональный эксперт в этом вопросе.

— А также и во всех прочих вопросах, смежных с предыдущим... Дым до небес.

   Итак, господа: прошу ликовать!.., — третьего дня нашу Родину и (особенно!) её государственный аппарат приятно обрадовала очередная милая новость из-за океана (атлантического, как это сейчас принято). Начиная с первых дней этого года к нам (а вернее — к ним, сердешным) добавили ещё один — нолик. Вот так: «нолик»..., — просто и со вкусом. И вроде бы, на первый взгляд — мелочь, а всё ж, знаете ли, приятно. Потому что теперь..., теперь за нашу родную российскую нефть теперь стали давать больше сотни американских долларов. Настоящих, бумажных!.. — Ух!.. Цельных сто долларов за бочку – наверное, это чрезвычайно пр-р-риятное ощущение. Конечно, я лично его не имел..., а потому не могу судить наверняка, какое дивное щекотание это вызывает (у них) на самом деле, но легко могу пред’положить, так сказать, «по системе»... — Во всяком случае, я видел этих людей. Пускай даже издалека... Но изображение у них — было..., причём, довольно чётким. Если судить по особенному выражению на лицах, кто-то сделал им всем — очень приятно. Практически, погрузил в некое блаженство... И судя по всему, они уже чувствовали отчётливый запах..., нет, не бензина. И даже не нефти... Судя по всему, они уже чувствовали отчётливый запах — их..., этих самых долларов.
   Однако, я не упущу случая погрозить им пальчиком..., вослед. Потому что, завязывая свой непременный галстук на лице..., они слишком увлеклись и, как всегда, не учуяли за одним запахом — там, немного позади..., — не учуяли запаха другого, гораздо более сильного и отчётливого. Да..., это была осечка, серьёзная осечка... Потому что не чувствовать, не чуять этот запах – для людей – недопустимая роскошь, или обычная небрежность.

— А ведь это был — он..., запах тлена.

   Позволю себе (всего один) вопрос, очень простой..., до того, знаете ли, простой, что проще него — трудно себе и представить... Иногда, знаете ли, полезно бывает вспоминать о том, что и без того всё время перед глазами. Каждую минуту. Нет, не час... И даже — не день.
   — Ведь что такое, в сущности, нефть... Просто — нефть. И больше ничего. Маленький след... Чёрная подземная жижа, имеющая равно отталкивающий вид и запах... Для всего живого..., отталкивающий. Нет, не для мёртвого. И здесь я ещё раз позволю себе быть банальным и кое-что напомнить. Немало важное... для тех, кто позабыл. [комм. 3]
   Всё что имеет резкий, острый запах – несёт в себе чёткое (и грозное) предупреждение — для всего живого. Резкий запах... Это — яд, опасность, граница или запрет. Впрочем, я напрасно поднял этот старый как мир вопрос. Они..., эти люди уже давно не ведают этого запрета или опасности, и — тянут, тянут свои коротенькие ручонки — к ней, к этой резко пахнущей чёрной подземной жиже. Все человеческие города, сёла и жилища — насквозь провоняли этой тяжёлой жидкостью, вода покрылась нежными радужными разводами, а земля..., земля пропиталась — вниз до последнего культурного слоя.

— Возвращая себе — своё позабытое прошлое. Давно мёртвое...
гриф и марабу, два человеческих брата
Гриф и марабу, два брата [3]

   Словно бы ничего не изменилось. Чёрная земля..., которая осталась чёрной. Или — стала немного чернее... Только оттого, что её пропитала именно она, эта «нефть», настоящая трупная жидкость, результат смерти и гниения миллиардов (нет, не долларов), но — трупов, миллиардов трупов растений и животных, сдавленных и спрессованных толщей земли, занесённых илом и залитых сверху громадными массами грязной взбаламученной воды... — Такой был результат ещё одной небольшой катастрофы на поверхности нашего мира.
   Эта чёрная трупная жижа, — всякий, кто отведает её — почернеет сам, почернеет и пропитается насквозь. И вот, её, эту самую чёрную трупную жижу, несущую в себе отпечаток миллиардов маленьких катастроф и смертей, наши бравые людишки в ежедневном режиме переводят — по курсууглеводорода к доллару, а потом самозабвенно — едят, пьют, вдыхают, наливают, надевают, топчут ногами, жгут и с удовольствием живут с ней круглые сутки. Обнявшись и слившись воедино...
   Должно быть, мне скажут: а что тут такого? — в конце-то концов. Мало ли на свете бравых любителей падали..., разве одни только мы? — Да... Да в том-то и дело, что не одни, далеко не одни, min Herz... И сколько тысяч лет прошло от века, а ведь память всё подводит..., не проходит... — И сколько тысяч лет от века люди, эти бравые сапрофиты, не брезгающие ничем съедобным..., ни червями, ни жуками, ни личинками, эти прекрасные добиватели больных и слабых, эти прекрасные собиратели трупов и недоеденных кусочков с царского стола — отчего-то всегда недолюбливали своих добрых со’братьев: грифов, шакалов, гиен или марабу..., один только внешний вид которых так много говорит..., всякому доброму человеку. — О нём самом, в той сердцевине, о которой он так давно и так сладко хотел бы позабыть..., ну..., хотя бы в силу своего велiчия.
   — И то правда, разве какому-то жалкому грифу... мог даже в страшном сне померещиться такой масштаб..., такой размах... (крыльев). Планетарный..., можно сказать — даже вселенский. Сегодня и здесь..., но не завтра.
   Как бы ни хотелось об этом позабыть..., или умолчать..., но ведь для вашего человека это всё — вполне обыденные, привычные занятия, о которых даже и говорить-то как-то... неловко... Резать кому-нибудь горло (или хвост), жрать мясо давно убитых животных, варить их трупы в мутной воде, пить и нюхать чужую смерть, топтаться на скелетах — всё это привычная норма и проза повседневной жизни. А потому (я скромно полагаю), мне пришла пора как можно скорее — заткнуться.

— Ибо всякое слово имеет за благо — свой конец.

   И вот — можете полюбоваться: он уже здесь. Немножко ниже...
   Есть, знаете ли, на свете одно — очень древнее ассирийское проклятие...[4] Впрочем, далеко не только ассирийское. Ещё оно — египетское, нубийское, монгольское, коптское, арабское, гуннское, китайское, зулусское, грецкое, римское и много ещё какое — человеческое по племени и времени. А звучит это проклятие примерно так :

«...В земле которого найдётся горючая чёрная нафи, нафтум, но-фу, нафта, нефть, жидкая земля, народ этот будет проклят в десяти коленах, и почернеет лицо его, и почернеет семя его, и рассеется он по чужим землям, и сгинет он в земле своей, и сгинет он в землю свою, чтобы стать самому чёрной нафи, нафтум, но-фу, нафта, нефтью и жидкой землёй...»[5]

Звучит по сегодняшнему дню, конечно, простовато, но всё равно не лишено — некоторой приятности.

— Во всяком случае, никак не хуже ста долларов за баррель.

— Кстати говоря, сегодня я рад (сугубо доверительно) сообщить всем присутствующим, что это милое (практически, антикварное) проклятие так до сих пор и не утратило своей сказочной целебной силы.

— Включая, между прочим, и всякую другую...



( форма внутреннего разговора ) каноник Юр.ХанонЪ
состав 7 яр 208.  
про (хладна рвота)









Пояс ’ нение


   Это эссе (несмотря на то, что оно и в самом деле было написано в тот день, который указан чуть выше), — если говорить по правде, то этот срок ровным счётом ничего не значит...[комм. 4] — Пардон, месье. Пардон, мадам. — Оно [комм. 5] является результатом не работы одного дня. И тем более — года. Нет. Разумеется, нет. Не так... — Потому что оно стало результатом всей жизни, конечно. Нет. Не моей жизни, разумеется. Не моей. А в противном случае, разве стоило бы выносить его из избы? — Потому что оно (я повторяю) стало результатом — всей — вашей — жизни. И ни на гран меньше.

обычный пейзаж
Нефть и земля [6]
— Впрочем, и не больше — тоже.

   В тот же день, 7 янря 208 года это эссе (чёрное) было записано (голосом автора, как это ни странно) в качестве фонограммы с (анти)музыкальным сопровождением и отослано куда положено. Если говорить начистоту..., то в идеале этот материал (слегка чёрный) должен был прозвучать на одном эховатом московском радио в качестве цикловой передачи, — «однако» (чтобы не сказать более грубого слова) этого не случилось по причине небрежения одного ренегата (между прочим, кавалера Ордена Слабости), фамилию которого я брезгую здесь публиковать из чистой стыдливости... Несмотря даже на то, что её — давно нет. Сегодня, слегка отряхнутое от пыли и вытащенное из старого шкапа с нафталином, это вещное & вечное эссе (несмотря даже на всю свою выспренную выспренность и постороннюю потустронность) кажется снова — очень точным..., тем более, на фоне очередного падения «мировых» цен на нефть, на сей раз валяющихся где-то у земли — на уровне тридцати или сорока. И ни на доллар меньше.

— Впрочем, и не больше — тоже.

   В конце концов, ведь далеко не одно оно..., это нефтяное эссе... выполненное в форме «чёрного пятна». Как и всякий бравый человек, часть рода человеческого, этот автор не смог сразу остановиться — на достигнутом. Например: ограничившись одним следом (чёрным). Или двумя. К слову сказать, точно с таким же названием (piste noire) — существует ещё несколько произведений. Примерно того же цвета. И консистенции. — К примеру, отрывок одного из них (хотя и очень маленький) можно услышать здесь: прямо у половичка, перед входной дверью. Пока не нажат звонок. И ещё ничего — не открылось. И так будет всегда... День за днём. Год за годом... Пока не кончился их маленький век, число которому ничтожно, как бы велико оно не казалось сегодня и здесь: из-за спины очередного товарища... в пиджаке. Как всегда, оно мало. И ни на каплю больше.

— Впрочем, и не меньше — тоже.

   В конце концов, это эссе ... выполненное в форме радужных разводов, оно ровным счётом ни на что не рассчитывает — и не ставит перед собой ни одной задачи, кроме самой скромной. Здесь и сегодня, в этом бес’причинном месте, давным-давно накрытом серым пиджаком (типично бюрократического покроя) от итальянского портного, не пристало иметь какие-то задачи. Или даже цели. — А потому, не строя особенных иллюзий, я прошу считать моё маленькое пахучее эссе — всего лишь ложкой отборного дёгтя..., деликатно добавленной в вашу прекрасную бочку нефти. И ни на каплю меньше.

— Впрочем, и не больше — тоже.



            



Ком’ментарии


  1. На самом деле цифра «09», поставленная перед заглавием этой, вероятно, древнейшей из «профессий», не означает ничего, кроме порядкового (вернее сказать, порядочного) номера. Проще говоря, номера «Девять», под которым эта статья занимает своё место в означенной выше (и ниже) «Тетради Геронтолога» и в цикле «Детские прожекты». Думаю, эта справка — исчерпывающая.
  2. Идеологическое эссе «Поперёк чёрного лица» несёт на лицевой стороне номер «9» из цикла «Детские прожекты». И всё же, не надеясь на скорое понимание, я бы обозначил его как проект не вполне детский (к примеру, 21+), поскольку эта страница изобилует, так сказать порнографией. Совсем не детской. Ибо..., обсуждаемую тему было невозможно обсудить, не снимая последних тряпок. А также не оголив известных причинных мест (не путать со следственными).
  3. Есть такие простые..., даже простейшие правила, (носа, рта, уха, пальца рук или живота...) которые не позволяет себе забывать ни одно животное. Ни одно..., ну, разве что кроме — одного. Единственного. Если я ещё не позабыл, с кем я здесь разговариваю, месье... И даже — мадам.
  4. К слову сказать, далеко не только это одно. В качестве добавления к только что сказанному, могу ещё припомнить, например, это: «проезжая мимо станции, с меня слетела шляпа», а также ещё несколько дивных протуберанцев памяти одного толстого льва, кости которого недавно были обнаружены под Севастополем, где-то ниже тазобёдренных костей.
  5. Эссе, я хотел сказать, но имел в виду совсем другой предмет. Ещё раз вынужден попросить прощения и проститься. Преждевременно. — Поскольку всё кончилось.


Источники

Ханóграф: Портал
Yur.Khanon.png

  1. Юрий Ханон. «Тетрадь Геронтолога» (200-222). Том первый, стр.61. — Сан-Перебур. «Центр Средней Музыки», — информация только для внутренней документографии Хано́графа.
  2. Иллюстрация. — Карпаты, Словакия, небольшая лужица нефти на земле. Natural oil (petroleum) seep near Korňa, Kysucké Beskydy, Western Carpathians, Slovakia. 1 April 2008.
  3. Иллюстрация. — Африканский ушастый гриф (Torgos tracheliotus) & Африканский марабу (Leptoptilos crumeniferus) 29 august 2008, Republic of Singapore.
  4. Auty Richard M. «Sustaining Development in Mineral Economies: The Resource Curse Thesis». — London: Routledge, 1993.
  5. Юр.Ханон, «Мусорная книга» (том якобы первый), стр.266 — Сана-Перебург: «Центр Средней Музыки», 2002 г.
  6. Иллюстрация. — без комментариев: обыкновенный результат соединения нефти, земли, воды и человека, март 2013 года.



См. также

Ханóграф: Портал
EE.png

Ханóграф: Портал
NFN.png






см. дальше →







Red copyright.pngAuteur : Юрий Ханон.   Red copyright.png  Все права сохранены.   Red copyright.png   All rights reserved.

* * * эту статью, возможно, и мог бы редактировать или исправлять автор.

— Все желающие сделать замечания или дополнения, — могут отползти на задний двор и там это сделать...

* * * публикуется впервые : текст, редактура и оформлениеЮрий Хано́н.



«s t y l e t  &   d e s i g n e d   b y   A n n a  t’ H a r o n»