Чёрные Аллеи (Юр.Ханон)

Материал из Ханограф
Перейти к: навигация, поиск
« Чорные Аллеи   (я же сказал) »
автор: Юрий Ханон
« Анархист — от музыки » « Ницше contra Ханон »

Содержание



Альфонс Алле   Юрий Ханон

Чёрные    Аллеи
илиПервая Книга не-для-людей


Кроткое в’ведение
            ( более чем короткое ).


...вот и всё, что осталось...
« Чёрные Аллеи » (вид сбоку) [1]
Предупреждаю сразу: название этой чёрной книги (якобы «Чёрные Аллеи»)...
Оно поставлено здесь только для того, чтобы — запутать дело, отчасти...
А потому (впредь) предлагаю не обращать на него внимание и попросту — забыть...
Лет на́ сто... — Как и всё остальное, собственно говоря.
Впрочем, мой совет немного запоздал. Это уже случилось. Давно.

Кажись, лет сто (если не больше)... уже прошло со смерти (а не до́ смерти) Альфонса... — И все эти «лет сто» как у нас его определённо не знали..., и не хотели знать, — этого странного писателя, ещё более странного художника и совсем уже странного — композитора. [комм. 1] Те немногие, кто его знали до великой революции октябрьского переворота, постепенно умерли. Или разъехались в разные стороны. В основном, — на родину Альфонса, конечно. [комм. 2] Дым до небес. А те, кто остались... — увы! — у них были совсем другие заботы.

«... от Колымы до самых до окраин ...»

Впрочем, здесь я вынужден прерваться. Поскольку моё повествование, катясь неспешным шагом вдоль по чёрной аллее, само собой зашло в тупик. — Всё как положено. Всё как всегда... Ещё один маленький чёрный тупик. В чёрно-красной обложке.

А потому — начнём сызнова..., по одному старому (как этот мир) рецепту...



Популярный и даже легендарный французский (Чёрный) юморист начала XX века, спустя 111 лет после своей смерти Альфонс Алле только ещё начинает завоёвывать остатки страны-России. Практически, младенец, — с точки зрения (русской) литературы... Сразу и не поймёшь: кто из них сегодня менее известен: Алле или Ханон... Или наоборот: Ханон или Алле...

Затворник или чёрт?
Или обои, в конце концов.

Битые 113 лет после смерти его литература оставалась в чёрных запасниках мирового наследия. И прекрасный, великий русский язык ни разу не ломался (и даже не пытался сломаться) об его лингвистические головоломки (и головомойки). Скажем проще. Сухо и равнодушно..., как всё... Альфонса Алле не переводили и не издавали..., даже в виде вопля (говоря по-русски). На то не было ни высшей воли..., ни низшего желания. Первая (не)сносная книга рассказов (и не-рассказов) на русском языке «Альфонс, которого не было» вышла на панель (пардон, в публичный тираж — я хотел сказать) из-под ханонова пера только — в 2013 году, [комм. 3] пролежав битые пять лет после написания. [комм. 4] А до того момента и вовсе ― никто не решался взяться за его сомнительные словесные вы’ходки и на’ходки.

И дело не столько в том, что некий малорослый вождь (долгие годы скрывавшийся под неприятной кличкой «Сосо») не одобрял подобных экспериментов. Хотя и это — чистая правда. Не одобрял. И сурово карал — за шутки куда более скромные... Но всё же, оставим этого шутника в стороне. Где он сам себя оставил... Поскольку причина (всё-таки) была иной. И была она спрятана (прежде всего) в громадной разнице между состоянием двух народов, этносов, стран..., как бы это странно ни звучало.

« ...Ибо что такое, по существу, наша жизнь? — не более чем ветхий мостик, шаткий и гнилой мостик ожидания, перекинутый от одной до другой Чёрной Земли Небытия: именно так, чёрной, беспредельно чёрной Земли. От самой первой Земли, которая была до́ – и ко второй, которая будет по́сле.[2]:295
Альфонс Алле, «Чёрные Аллеи» (№344 Годиссар радуется)

Франция и Россия... — Пардон, Галлия и Советский Союз... И в самом деле, какое ещё тут может быть сравнение... Громадные массы необработанного (едва грамотного) населения, хлынувшие из деревень в армию, а затем — и в города, (собственно говоря, в этом и заключался основной смысл и двигатель так называемой «революции») даже два десятилетия спустя с трудом могли понять суковато-шершавые шутки Зощенко... Или (даже) старую (ещё дореволюционную) эксцентрику Савоярова...[комм. 5] — До Альфонса ли тут, в самом деле?! — Беллетристика-алле (построенная часто на чистой эквилибристике слов или игре воображаемых соображений) такова, что — язык сломаешь, и не только русский, но даже французский, хотя и говорят, будто бы оба они без костей.

Да и не только один язык... К нему ещё, кроме всего, — и мозг подавай. Такой же... (с)Ломанный. Или хотя бы разъезженный пара́ми абсента.
« И в этот момент, внезапный... леденящий ужас пронзил снизу доверху всё моё существо, подобно отточенному копью норманнского воина, затем тело помертвело и покрылось крупными каплями холодного пота: вдруг!.. — Да. Вдруг я вспомнил (но увы, то было слишком поздно!) – что двумя часами раньше, когда я ужинал, в моём меню содержался внушительный букет... развесистой спаржи. »[2]:414
Альфонс Алле, «Чёрные Аллеи» (№509 Средства против пошлости)

И нельзя сказать, чтобы Альфонс был обделён славой. Напротив. Весьма успешный и популярный юморист при жизни, он и затем — ничуть не был забыт. Скорее даже — напротив. Хотя и вполне понят своими современниками (и наследниками) тоже — не был. Скажем даже более того: в последние годы жизни... и после смерти его имя превратилось в нарицательное. Можете себе представить... (чтобы далеко не ходить, на своём светлом примере). Долгое время фраза «Да это же Алле!» на парижском литературном жаргоне значила примерно следующее: «поехал!» Или, если говорить точнее: «ну, пошёл врать! Не верьте, всё это сплошная ш’утка. Блеф. Травля». И такими словами (говоря исключительно между нами) ругали сначала — Эрика Сати, затем Дюшана, Клера, Тцару, Пикабиа, Бретона, дадаистов и сюрреалистов. Разумеется, вечный обыватель (стоеросовый пошляк и такая же дубина в своей сердцевине) никуда не девается. Будь то Париж или Вильно... Белосток или Дордонь... 1891 или 1937... — Разве что, меняется выражение (лица)..., или степень (опасности). Не более того. Разница невелика: водка или бордо. Са́ло или камамбе́р... — Жизнь или смерть, наконец...

— Одна малина.

Увы, не таков был Альфонс. Его выходки — в высшей степени мутные и дымные..., как у правоверного фумиста вечно оставались для бюргера пустой картой. Чистым листом... (будь то белым или чёрным — не важно). Без разницы. — Тем хуже (для него).



« Смешно + Непонятно = Глупо »

Во́т почему так случилось, что в основной среде этот Алле..., — как он был непо́нят & непонятен при жизни, так и остался (непо́нят & непонятен) чуть позже..., я хотел сказать — после неё. Пожалуй, первые, кто (спустя много времени) почувствовали вкус к его странному (словно бы невылупившемуся из яйца) абсурду — это были шуты гороховые от искусства эпохи между двух войн. Их звали: дадаисты и сюрреалисты. (Я уже говорил). Именно они, эти двое, обои, уже далеко спустя после смерти Альфонса, первыми оценили отличные сюрреалистические качества абсурдной издёвки (с поддёвкой) Алле, — и тут же канонизировали его, объявив «предтечей» (своего) «нового» искусства.

При том не будем (напрасно) прятать лицо в карман... На самом деле истинные масштабы влияния Альфонса — ещё не раскрыты, поскольку чаще всего они происходили в интимной обстановке. Один на один. В (глубокой) тайне... Tete a tete — внутри художника. Или ещё глубже...[комм. 6]

Таково было влияние (сногсшибательное и пожизненное!) Альфонса Алле — на Эрика Сати, его земляка, приятеля и младшего последователя... По сути, Эрик..., этот странный изломанный композитор, решительно ничем и никем не влияемый (особенно в начале жизни) оказался полностью сформирован во внутреннем (и внешнем диалоге) с Альфонсом. Не композитором. И не художником. И всё-таки — и тем, и другим вместе. Потому что высоко — над самим собой. Или далеко в стороне — от него... Не потому ли (люди слегка понимающие) до самых последних лет жизни Эрика Сати вполне заслуженно продолжали называть «Альфонсом Алле музыки» (чаще, конечно — с пренебрежительной интонацией, желая как-то принизить его значение или попросту обругать). [3]:37

...пожалуй, этого будет достаточно...
«Чёрный квадрат» Альфонса Алле (1882)
(ре-конструкция: Юр.Ханон, 2009) [4]

Словно разорвавшийся фу’-гасный снаряд (с полу ядерной начинкой), даже после смерти Альфонс доставал свои жертвы по всей земле, действуя (неслышно и невидно) — как мутация... Доставал — спустя десятки (пока не скажу: сотни) лет. В самых неловких и неожиданных местах..., и в са́мой неудобной позе... — В конце концов, нужно ли далеко (от)ходить, когда даже знаменитый жупел «Чёрного квадрата» дяденьки Малевича, как показало вскрытие, на самом деле оказался — одной (и всего-то одной!) из скоромных выходок Альфонса... На добрые тридцать лет раньше (в 1882 году) [комм. 7] он был обнародован Альфонсом Алле под названием «Ночная драка негров в тёмном подвале». [комм. 8] И сам Малевич (этот честный парень), прежде чем (навсегда) скрыть факт прямого влияния, оставил на холсте (под чёрным квадратом) своё маленькое признание, написанное бледным карандашом. Словно бы (неоформленную, а затем закрашенную) — явку с повинной...[5] Впрочем, оставим старые шутки дряблых супрематистов... Неизменно чёрного цвета (даже в красно-коричневых тонах), они не дают ровно ничего. Поскольку цель их была совсем другая. Они не дарили идеи. И не разбрасывали их — как жемчуг курам. Они сами — получили (из первых рук). И использовали (под свои нужды). — Не сказав даже «спасибо».

В последние сорок четыре года Альфонс стал снова очень популярен во Франции и франкоязычных странах. И снова — основным мотором его известности стал чёрный, жестокий абсурд и остроумная игра словами, не жалеющая ничто и никого (ради красного словца). Пожалуй, сегодня верными наследниками Алле можно было бы назвать... пресловутый журнал карикатур (название точно не помню, но кончается на «ебдо»), с тою только поправкой, что их шутки (пожалуй) будут на три этажа ниже... Поскольку их цель — другая. Почти не отрывая голову от земли, они глядят и разят (своим кривым пальцем) — сугубо вокруг себя. Не таков Альфонс. Его куда больше интересует природа этого... человека. И его вечные (бес) ценности... Мастер чёрной бессмыслицы резкого поворота, бесконечно кривляющийся клоун, почти идиот..., в конце концов, охальник и альбигоец (божией милостью).[комм. 9] — Однако (тут же поправлю себя) — это ничуть не свойство самого Алле, но прежде всего — тех болванов, которые и кто его читает & почитает...

— Спустя 111 лет молчания, мочения и мычания...

Но это всё..., я напомню, — не здесь. Далеко не здесь. Поскольку всё это время только французам (и их прихлебателям) был доступен чёрный & абсурдный мир этого свинства, именуемого: «Пошёл!»

— И вот, вдруг случилось. Как манна не(бес)ная. На голову.

Этот русскоязычный Юрий Ханонтоже мастер чёрного, очень чёрного, и в большинстве случаев — совсем не юмора, поставил перед собой эту ничтожно-малую сверх’задачу: выудить из глубин Альфонса Алле всю его внутреннюю Чёрную Философию, от которой нет ни укрытия, ни спасения... для всякого смертного. А также — для большей части бессмертных...

« ...Закон, мой друг, суров,
 но древо жизни пуще процветает.
   Уж скоро вовсе процветёт... »[2]:513
Юр.Ханон, «Чёрные Аллеи» (№544 Dura lex)

Нет, это не была первая книга Альфонса (которого не было прежде). И даже вторая (не была). И не третья... Хотя — всего одна из всей альфонсиады — была выпущена на панель, публично, в большой свет и у широкое употребление (как сзади, так и спереди, без исключения). Все остальные книжки Альфонса/Ханона остались втуне. Скрытые в чёрной тиши «Центра Средней Музыки» и ещё нескольких центров, ничуть не менее чорных. [комм. 10]

— Таким образом, скажем просто и точно: «Чёрные Аллеи» — не первая (а пятая) книга Альфонса, сделанная нами (мной и Алле) в тесном сотрудничестве. Она — не первая, но при том — безусловно — первая. Как высшее достижение. И прецедент... Не зря (и не просто так) на ней поставлено два кошмарных подзаголовка, один из которых: «Первая Книга не-для-людей», а второй — «книга, которой-не-было-и-не-будет».
И точно!




Альфонс Алле   Юрий Ханон

Чёрные    Аллеи
иликнига, которой-не-было-и-не-будет

...и кто её закрыл, эту книгу?..
«Чёрные Аллеи» (закрытая книга) [6]

А значит, не будем (зря) тянуть резину. Скажем сразу и — всё. Чтобы ничего не было понятно. И ничего не осталось в голове. Кроме пред’последней чёрной пустоты.

Два имени (не считая Третьего) значатся на обложке этой странной книги. Красной книги чёрного цвета. «Первой книги не-для-людей»... (не считая «Ницше contra Ханон», конечно). И ещё... «Книги, которой-не-было-и-не-будет».

Два лица составили её основную начинку. Чёрную (но без мака).

Первый из них — француз..., (пардон, я хотел сказать, нормандец) Альфонс Алле, (не)живая легенда чёрного юмора и предтеча сюрреалистов. Не к столу буде сказано...
Второй — Юрий Ханон, мрачный эксцентрик, внук «внука короля» и Короля эксцентрики 1910-годов, предельный анархист музыки (и литературы) эпохи невеликого Заката русских головешек.
160 отборно-чёрных рассказов Альфонса Алле включает в себя этот сборник. Я сам отбирал. Вот этими пальцами..., роясь в человеческом гное и дерьме. Однако вовсе не ради черноты они были отобраны. И здесь содержится главный гвоздь этого сборника..., точнее скажем, этого пособия, равного которому прежде не бывало...

Потому что..., потому что только в виде субстрата — человеческого субстрата и существует здесь жизнь людей и жизнь слов (литература).

« ...Вся человеческая жизнь – одна сплошная мелодия, разумеется. Мелодия божественной красоты. Сыгранная на ржавом тромбоне без вентилей. Или на скрипке без канифоли. Или на гобое без скрипа.
   А про гармонию этой мелодии — я даже и не заикаюсь. »
Юрий Ханон, «Чёрные Аллеи»

Для начала скажем: как всегда. [комм. 11] Ни один из отобранных отборных 160 чёрных рассказов нельзя признать плодом исключительного творчества Альфонса (Алле). У всех текстов – два автора, хотя степень вмешательства гибкая и различная: по необходимости и потребности.

С одной стороны, 160 чёрных выходок и мёртвых игрушек первого автора в области беллетристики абсурда...
Но с другой стороны, (и это, безусловно, главное) — высочайшие прозрения и открытия второго автора в области психологии & философии так называемого «человека». Как понять?

Беллетристика и философия?.. Юмористические рассказы и нудная шопенгауэровская тягомотина?..
Правда. Всё правда... Всё так. — Правда, Шопенгауэр тут решительно ни при чём.
Беллетристика и философия. Всё это внезапно перемешалось с каким-то чёрным майонезом и очутилось — здесь, под одной обложкой. Впервые изложив (некоторые) части своей уникальной синтетической Доктрины, Юрий Ханон создал не только нового писателя (Альфонса, которого не было), но и принципиально новый жанр литературы: философская эксцентрика... — Эй! Какого чёрта вы все тут заснули?



« философская эксцентрика »,  — я сказал.

— Ну ладно. Перед смертью всё возможно. В последнюю минуту. Или за один день... Что вы ещё успеете, месье?.. Будильник заведён. Стрелки тикают...

— И правда, возможно ли?
— Что это за чушь, в последнее время?
— Эй! Какого чёрта вы все тут заснули?

Воз(можно) ли всерьёз представить себе «Случаи» Хармса с комментариями Фридриха Гегеля? Или пьесы Пруткова с пояснениями Фридриха Ницше? Серьёзно. Очень серьёзно. Серьёзнее не́куда. Серьёзно и обстоятельно.

Чистейшая неправда!.. Никакой серьёзности. Сплошной балаган!
« ...В общем, запомните мой совет, – если когда-нибудь будете в Генуе..., вы очень многое потеряете, если в какой-то момент не окажетесь — на кладбище... » [2]:536
Альфонс Алле, «Чёрные Аллеи» (№551 Три моих наезда)

— Не стану скрывать: эта морда, она мне уже порядком... надоела. А нельзя ли было бы её ... как-нибудь, немного ... того, без лишнего шума. Или хотя бы слегка отодвинуть. В сторону.

...а поверх всего — ещё и указующий перст...
...среднее указание [7]

— В общем, слушай, ты... Сколько можно повторять? — Ведь я уже говорил. И не раз... Подзаголовок Чёрных Аллей недвусмысленно гласит: вот она, «книга, которой-не-было-и-не-будет». Или немного иначе: «Первая Книга не-для-людей». И то, и другое — равно правда: ибо до сих пор посреди человеческой литературы не существовало такой книги... — А значит, не будет её и впредь. Вам ли, мои дорогие скопцы, под силу преодолеть инерцию. Нет, конечно... Вот и езжайте дальше. Захлопнув дверцу своего ржавого Гелент’вагена... (машина Будущего, не иначе).

Структура книги проста. И черна (до красноты). — Этот беспрецедентный талмуд (почти 700-страничный) включает в себя «три» плюс «три» чёрные Аллеи, одна чернее другой... Итого, значит, — шесть.

Первые три состоят из ста шестидесяти (всего-то ничего!) иссиня-чёрных рассказов этого Альфонса (Альфонса Алле, — если кто-то до сих пор не понял) написанных им в течение всей жизни.
А вторые три Аллеи, хоть они и немного меньше первых, но зато состоят из ста семидесяти пяти параллельных философских эссе (руки́ второго автора, его имя Юр.Ханон, — если кто-то до сих пор не понял).[комм. 12]

Первые и вторые, вместе взятые..., как курица и яйцо (неудачное сравнение)..., не только последовательно раскрывают некое единое (чёрное) Существо Мира, но и обнажают (до возможного предела) его Существо... Причём, ниже пояса.

Значительно ниже.
Гораздо ниже, чем это было бы интересно.

— И здесь, пожалуй, надлежит поставить точку. Чёрную точку, — я хотел сказать.

Жирную.
« — Имея такие взгляды и принципы, милостивый государь..., имея такие принципы и взгляды, вам было бы гораздо разумнее – вовсе не вылезать из своей матери... »
Юрий Ханон, «Чёрные Аллеи»








Пояс ’ нение



Пожалуй, здесь я остановлю свой (и только не свой) поток слов...
Могу только ещё раз напомнить: эта история ещё не закончена.
TABULA RASA

(visa viva...habit sua fata libelli)
Но если сказать прямо: конечно, не следовало бы слишком заблуждаться.
В конце концов, находясь здесь и сейчас, среди этой стаи, нет ничего возможного...
Равно как и — наоборот...


Ком’ментарии


  1. К слову сказать, Альфонс Алле едва ли не рекордсмен в своём роде. Пожалуй, это единственный композитор в истории европейского (да и мирового) ком’позиторства, сочинивший ровно какодно (1 прописью) произведение. Правда, не удержавшись на первозданной высоте, Альфонс несколько подгадил свой рекорд, создав (спустя тринадцать лет) — вторую, несомненно, более зрелую редакцию того же опуса.
  2. ...где и пополнили плотные ряды местных таксистов, нищих и проституток по вызову. Ещё одна (горькая) жалкая и кровавая страница в современной истории людей.
  3. В Первую Книгу Альфонса Алле («Альфонс которого не было») вошли три сборника его рассказов. Два прижизненных: «Дважды два — почти пять» (1895) и «Мы не говядина» (1896) с добавленным к ним ещё одним (посмертным) «микросборником» (которого не было) под названием «Три ботинка» (Юр.Ханон, 2009).
  4. За что, как и полагается в хороших & даже лучших домах Лондо́на, — земной поклон российскому изд(ев)ательству «Лики России», не исключая и всех прочих..., чтобы не называть никого — поимённо. (А ведь есть ещё, кого назвать..., с благодарностью куда большей, чем Лики)...
  5. Скажем просто: что Зощенко, что Савояров (не говоря уже об Ильфе и Петрове) уцелели чудом..., в этой мясорубке, устроенной бывшими рабами, едва научившимися видеть изображение сквозь пелену собственной роговицы.
  6. Разумеется, степень продвижения & глубины в этом интимном процессе зависит прежде всего от натуры художника и его комплексов. Некоторые (причём, совсем не редкие) особи готовы таить подобные факты влияния как смертную тайну и не признаются в нём даже под страхом ... разоблачения.
  7. Чтобы никого не вводить... (в заблуждение) сразу поясню. Малевичу не был известен выставочный опыт Альфонса (когда в 1882 году он, выступая под фамилией Поля Бийо, обнародовал свой первый «Чёрный квадрат»). Но зато герр Малевич держал в руках выпущенный на тринадцать лет позже (издательством Оллендорф) «Альбом первоапрелесков», где этот неквадратный квадрат (а также и прочие цветные квадраты Альфонса Алле) были собраны в полном числе и порядке.
  8. Оставим эти глупости, мадам. Здесь и сейчас я не намерен вдаваться в тонкости авторства и названия этой картины. Для этого существует отдельная статья: чёрная, белая или зелёная — в общем, без разницы. Главное, что сам факт прямого вливания & влияния состоялся. Скажем проще: это была громадная клизма... маленького размера. И свою громадную энергию в неё вложил он, (якобы) вялый Альфонс.
  9. Чтобы не сказать: чёрный альбигоец..., ради такого прекрасного случая. Не всякий век такой (случай) представляется. Но вот, представился.
  10. — Нет, я решительно не принимаю никаких упрёков. Не моя вина, что другие книги (после «Альфонса которого не было») не вышли на поверхность. И не были изданы... Все вопросы к нашим (предобрым преподобным) изд(ев)ателям, которые в последние годы неспособны издавать ни-че-го, кроме воплей. И со́плей. — Что же касается до меня, то я готов сотрудничать с оккупантами только на паритетных основаниях. Между стенкой и виселицей..., как шутил один мой брат (фамилию не скажу).
  11. Этот автор (Ханон) во всех случаях поступал именно таким образом. При жизни. Правда, после неё, говорят, он сильно опустился... Не тот уже стал. Совсем. Хотя черноты — не убавилось.
  12. Два слова о втором Авторе (от редактора). Для тех, кто ничего не понял и никогда не поймёт... Юрий Ханон — яко’бы композитор, каноник, лауреат Европейского Оскара, а также писатель, художник и ещё целый ряд бессмысленных слов. Его (чудом) изданные книги: роман «Скрябин как лицо» (СПб, 1995), «Воспоминания задним числом» (СПб, 2010), «Альфонс, которого не было» (СПб, 2013). Число неизданных – при желании можно считать десятками. А если желания нет..., тогда нет и счёта. Потому что... считай — не считай, всё равно... (здесь рукопись обрывается, и где-то вдалеке видна струйкам дыма и обугленные чёрные остатки бумаги).


Ис’точники


  1. Иллюстрация.Юрий Ханон. Первая, внешняя обложка книги «Чёрные Аллеи» (Сан-Перебур, Центр Средней Музыки, 2014 год).
  2. 2,0 2,1 2,2 2,3 Юрий Ханон «Чёрные Аллеи». — СПб.: Центр Средней Музыки, 2012. — 648 с.
  3. Юрий Ханон «Альфонс, которого не было». — СПб.: Центр Средней Музыки & Лики России, 2013. — 544 с.
  4. Иллюстрация. «Чёрный квадрат» Альфонса Алле, (каким он мог быть). Псевдореконструкция (февраль 2009) картины 1882 года, показанной в октябре того же года на выставке «Отвязанного искусства» под названием «Битва негров в пещере глубокой ночью» (название приведено не точно, к тому же — намеренно). Reconstruction de Yuri Khanon, fe 2009, — archives de Yuri Khanon.
  5. Эксперты изучают новые версии создания «Чёрного квадрата». РИА Новости (18 ноября 2015 г.)
  6. Иллюстрация.Юрий Ханон. Книга «Чёрные Аллеи» (Сан-Перебур, Центр Средней Музыки, 2014 год), ради примера открытая на развороте 394-395 страниц — начало главы «Чёрная Аллея (пятая)».
  7. Иллюстрация.Юрий Ханон, зарисовка со сцены, (назовём её условно: «Два Ангела») выполненная 24 ноября 1998 года (до и) после премьеры балета «Средний Дуэт» в Мариинском театре (тушь, акрил, картон). Фрагмент: якобы «Белый ангел» — правая половина эскиза.


Лит’ература ( отчасти, подрывная )


Ханóграф: Портал
Yur.Khanon.png


См. так’же

Ханóграф : Портал
AA.png

Ханóграф: Портал
NFN.png




см. дальше →





Red copyright.png  Автор : Юрий Ханон (в Чёрной Аллее).  Все права сохранены.              Red copyright.png  Auteur : Yuri Khanon (Allees Noires).  All rights reserved.   Red copyright.png

* * * эту статью может исправлять только сам Автор.
— Желающие сделать дополнения, могут их отправить напрямую — по чёрной аллее.



« styled by Anna t’Haron »