Альфонс Алле

Материал из Ханограф
Перейти к: навигация, поиск
« Альфонс Алле
      человек-портал »
автор: Юрий Ханон
Александр Скрябин, портал Эрик Сати, портал


Ханóграф : Портал
AA.png


Содержание



Альфонс   по прозвищу  « пошёл! »

( статья — в центре всего )
...ещё один, родившийся слишком молодым во времена слишком старые...
Альфонс, тридцатилетний [1]


Альфо́нс Алле́ (1854-1905) — ранний (имея в виду преждевременный) парижский аматёр-концептуалист, фармацевт, писатель, литератор, беллетрист, журналист, художник и даже композитор последней четверти XIX века, фактически возглавивший французский авангард в те пред’последние времена, когда авангарда не только не было, но и — не могло быть. Возглавив (а затем и — обезглавив) в начале 1880-х годов эстетико-философскую школу фумистов, в последующие двадцать лет Альфонс Алле последовательно (в своей крайней непоследовательности) стал теневым родоначальником и предтечей целой серии будущих мировых и всемирных художественных направлений, таких как: дадаизм, сюрреализм, супрематизм, конструктивизм, а также минимализм — в таких разных искусствах как литература, живопись, музыка, театр и даже — кинематограф.

Самыми важными столбиками, вкопанными на этом пути стали, пожалуй, сле’дующие:

— Говоря прямым текстом, Альфонс слишком забежал вперёд, опередив своё (слишком старое) время на двадцать, тридцать, сорок, пятьдесят, семьдесят, сто и более лет. Его открытиями (явно или скрыто) воспользовались другие художники, писатели, композиторы: те, которых он не знал и даже не мог знать. Многие из них появились на свете значительно позже его досадной смерти, случившейся 28 октября 1905 года в одной из комнат отеля «Британия», что на улице Амстердам, неподалёку от кафе «Остен-Фокс». — Их имена..., их славные имена, безусловно, не все достойны того, чтобы оказаться оглашёнными... Впрочем, это произойдёт не сию секунду.

И здесь мне пристало сделать небольшую паузу... Только ради глотка воздуха.

Альфонс Алле, чтобы не показаться в этом месте слишком уж банальным, — он родился в три часа пополудни двадцатого октября 1854 года. Пожалуй, это вполне тривиальное событие случилось уже слишком давно для того, чтобы вплоть до сегодняшнего дня сохранить хоть какое-то удобопонятное значение. И всё же, не станем забывать окончательно, оставив этот тяжёлый разговор... до лучших времён. — Француз до мозга берцовых костей, вдобавок к тому — ещё и настоящий нормандец, потомок «нехороших» кельтов, Альфонс появился на этот свет, этот слишком тёмный свет – в Онфлёре, едва ли не в самой западной точке Европы (неправда), буквально на краю земли — там, где мутные пахучие воды использованной Сены, всё же закончив многоразовый процесс своего использования, наконец-то (с видимым облегчением) выливаются — туда, вниз..., в Ла-Манш, отчего-то называемый здесь — «каналом»...[2]:5-6

И этим одним, пожалуй, сказано всё...
  ...А вот и Альфонс..., который вечно ёрничает и пускает в глаза дым: то едкий, то пахучий, а то и вовсе — пепельно-чёрный, из трубы местного крематория. И ни в чём-то нельзя увериться, и ни на чём-то не удаётся остановиться наверняка... Однако всякий раз за его фасадным гаерством скрывается мрачная правда, правдочка умолчания и поверх неё — тот... чёрный приговор, прочитанный ледяным тоном: всерьёз и без права на пересмотр...[3]:11
Юр.Ханон, «Чёрные Аллеи»  (066.Сгнившие листья)

Родившись, по выражению Эрика Сати «слишком молодым во времена слишком старые», Альфонс Алле был попросту обречён на тотальное непонимание (или резко примитивное понимание) и всю жизнь был вынужден провести под маской этакого безобидного «юмориста», которому любые выходки сходили с рук под соусом ш’утки — ничем не ограниченной. Но и даже в этой тесной резервации «развлекателя» добропорядочных обывателей и коммивояжёров (которой всегда крайне тяготился),[2]:22 Альфонс умудрился (со всей небрежностью истинного аматёра) заявить себя крупнейшим художником-авангардистом XIX-XX века, не говоря уже обо всех остальных. Наблюдая со стороны за его эскападами и бутадами, в высшей степени эксцентричными, иной раз не успеваешь как следует посчитать: сколько же раз он заступил за черту общепринятого (или дозволенного) и сколько Америк открыл походя.

Полагаю, перечислять все штаты нет смысла... Одного Квебека — вполне довольно. [комм. 1]

— Между прочим (причём, буквально говоря: «между прочим»), Альфонс Алле одним из первых поучаствовал также в создании жанра «чёрного юмора»..., — да ещё и какого чёрного!.. Такой экстремальной густоты и темноты, которая, порою, достойна воспоминания о покойных братьях-альбигойцах. — Не зря же спустя тридцать лет Альфонс был признан суковатым дядькой Андре Бретоном за предтечу сюрреализма в литературе,[4] а спустя ещё век с небольшим (хвостом) его кромешной беллетристики хватило на новейший философский сборник-открытие «Чёрные Аллеи». — Состоящий из философской прозы высочайшей абстракции и 160 отборно-чёрных рассказов, этот громадный том, наконец, вернул Альфонсу Алле то место, которое он сам себе некогда указал..., (почти) молча.

И которое ему, говоря без обиняков, никогда не светило...
  ...От самого начала карьеры в «Чёрном коте»,[комм. 2] ему частенько случалось с крайним презрением отзываться о своей работе. При этом каждый раз он многозначительно намекал на те глубокие и серьёзные произведения, над которыми он трудится сам, скрывая ото всех, в тиши “кабинета”. Но, скорее всего, уже тогда он издевался. Как правило, он держал себя с такой неподдельной важностью великого человека, что было практически невозможно проверить: говорит он всерьёз или смеётся над вами...[2]:14
Юр.Ханон,[комм. 3] «Два Процесса»  (Введение и Выведение)

И всё же, главнейшим влиянием и основным артефактом нескромного искусства Альфонса Алле следует признать не какие-то далёкие & абстрактные «-измы», сколь бы значительно надуты и раздуты они ни были, а — персонально — его младшего приятеля, земляка и коллегу по тому «слишком старому времени». Разумеется, я говорю об Эрике Сати. Этот эксцентричный и причудливый «композитор музыки», почти не подверженный чьим-то влияниям, тем не менее, в начале жизни получил в наследство от «дядюшки» громадный заряд дыма, определивший главные идеи его жизни, а значительно позже, в свои последние годы и вовсе сделался прямым продолжением Альфонса — в будущее...

То приснопамятное будущее, до которого Альфонс Алле не дожил полтора десятка лет.

И здесь (без лишних слов) я сызнова позволю себе повториться... И даже (прости Господи) допустить маленький плагиат (причём, не первый раз..., далеко не первый), так сказать, слегка своровать-с... — У самого себя, разумеется. У кого же ещё... А потому... дальше можно не читать, поскольку всё сказанное ниже — давным давно находится в статье «Альфонс Алле, человек без центра», а туда, в свою очередь перекочевало из вступительной части книги «Альфонс, которого не было» (под названием «Альфонс, который был»..., таким образом, представляя собой ректификат третьей (не)свежести...

...и ещё один, родившийся слишком молодым во времена слишком старые...
Эрик,
восемнадцатилетний [5]
Не говоря уже — о четвёртой, разумеется...

Эрик Сати и Альфонс Алле... — Вот две первых предтечи левого авангарда в истории искусства вашего сегодняшнего и вчерашнего мира. В Европе и Америке... В конце XIX и начале XX века... И вот они — здесь, лицом к лицу..., эти два первых, преждевременных и некоронованных минималиста, дадаиста, сюрреалиста так далее по списку).[6]:36

Вплоть до полного непонимания..., или потери сознания...

Альфонс Алле и Эрик Сати... Вчера эти два имени очень редко связывали вместе. Но сегодня, пользуясь полной безнаказанностью, я их связал, ради того, чтобы завтра их уже не смогли развязать. Хотя, если называть вещи своими именами, то в последние годы жизни Эрика этот факт был секретом полы шинели (чтобы не указать ниже). — Слишком многие из личных & поличных знакомых Сати & Алле отчасти знали (от него), отчасти, неплохо помнили об их начальной дружбе, а кое-кто даже слегка понимал, что два этих странных эксцентрика (писатель и композитор, поэт и драматург, живописец и график, фармацевт и критик) — чем-то неуловимо похожи, в чём-то невидимо связаны и где-то пребывают рядом друг с другом.

Так, чтобы не произносить более точных слов..., после всего.

— По иронии одной жирной индейки Эрик Сати, бывший двенадцатью годами моложе, пережил Альфонса Алле — ровно (почти) на двадцать лет. — Причём, скажу понизив голос, не просто лет..., а таких свинцовых, которые оказались почти вечностью, заключив внутри себя не только целую мировую войну (первую!), но и полный (чтобы не сказать: катастрофический) слом эпохи в европейском искусстве и культуре. Альфонс Алле эту эпоху носил в себе и предвосхитил как предтеча, — однако не дожил до неё почти пятнадцать лет. Чуть больше «повезло» его младшему приятелю. И хотя он точно так же предвосхитил новое время (и «Новый дух»), но всё-таки смог до неё дожить..., почти дотянуть... — тоже родившись слишком молодым в слишком старые времена. Хотя общий пейзаж местности сравнительно мало поменялся. Большинство его современников — их современников — по своему личностному уровню были несравнимо ниже этих двух художников. И всё же кое-что общее не могли не почувствовать или хотя бы уловить. Не потому ли до самых последних лет жизни некоторые «особые эстеты» нередко продолжали называть Эрика Сати «Альфонсом Алле музыки» (чаще всего, конечно — с пренебрежительной интонацией, желая его унизить или обругать).[7]:271 Разумея про себя, прежде всего, сам звук этого слова, мягко говоря, активного глагола: «allais!» — а ну, жми на педали, пошёл-пошёл!..., поехал, отправился родимый травить свою небылицу. — Вослед за Альфонсом (одним именем своим после 1875 года стократ удвоившим «смехотворность» собственной фамилии и, как следствие, несерьёзность факта присутствия). Всё это — сплошной обман, надувательство, пустяк, дурацкая ш’утка и дурная ложь.

Вот что, пониже слов, содержалось посреди затрапезных слов: «Альфонс Алле музыки»...[8]:514

И здесь, среди тривиальной ругани или грязной водицы тривиальных деревенских склок между людей и людишек среды искусства, пожалуй, затесалась несомненная правда, хотя и скрытая..., вместе с которой как всегда (с позволения сказать) выплеснули и — ребёнка.

  ...Внезапный взрыв контрастной литературы, соединение пустоты и говядины, огня и грязи, светлого дыма и чёрных языков пламени. И всякий раз повторится неповторимое, и всякий раз чья-то роскошная задница вместо обычного стула будет проваливаться в пустоту, всё ниже и ниже, и ни одна нога никогда не нащупает опоры, и пальцы схватят нечто тёплое и липкое, но даже и тогда в руках снова не останется ровным счётом ничего..., ничего определённого, кроме обычного человеческого материала. – Вот он каков, этот Альфонс Алле, великий пускатель дыма и вечный киник, для которого не было ничего святого. Онфлёрский фокусник и жонглёр словами, мастер чёрного юмора – неожиданно для самого себя ставший (на старости-то лет!..) этим Альфонсом, — которого не было. Глубочайший философ, оставшийся спать в полной темноте (на дне недопитого стакана) и виртуозный мастер без единого инструмента. Теперь всё это пришло и соединилось вместе, с каждым шагом приобретая новые очертания, которых не было и не будет.[комм. 4] Равно как и этого убожеского мира людей, маленькой плоской выдумки посреди вселенского царства пустоты...[3]:11
Юр.Ханон, «Чёрные Аллеи»  (058.Вытянутая рука)

...Два нормандца, два бравых уроженца Онфлёра, ветхого портового городка, год за годом постепенно опускающегося и приходящего в упадок... Эти двое (типичный дуэт втроём), почти «дядюшка» и «племянник», родившиеся с разницей всего-то в дюжину лет..., на одной (Верхней) улице (совсем неподалёку друг от друга) в старых онфлёрских семьях. Два высоких инвалида (хотя и совсем разного габарита)...[9] Безусловно, Алле пошёл первым..., по непаханной обыденной целине человеческого субстрата (говоря мягким..., очень мягким языком), поминутно увязая едва не по колено и с трудом вытаскивая сапоги из ароматной всепроникающей «глинки». И хотя невозможно сказать: кому из них было труднее, всё же непременным остаётся одно... Что второму из них (тому, который меньше ростом) удалось дожить... до времён более молодых и получить хотя бы малую долю того понимания (в том числе и своего собственного, как это ни странно слышать),[9] которого первый из них, умерший в 1905 году, так и остался лишён. Навсегда. И здесь (посреди слов) запрятан некий водораздел... Потому что наибольшим вкладом парижского фармацевта и нотариуса Альфонса Алле в историю большого авангарда и (говоря шире) искусства XX века можно считать не его концептуальные монохромные квадраты, и не сюр’реальные миры его рассказов, и не угольно-чёрный «юмор», и не минималистические выходки в области театр, кино и цирка, и даже не траурный марш памяти вон-Бетховена... Всё это, подхваченное и присвоенное другими (от Малевича до Кейджа) безусловно ценно и верно..., но не дотягивает даже до пояса тому главному..., что имела последствием — его жизнь. Потому что главным вкладом «господина-пошёл» в историю большого авангарда стала, безусловно, одиозная персона Эрика Сати, этого раздражающего и досадного «Альфонса Алле музыки», — между прочим, того самого Альфонса Алле, который, несомненно, представлял собой «Эрика Сати литературы»... и не только её.[6]:37 Печально, но факт. И хотя сам Сати немало баловался блестящими рассказами, эссе и даже пьесами, — равно как и сам Альфонс, — да ещё и рисовал сотни графических & каллиграфических картин, — но ведь он, прошу прощения..., кроме всего был ещё и музыкантом, ничуть не хуже — чем Альфонс Алле, и ещё — поверх всего — уроженцем того же Онфлёра (Кальвадос, Нормандия, Франция, Европа, «слишком старые времена»)...[6]:37

Кажется, именно это я и собирался сказать...
— Но увы, как-то опять... не получилось.











Ком’ментарии

...чёрный квадрат памяти велiкого слепого...
...чёрный квадрат Алле [10]

  1. Судя по интонации текста, автор крайне небрежен, а также (вероятно) устал или пьян. Так же как и свой визави (Альфонс Алле), обладая очевидным недостатком уважения к собственному читателю («читателю, которого нет», — с позволения сказать), он бросается какими-то беглыми ассоциациями, аллюзиями или созвучными словами, нимало не трудясь быть понятным или хотя бы понятым. А ведь существуют (позволю себе заметить) определённые обязательства перед теми, с кем ведёшь диалог... — К примеру, очень мало кто из читателей и почитателей знает, что упомянутый вскользь Квебек — единственный франкоязычный штат Канады. Вдобавок, любимый Альфонсом Алле, не раз им посещённый и описанный в своих беглых рассказах. Кстати сказать, любовь эта взаимна. До сих пор.
  2. «Чёрный кот» — ещё одна очевидная небрежность автора (причём, не известно какого). В данном случае имеется в виду, конечно же, кабаре «Le Chat Noir», открытое в ноябре 1881 года легендарным сыном клошара Би-би-ля-Пюре при Верлене, Родольфом Салисом на Монмартре (бульвар Рошешуар, 84), а спустя пару месяцев — и одноимённый журнал, первым главным редактором которого стал небезызвестный Эмиль Гудо, поэт финансов, президент гидропатов и патрон фумистов. Кстати сказать, именно с лёгкой руки Эмиля Гудо случилось так: почти сразу Альфонс Алле начал сотрудничать с журналом «Le Chat Noir», первый год — как безымянный писака-негр, затем, шаг за шагом — рядовой автор, член редакции и, наконец (с 16 октября 1886 года) занял кресло шефа этого журнала. — Здесь у меня пока всё. Хотя несказанного осталось куда больше, чем сказанного.
  3. Пожалуй, в этом лабиринте требуется ещё один комментарий..., чтобы всё окончательно запутать. — С одной стороны, приведённая цитата обозначена здесь под давно знакомым авторством: Юр.Ханон — и в самом деле взята из текста «Введения в процесс». Но с другой стороны, сам тон и тональность высказывания не вызывает никаких сомнений: это — прямая речь, которая принадлежит некоему современнику (или, может быть, современнице) Альфонса Алле, с большой вероятностью, коллеге (и к тому же не слишком великого ума). Судя по приведённому словесному портрету, по большинству критериев описание не сходится: это очевидно не Ханон (или, возможно, Ханон, но не этот). — Кажущееся противоречие уладить не так просто, как это хотелось бы. И прежде всего потому, что обе версии преимущественно верны. Текст цитаты подлинный, точный и в самом деле принадлежит перу современника (современницы) Альфонса Алле. И только природное упрямство мешает мне сегодня назвать автора этих слов, прежде всего потому, что текст оставшейся втуне книги «Два Процесса» и в самом деле не имеет ни малейшего отношения ни к одному из современников Альфонса Алле. Включая даже Тристана Бернара, — не к столу будет названо это имя маститого мастита и пишущего писателя своего времени, который отличался крайне дурным нравом и даже несколько раз ударил стопкой бумаг по лицу известного журналиста Пьера Милля, когда тот (вследствие личной причастности) обвинил его в излишнем внимании к собственной жене. — Впрочем, прошу прощения, здесь начинается уже совсем другая повесть, смысл которой тем менее ясен, чем дальше она отходит от своего начала и приближается к концу. А потому по-хорошему предлагаю вернуться к тексту статьи.
  4. Слегка ошеломлённый, на этом месте вынужден снять перед самим собой — шляпу (которой не было). Этот отрывок из жестокой вступительной части «Чёрных Аллей»..., мог ли бедный Альфонс даже и предполагать, что о нём... когда-нибудь будет сказано нечто..., столь глубокое и невероятно-невероятное, почти в точности совпадающее с его тайными пожизненными желаниями. — Ай-да Пушкин! ай-да сукин сын!..


Ис’точники

Ханóграф: Портал
Yur.Khanon.png

  1. Иллюстрация.Альфонс Алле, тридцатилетний. Фотография, а также графика взята из книги: Юр.Ханон, «Альфонс, которого не было». — Сана-Перебур: Центр Средней Музыки & Лики России, 2013 г. — стр.18
  2. 2,0 2,1 2,2 Юр.Ханон, Альфонс Алле, Фр.Кафка, Аль.Дрейфус. «Два Процесса». — Сан-Перебур: «Центр Средней Музыки», 2012 г.
  3. 3,0 3,1 Юрий Ханон. «Чёрные Аллеи». — Сана-Перебур: Центр Средней Музыки, 2013 г. 648 стр.
  4. Андре Бретон. «Антология чёрного юмора» (1940) с комментариями и вступительной статьёй С.Дубина. — М.: «Carte Blanche», 1999 г.
  5. Иллюстрация.Эрик Сати, восемнадцатилетний («крайне посредственный» ученик парижской консерватории) ~ 1884-1885 год. — Фотография из архивов журнала «LIFE».
  6. 6,0 6,1 6,2 Юрий Ханон. «Альфонс, которого не было» (издание первое, «недо’работанное»). — Сан-Перебург: «Центр Средней Музыки» & «Лики России», 2013 г., 544 стр., ISBN 978-5-87417-421-7.
  7. Erik Satie «Correspondance presque complete». — Paris: Fayard / Imec, 2000.
  8. Эр.Сати, Юр.Ханон, «Воспоминания задним числом». — Сана-Перебург: Центр Средней Музыки & Лики России, 2010 г. — 682 стр., ISBN 978-5-87417-338-8.
  9. 9,0 9,1 Юр.Ханон «Три Инвалида». — Санта-Перебурга: Центр Средней Музыки, 2013 г.
  10. Иллюстрация.«Чёрный квадрат» Альфонса Алле, (каким он мог быть). Юр.Ханон: псевдореконструкция (февраль 2009) картины 1882 года, показанной в октябре того же года на выставке «Отвязанного искусства» под названием «Битва негров в пещере глубокой ночью» (название приведено не точно, к тому же — намеренно). — Reconstruction de Yuri Khanon, fe 2009, — archives de Yuri Khanon.









A p p e n d i X

   ( или карманный путеводитель по Альфонсу )  


1.  Альфонс Алле     ( лица и вещи )



Товар Название статьи Автор
Khanon Alphonse kotorogo ne bylo 2009.jpg Альфонс Алле  (как лицо)
( эта статья портала Альфонса )
Юр.Ханон
Allais Late XIX Century Posters-a.jpg Альфонс Алле ( человек без центра )
( биографическая обзорная статья: кто есть сей Альфонс )
Аль.Алле
Юр.Ханон
Emile Goudeau 1891 ~.jpg Эмиль Гудо ( поэт финансов )
( брат фумистов и главный гидропат Парижа )
Юр.Ханон
Tristan Bernard par Veber.jpg Тристан, сын Бернара( нет, не Сара )
( не’названный ученик Альфонса )
Юр.Ханон
Аль.Алле
Sapeck La Joconde fumant la pipe 1883v.jpg « Дадаизм до дадаизма »
( Альфонс Алле — глава прошлых фумистов будущего )
Юр.Ханон
Allais-Khanon 1884 Carre rouge (reconstruction).jpg « Минимализм до минимализма »
( Альфонс Алле как минимальная предтеча )
Юр.Ханон
Jorge Luis Borges (Buenos Aires, Paseo de los Poetas).jpg Альфонс ...  или происхождение имени
( два Альфонса, «до» и «после» всего )
Юр.Ханон
Allais-Khanon 1884 Carre vert (reconstruction).jpg Зелёные квадраты Альфонса Алле
( ещё одно рас’следование )
Юр.Ханон
Cinema catafalque Khanon215a.jpg Траурный марш на смерть великого глухого
( не говоря уже о слепых... )
Аль.Алле
Юр.Ханон
Deux et deux font cinq Allais-1895.jpg Дважды два (почти) пять   ( 2+2≈5 )
( показательная порка )
Юр.Ханон
Аль.Алле
Alphonse qui existait Allais-Khanon213a.jpg « Альфонс,которого не было »
( или книга в последнем смысле слова )
Юр.Ханон
Alphonse qui existait Allais-Khanon213b.jpg « Альфонс,которого не было »
( и вместе с ним ещё многое, чего не было )
Юр.Ханон
Deux Processe Khanon213 ex1.jpg «Два Процесса» (не считая барсука)
( или книга без права переписки )
Юр.Ханон
(дважды)
Deux Processe Khanon213 ex2.jpg «Два Процесса» (с Альфонсом)
( или маленькое открытие )
Юр.Ханон
(трижды)
Allees Noires Allais-Khanon 214.jpg «Чёрные Аллеи», которых-не-было-и-не-будет
( длинная прогулка с Альфонсом )
Юр.Ханон
Vomitus speciosus-216.jpg Отторжение — в духе Альфонса
( чтобы вам теперь легко рвалось, мадемуазель )
Юр.Ханон







См. тако’ же


( путе’водитель по порталам ханóграфа )


Ханóграф : Портал
ES.png






см. д’альше →





Red copyright.png  Auteurs : Юрий Ханон&Yuri Khanon.   Red copyright.png  Все права сохранены.   Red copyright.png  All rights reserved.

* * * эту статью могут редактировать или исправлять только авторы.
— Желающие сделать замечание или заметку, пускай отправят её посредством
пневмо-почты, если, конечно, нащупают кнопку.




«s t y l e d  &   d e s i g n e d   b y   A n n a  t’ H a r o n»