О музыкальном влиянии собак (Юр.Ханон)

Материал из Ханограф
Перейти к: навигация, поиск
« О музыкальном влиянии Собак »  ( из цикла тусклые беседы )
автор : Юрий Ханон    ( перевод : Владимир Тихонов )
Анархист от — музыки Газетное меню... (клятва журналиста)

Содержание



17.  О МУЗЫКАЛЬНОМ ВЛИЯНИИ СОБАК

(черновик без мыслей) [комм. 1]



( из цикла «Тусклые беседы» ) ( Ювенильная тетрадь )



О музыкальном влиянии собак
(я уже сказал)
[1]

Тот предмет, который находится сверху, обычно называется заголовком статьи. А сама статья (по глупой традиции) находится немного ниже, под заголовком и под этими малозначительными словами, которые я сейчас имею наглость писать, и которые вы сейчас имеете смелость читать... Возможно это так...

Примерно то же самое можно сказать и о музыкальной роли Собак... Нет-нет, я не оговорился. Это — буквально так и никак иначе. Сейчас я попробую это показать, вернее, пояснить... Да,.. сейчас я попробую это сделать... Извините, что заставил вас ждать. Это было маленькое ожидание... Одно очень маленькое, но очень важное ожидание в вашей жизни. Сейчас оно закончится... Я надеюсь... Я терпеливо жду...

...до сих пор они чего-то ждут...
Псовая статуэтка
(др.Египет, ок.2850 г. до н.э.) [2]

Много’уважаемые Дамы и Господа! Сегодня я не открою секрет поли’шинели. [комм. 2] Уже давно доказано, что человеческое общество состоит из трёх совершенно разных видов животных. Популяризируя это научное открытие самого́ себя, я постараюсь быть внимательным и не сбиться со счёту. Итак, слушайте. В своей массе человеческое общество состоит из трёх видов животных, а именно: из людей, женщин и собак. Все эти три вида, перечисленных только что, существуют уже многие века и тысячелетия вполне независимо друг от друга, постоянно пересекаясь, скрещиваясь, но однако не смешиваясь окончательно и не теряя своих внешних границ. Вот вкратце и вся история вопроса. Несогласных со мной я попрошу сейчас хорошенько подумать о своей жизни и незамедлительно выйти вон, плотно закрыв за собой крышку. Переубеждать кого-то, мягко выражаясь, не входит в задачу этой статьи, поскольку она посвящена только музыкальному влиянию собак и ничему больше... Всякое другое влияние Собаки, я полагаю, вполне могут осуществлять самостоятельно и вовсе не нуждаются в моих посреднических услугах, довольствуясь своими собственными зубами, ногами, когтями и другими общественно активными органами.

Таким образом, я надеюсь, несогласные вполне могут очистить помещение.., не прибегая к услугам дворника.., или моей метлы... Это было бы очень мудро с их стороны. — Очень мудро.

Итак, я могу спокойно продолжить свою весьма Тусклую Беседу в очищенном помещении. Надеюсь, что помещению не потребуется повторная очистка, и я могу больше не отвлекаться от центральной темы своей центральной лекции...

— Многоуважаемые Дамы, Господа и Собаки! Я нисколько не оговорился. Это относится к вам всем,.. без исключения,.. но и без повтора. В нашем, так сказать, музыкальном мире, среди самых влиятельных животных, вторыми после людей, (буквально по пятам за ними, дыша в затылок) следуют, конечно, Собаки. Конечно они. Больше никто за людьми следовать не может и не смеет. И в самом деле, кто бы осмелился занять место собак... Конкуррентов нет и не может быть! Среди музыкальной жизни первыми, конечно, следуют люди, за ними, буквально наступая на пятки, идут собаки и затем, далеко позади, значительно отставая от людей и собак, понурив голову и спотыкаясь на каждом шагу, третьими семенят – женщины. Однако, сегодня речь вовсе не о них, не о третьих, а о почётных корифеях музыкальной жизни, занимающих от века почётное — второе, среднее место... Конечно же, я имею в виду собак. Больше мне иметь в виду — некого.

Я пытаюсь разговаривать не останавливаясь и не делаю длинных выразительных пауз между двумя соседними мыслями. Я робко надеюсь на ваше растущее понимание и превосходную оценку моего совершенно нечеловеческого труда.

Однако вы смело можете молчать и далее слушать меня не поднимая головы... Я охотно прощаю вас за такое странное поведение.

Конечно, Собаки влияют на музыкальную жизнь не только в силу своей природной общительности и активности, но и благодаря тому, что имеют своё совершенно особое музыкальное лицо, глубоко отличное от женского или человеческого. Как можно сейчас обрисовать это лицо, чтобы оказаться правильно понятым, в двух словах. Задача не из простых. Однако, начну... Пожалуй, прежде всего это — удлинённый профиль.., очень удлинённый.., что ещё бросается в глаза.., весьма большие уши, чрезмерно подвижные, часто обвислые (в миноре), траурные, но иногда, впрочем, и стоячие, напряжённые, героические (это не обязательно только в мажоре).., при том выразительные глаза.., нечеловеческая скорбь или сдержанная улыбка, я постараюсь не отвлекаться, быть точнее, лаконичнее, в двух словах.., в целом, безусловно, это лицо покрытое волосами. Является ли этот признак музыкального лица главным.., или определяющим?.. Я теряюсь в догадках. Конечно, я знаю ответ, но я скрываю его от вас.., под маской недоумения или усталости... Пускай вы останетесь в полном неведении относительно этого предмета. Так будет правильно. По крайней мере, сегодня. И завтра тоже, наверняка. И даже послезавтра, несомненно...

...они очень часто рыскают...
Ли Ди «Рыскающий пёс»
(Китай, XII век) [3]

Какие ещё черты музыкального лица Собак, кроме уже перечисленных, можно назвать... Кроме глубочайшей природной одарённости (это почти животная гениальность!) музыкальное лицо Собак несёт и ряд более мелких черт и штрихов, иногда глубоко скрытых за кожей и шерстью... Прежде всего это величайшее бескорыстие, полное равнодушие к деньгам и «презренному металлу» (что весьма выгодно отличает Собак от прочих оркестрантов, певцов и даже дирижёров человеческого и женского происхождения)... Можно даже предположить, что Собаки – совершенные бессеребреники от искусства! При том, и это я добавлю особо, их сегодняшнее вдохновение совершенно не зависит от размера гонорара (или суммы, указанной в контракте после запятой) и даже не связано с приёмом спиртных напитков, водки или портвейна – причём Собаки не нуждаются в горячительных возлияниях ни до, ни после акта музицирования. Однако, я не буду впадать в восторженный идеализм. Конечно, не всё только хорошо... Есть и отдельные отрицательные недостатки. Пожалуй, сейчас главный из них – совершенная ретроградность, унылая приверженность историческим традициям и хламу веков. Сегодняшние молодые Собаки самозабвенно музицируют почти в точности так, как это делали их предки во времена Наполеона, Гомера или Хатшепсут... Не побоюсь предположить, что даже до-историческая музыка Собак мало чем отличалась от сегодняшней. Да, собаки слишком консервативны и чрезмерно устойчивы, в музыкальном смысле они находятся, так сказать, на всех четырёх ногах. Именно так. И при этом, замечу особо – постоянное преувеличенное внимание к пище, непременно с упором на строгую мясную диету с элементами восточной кухни и западной неумеренности... Хороший аппетит, даже черезчур хороший, иногда даже в ущерб здоровью – конечно, это дурной признак, особенно для подвижников от искусства... И одновременно – всепоглощающая любовь к Природе, и ко всему, что в этой Природе пригодно для впитывания, всасывания, подхватывания.., конечно, впечатлительные натуры не знают границ, не видят пределов своему стремлению... Шуршание маленькой мышки, полёт блестящей стрекозы, щебетание серенькой птички в кустах – и особенно, журчание воды, даже более того, журчание любой влаги, которая только способна журчать. Всякая увертюра или прелюдия с точки зрения Собак будет неизбежно начинаться журчанием внутренней затаённой влаги. Все остальные музыкальные образы последуют пото́м, значительно позднее, — когда влага закончится и журчание прекратится... И так будет каждый раз...

Но особенно удручает, конечно, полная (чтобы не сказать: полнейшая) музыкальная всеядность Собак. Они неразборчивы до потери сознания, до потери чувства, они всеядны до рвоты, простите меня за грубость, простите меня за горькую правду... Даже уму непостижимо, какое... ужасное... вонючее... неудобоваримое... они способны жрать, жевать и глотать с видимым удовольствием..., и даже как-будто с жадностью, давясь и кашляя от особой торопливой радости... Да, конечно, всеядность – это большой грех... Но Бог мой! – как это похоже на ваших людей!.. Разве не то же самое мы имеем удовольствие видеть ежедневно, ежечасно, даже ежеминутно... Я не слишком сильно отвлёкся? Разве я не продолжаю говорить о музыкальном влиянии Собак?

Только об этом, только об этом, а обо всём прочем – ни слова. Обо всём прочем я лучше умолчу.

Ещё одно глубинное свойство музыкального лица Собак – это его, так сказать, особенная синтетическая наклонённость, вернее сказать, даже наклонность. И я не стану сейчас напрасно акцентировать внимание на общеизвестной внимательности собак к различным запахам, что было бы с моей стороны даже пошловато. Хотя, согласитесь, общеизвестные тенденции последних времён к торжественному слиянию звука, цвета и запаха – не отсюда ли у них ноги растут?.. (Прошу про’щения за черезчур прямой намёк).[комм. 3] Вот где реальный синтез не только искусств, но и синтез органов чувств произошёл уже вполне реально, не на словах, а на деле! Именно там, в той с(ак)ральной области, где каждый звук сопровождается соответствующим движением и запахом – именно там и содержится до предела простой и конкретный ответ на все ваши сложные вопросы. И да будет извинён мой слишком приподнятый (ложный) пафос... Но ведь этим дело не исчерпывается, далеко не только один запах! Даже самые заурядные Собаки отчётливо ощущают через уши и глаза так называемый конкретный язык звука. Именно отсюда, из этого места произрастает другая синтетическая наклонность Собак – это безусловное тяготение к музыке действия. [комм. 4] Она гораздо глубже и гораздо всеохватнее, чем так называемый «театр». Заурядный человеческий театр, ограниченный условностями и сценами, никогда не знал такой предельно чёткой конкретности звука и фразы. — Да, Собаки играют на невидимой клавиатуре предметов и поступков. Самая заурядная пиеса, самый обыкновенный этюд или упражнение для беглости пальцев в исполнении любой дворовой собаки автоматически превращается в маленькую Мистерию.., возможно даже с летальным исходом, если особенно повезёт.

Впрочем, я снова немного увлёкся. Это простительно. Это возможно потому, что у меня болит голова. С ней такое случается.
...они всегда с перьями...
Yi Am (Korea, 1520-s) [4]

Даже самая затасканная уличная собака ежедневно представляет собой театр одного актёра, в котором она с блеском исполняет и главную роль, и массовку, и кордебалет, и даже зрителей на галёрке. Конечно, музыка Собак невольно тяготеет к стайности, коллективности, но далеко не всегда это тяготение может свободно осуществиться. Конечно, если бы им это было позволено, они всегда пели бы хором, играли бы только оркестром или ансамблем, во всяком случае никак не меньше квинтета... В звуке голоса одинокой Собаки всегда чувствуется тоска и недостаточность примы, вто́ры, терции, а иногда и кварты. Наверное именно так в своё время возник жанр цепной симфонии или оратории, сила вдохновения которой всегда одинаково стихийна, огромна и убийственно конкретна. Даже когда голос Собак на первый взгляд слишком резок и громок (а непосвящённые люди называют такие звуки просто гавканьем), в нём всё-равно остаётся несомненный отпечаток мелодии и вдохновения. Да, именно Собаки, а не люди впервые открыли волшебство алеаторики и пуантилизма, и то, что среди высшего общества и артистов обычно называют собачьим лаем – именно это открытие было бессовестно присвоено Шёнбергом, Веберном, Пьером Булезом и Ксенакисом, которые, не долго думая, выдали классическую традиционную музыку Собак за свой человеческий авангард. И это, между прочим, только один пример...

Однако, я решительно уклоняюсь от конкретностей.., и спустя несколько минут совсем ухожу прочь отсюда... Бумага как всегда кончается, а вместе с ней кончается и моё терпение. Я недоволен. Да, я очень сильно недоволен сегодня...

Ведь именно Собаки, а не кто-либо иной, впервые открыли музыку сфер, неразрывно соединив звуки своего мелодического голоса и ночное звёздное небо, особенно принимая во внимание Луну. И снова это бесспорное достижение Разума было впоследствии присвоено себе человеческими жуликами. Например, Пифагором (и его матерью), а также Птолемеем и Коперником, причём снова это было сделано без ссылки на первоисточник,[5] что весьма значительно усугубляет их преступление. Люди вообще никогда не гнушались прямым плагиатом у Собак. Они запросто позволяли себе переносить нечеловеческую беглость ног на клавиатуру рояля и постепенно превращали её в несравненно более мелкую беглость пальцев или этюды, а вдохновенным собакам за это доставалась в лучшем случае – дважды обглоданная кость. А в худшем случае – не скажу что́.

Я завершаю, не в силах совладать с собой. Конечно, многое осталось несказанным и останется таким теперь уже навеки. Но один важный вопрос я ещё успею задать на последнем обрывке сегодняшней газеты. Не задать его было бы с моей стороны слишком легкомысленным...

— Как вы полагаете, можно ли теперь считать случайностью, что в последнее время на вечерних концертах нашей государственной филармонии подозрительно часто стал появляться мэр нашего города, небезызвестный господин Собчак с супругой? [комм. 5]

Это было моё последнее слово... Надеюсь, вы достаточно расслышали его звук?



Канноник Юръ. Ханнонъ
  янар 194,  (мр 202)





On the Musical Influence of the Dogs

(a thoughtless draft) [6]



( from the series «Dull conversation» ) ( Juvenile notebook )



On the Musical Influence of the Dogs

What is placed above is usually called “the title of the article”, and the article’s body itself is traditionally placed a little bit below, under the title and all these little meaning-words that i have the nerve to write, and you are brave enough to read... Maybe, it is so...

Very similar thing can be said about the musical influence of the Dogs... No, I did not make a slip in the speech. That is literally so, and not the otherwise. Now I will try to show – or rather explain – it... Yes... Now I will try to do this... Excuse me for making you wait. That was a short waiting... One very short, but also very important waiting in your life. Now is will end... I hope... I patiently wait...

...они всегда в цветах...
Джузеппе Кастильоне
«Собачка в цветах» (~ 1740) [7]

Highly respected Ladies and Gentlemen! It had been proven long ago that the human society consisted of three totally different kinds of animals. I will try to be careful and not to get off the right calculation. So, the human society consists largely of three kinds of animals, namely people, women, and Dogs. These three aforementioned kinds of beings have been existing already many centuries and millennia fully independently from each other, with some amount of interaction, but still without crossbreeding and eventual loss of their “borders”. That is the summary of the history of the question. All these disagreeing with me, I ask you first to think well about your life and than go out of the room, and close the door tightly. It is not a task of this article to changes the others’ views, to put it mildly – it is just about the musical influence of the Dogs, and nothing more... All other kinds of influence the Dogs may exert on themselves, I guess, without my middleman’s service, as they have their own teeth, nails, claws, and other socially active organs.

So, I hope, these who disagree may simply leave the room... without having me to use the services of a street cleaner... or my own besom... That would be very wise of them. Very wise.

So, I may quietly continue my quite Opaque Conversation in the cleaned room. I hope that the room will not require one more cleaning, and I will not be distracted from the central topic of my lecture...

Highly respected ladies, gentlemen, and Dogs! It was not a mistake. It pertains to all of us, ... without any exceptions... but also without repetitions. In our, so to say, musical world, Dogs follow after the people (literally follow on their heels) in the list of most influential animals. Of course, them. Besides them, nobody can and dare follow the people. In fact, who would dare take the next place after the Dogs... There are no, and there can be no rivals! In the musical life, the people go first, after them, literally on their heels, follow the Dogs, and then, at a good distance beyond, mince the women, with their heads lowered and getting stuck on every their step. But today, I am not going to speak about them, the third, but just will speak on the Dogs – the leading figures of the musical life occupying for centuries the honored second, middle place. Of course, I mean the Dogs. I have nobody else to mean.

I am trying to speak without breaks, and do not make long emphatic pauses between two neighboring thoughts. I modestly pin my hopes on your growing understanding, and brilliant evaluation of my completely un-human efforts.

But you can also boldly keep silence, and afterwards lesson to me without raising your heads. I gladly excuse you for such a strange behavior.

Of course, the Dogs influence the musical life not only due to their natural sociability and activity, but also because they have the musical face of their own, deeply different from that of women or people. How can I briefly describe that face in a way understandable for you? Not an easy task, but I will begin...First of all, it is a prolonged profile... very prolonged... and other thing to catch attention... big ears, too mobile, often flabby (in minor), mourning, but sometimes, however, standing, strained, heroic (not necessarily in major only)... also expressive eyes...non-human sadness or restrained smile... I will try not to digress, to be more precise and laconic... Generally, of course, it is a haired face. Is this feature of their musical face the main, or decisive one? I am lost in the guesswork. Of course, I know the answer, but hide it from you..., under the masque of confusion, or tiredness... Let you remain in full ignorance about the subject. That is a right thing to do. At least, today. And, very likely, tomorrow too. Of course, the day after tomorrow too...

What other features of the Dogs’ musical face, except the aforementioned, can be enumerated? Apart from deepest natural talent (that is almost animal-level geniality!), the Dogs’ musical face has some smaller features and traits, sometimes hidden beyond their skin and hair... First of all, that is the greatest unselfishness, absolute indifference towards money and “filthy lucre” (which very favorably contrasts the Dogs with all the other orchestra players, singers, and even conductors of human and female origins)... You can even assume that the Dogs are completely disinterested personages in the world of art! Moreover, I add emphatically, their inspiration today does not depend at all on the sum of honorarium (or the sum written down in the contract after comma), and even does not require any intake of alcoholic drinks, vodka, or port vine. They don’t require any alcoholic “warming up” either before or after the act of music making. However, I will not allow myself to fall into over-fervent idealism. It is not that all is so good... There are some shortcomings too. Perhaps, the main one is their completely retrograde ways, despondent loyalty to the “trash of centuries”. Today’s young Dogs self-obliviously make their music in almost the same ways as their ancestors in the times of Napoleon, Homer, or Hatshepsut... I dare to assume that even pre-historical music of the Dogs did not differ much from that of today. Yes, the Dogs are too conservative and stable: musically speaking, they do not stand, so to say, on all their four legs. Exactly this. And, also remark emphatically – they show exaggerated attention to food, always with emphasis on strong meat diet with elements of Oriental cuisine and Occidental indulgence... Good appetite, even too good, sometimes to the detriment of the health – of course, that is a bad feature, especially for the devotees of the art. And simultaneously – all-absorbing love to the Nature, and to everything in this Nature that is good for absorbing, suction, picking up... Of course, the impressive natures do not know any borders, do not see any limits for their desires... Rustling of a small mouse, flight of a bright dragon-fly, twitter of a grayish bird in the bush – and, especially, babble of water, moreover, the babble of any liquid which only can babble. Any overture or prelude, from the Dogs’ point of view, would begin with babbling of the inner, hidden moisture. All other musical images come after, when the moisture runs out and babbling ends... And that repeats itself every time...

But especially depressing is, of course, absolute musical omnitude of the Dogs. They are omnivorous to the point that makes you faint, to the point that makes you vomit – excuse me for the rudeness, or, rather, sorrowful truth... It is mind-boggling what dreadful... stinking... indigestible... things they can eat, masticate, and even gulp down with visible pleasure, and even some gluttony, being choked with some hasty joy... Yes, of course, to be omnivorous is a big sin. But, my God, how it resembles people! Don’t we have the pleasure of seeing the same things every day, hour, even minute? Haven’t I digressed too much? Don’t I continue to speak about the musical influence of the Dogs?

Only about that, only that, and not a word about other things. It is better to keep silence on them.

One more deeper quality of the musical face of the Dogs – it is its, so to say, special synthetic leanings, better to say, inclination. I will not in vain concentrate the attention on the well known attentiveness of the Dogs to the various smells – that would be little bit vulgar, wouldn’t it? Although you have to agree that a well-known tendency of our times is the solemn synthesis of sound, color, and fragrance – don’t their legs grow from this point (sorry for too direct hint)? Here synthesis doesn’t limit itself to the art – the synthesis of the sensual organs takes place in reality as well. Exactly in this field where every sound is followed by an appropriate movement – exactly there lies a simple answer to all your complicated questions. Excuse me for my exceedingly elevated pathos... But the matter is not confined to the smell alone! Even the most mediocre Dogs can clearly feel with their ears and eyes the so-called concrete language of the sound. From this ability originates other synthetic inclination of the Dogs – their unreserved attachment to the music of action. This sort of music is much deeper than the so-called ”theater”... mediocre human theatre does not experience such extreme concreteness of sound and phrase. Yes, the Dongs play the invisible keyboard of objects and doings. The most mediocre piece, the most usual etude or exercise being played by any street Dog automatically turns into a small Mystery... perhaps even with some lethal consequences, if the Dog would be lucky. But I seem to be too infatuated again. This is a forgivable offence. This is possible as I have a headache. Such things do happen with my head.

...и всё-таки, остаётся вечность (или хотя бы её дух)...
Татьяна Савоярова
«Дух демократии» (2015) [8]

Even the most worn-out street Dog daily represents a “one actor theater” where it successfully plays the main role, crowd scene, corps de ballet, and even spectators of the gallery. Of course, the music of the Dogs always tends to the group, collectivity, but this inclination cannot always be freely realized. Of course, once allowed they would always sing in choir and play only as an orchestra or ensemble – at least, no less than a quintet... In the sound of an alone Dog’s voice there can be always felt the melancholy and insufficiency of a prima, mediant, or even quart. Perhaps, that was the way the genre of “chain” opera or oratorio, was formed at some point in the past: the genre with always equally spontaneous, enormous, and deadly concrete force of inspiration. Even when the Dog’s sound seems for the first time to be too shrill and loud (the uninitiated people call such sounds just “barking”), it still carries the unmistakable traces of melody and inspiration. Yes, the Dogs, and not people, were the first to discover the magic of aleatory composition and the dance on points, and what the high society and artists usually call “dog barking” was unscrupulously plagiarized by Schönberg, von Webern, Pierre Boulez, and Iannis Xenakis, who, without long considerations, just presented the classical traditional music of the Dogs as their human avant-garde. And that is only one example, by the way...

But I decisively digress from concrete things... And just leave the place in a few moments. As usually, the paper runs out, and together with it runs out my patience as well. I am dissatisfied. Yes, I am very dissatisfied today...

Those were exactly Dogs who first discovered the music of the heavenly spheres by inseparably uniting the sounds of their melodic voices and night starry sky, paying special attention to the moon. And again this doubtless advancement of the Reason was afterwards plagiarized by Pythagoras (and his mother), and also by Ptolemy and Copernicus, and that, to aggravate their crime, was done without any reference to their source. Generally, the people never had any repugnance to directly plagiarize from the Dogs. They simply allowed themselves to apply the non-human dexterity of the Dogs’ feet to the piano’s keyboard, and gradually turned it into incomparably smaller fluency of fingers or etudes, and Dogs were given, instead, just twice picked bone at best. And I will not say what they were given at worst.

I am ending, unable to control myself. Of course, much remains unsaid, and will remain unsaid forever. But I will manage to ask one important question on the last scrap of today’s newspaper. It would be too light-headed of me not to ask it...

— How do you think, may we consider it a pure accident, that recently our city’s Mayor, well-known Mr.Doggerty and his wife come suspiciously often to the evening concerts of our National Philharmony?

That was my last word... I hope, you did discern its sound well?



CannoniC Yur. Khannon
( trans’lation : prof. Vl. Tikhonov, 2004 )
.








Ком’ментарии


  1. Цифра 17, поставленная перед заглавием статьи, не означает ничего, кроме номера..., под которым эта статья занимает своё место в цикле «Тусклые беседы» (двенадцать статей из которого были опубликованы в 1993 году)
  2. Странная безграмотность автора. Широко известен «секрет Полишинеля», однако, к шинели он не имеет никакого отношения. Равно как и поля (или поли) шинели также не связаны с латинской приставкой «много». Или не слишком.
  3. Разумеется, от нас не может ускользнуть чрезмерное внимание собак к ногам (прежде всего, в их задней части), а также и месту, откуда они растут. Как правило, именно оттуда они и начинают любое знакомство с предметом..., не исключая музыкального.
  4. Именно так: «музыке действия», чтобы не вспоминать о более сложной и эффективной «музыке прямого действия». (Комментарий исключительно для тех, кто понимает).
  5. Напоминаю, что статья была написана в те времена, когда господин Собчак и в самом деле ещё занимал пост (и даже скажу: великий пост, без ложной скромности). Что же касается до его супруги, г-жи Нарусовой, то она и вовсе должна накрепко помнить: как содержание этой статьи, так и «ошибочную» музыку её автора.


Ис’ сточники


  1. Юрий Ханон. «Ювенильная тетрадь» (181-201). Том первый, стр.75-76. — Сан-Перебур. «Центр Средней Музыки» — специально для внутренней документографии Хано́графа.
  2. Иллюстрация. — Египет (около 2850 г. до нашей эры) статуэтка собаки (3 × 6,5 × 2,1 см). Анонимный автор. Художественный музей Уолтерса. — Dog Game Piece Abydos (present-day El Balyana, Egypt). Acquired by Henry Walters, 1913.
  3. Иллюстрация.Ли Ди «Рыскающий пёс». Li Di. «Hunting Dog», ink and color on silk. 26.5 cm. high x 26.9 cm. wide. Located in the Palace Museum, Beijing. 12th century, Southern Song Dynasty.
  4. Иллюстрация. — Yi Am, Korean, 1499 - 1566 (Puppy Playing with a Pheasant Feather). 16th century; Joseon Dynasty (1392-1910). Ink and color on silk; mounted as a hanging scroll. Philadelphia Museum of Art.
  5. Запоздалая ссылка на источник находится здесь. Сделанная только сегодня, она не может возместить двадцати веков неоправданных страданий и забвения.
  6. На протяжении лет пяти (собачьих) этот текст украшал, если не ошибаюсь, персональный сайт профессора Тихонова. Затем — благополучно умер.
  7. Иллюстрация. — Jesuit Giuseppe Castiglione «Dog Under Flowers», ink and color on silk, 151.2 x 61.9 cm. Qing Dynasty (~ 1740-s). National Palace Museum.
  8. Иллюстрация.Татьяна Савоярова ( & Юр.Ханон). — «Дух Демократии» (фрагмент картины: масло, холст, 2014-2015 год). — Tatiana Savoyarova. «The Soul of demokration» (fragment).






Пояс ’ нение

Настоящая статья «О музыкальном влиянии собак» была написана (в своё время) для цикла газетных статей «Тусклые беседы». Впрочем, по рас’слабленности остатков общечеловеческого осла публикация этих статей была окончательно размочена после № 12. Все дальнейшие статьи остались, таким образом неопубликованными, а тусклый цикл незримо разделился на две заведомо неравные & неровные части. Одна — малая: панельная и публичная. Другая — большая и скрытая.

Думаю, после настоящего пояс’нения многим удастся сделать правильный вывод : к какой именно части вышеозначенных «тусклых бесед» первоначально относился №17 «О музыкальном влиянии собак».

Настоящая статья «О музыкальном влиянии собак» публикуется здесь впервые. Дым до небес. Прежде (если не ошибаюсь) был обнародован только (сокращённый ангельский) перевод этой статьи Местом нахождения собак все эти годы оставалась «Ювенильная тетрадь» (том первый). Собственно, там остаётся и теперь. Безусловно, это верное местонахождение.

Таким образом, настоящая публикация статьи «О музыкальном влиянии собак» (2015) сегодня должна быть объявлена — первой (или последней)..., на выбор.
— Равно как и всё остальное, по порядку.


См. так’же

Ханóграф: Портал
Yur.Khanon.png

Ханóграф : Портал
MuPo.png




см. дальше →





Red copyright.pngAuteur : Юрий Ханон.   Red copyright.png  Все права сохранены,   ангельский перевод: Пак НочжаRed copyright.png  All rights reserved.

* * * на эту статью может поднять ногу (или руку) только автор.

— Желающие сделать пометки, могут сходить до ветру или слить их — через свою дворняжку.

* * * публикуется впервые, сокращённый перевод на английский — Пак Ночжа, редактура и оформление текста: Юрий Хано́н.



« styled by Anna t’Haron »