Альфонс, которого не было, артефакты (Юр.Ханон)

Материал из Ханограф
(перенаправлено с «Альфонс Алле (цитатник)»)
Перейти к: навигация, поиск
« Альфонс, которого не было »   (слова и вещи)
дважды автор : дважды Юрий Ханон
«Альфонс, которого не было» «Два Процесса» (без права переписки)


Содержание



Аль.Алле   Юр.Ханон

« Альфонс, которого не было »
( иликнига в последнем смысле слова )


...Только у того кто удаляется,
кто удаляется, удаляется,
перспектива появляется...

Михаил Савояровъ [1]


...нет, это не публичная книга, совсем не публичная (на фотографии экземпляр №2 из закрытого тиража)...
Первая книга Альфонса (вид совсем сбоку) [2]

« Альфонс, которого не было » — для тех, кто не знает, это первая книга..., вышедшая в мир на русском языке..., проще говоря, первая русская книга совершенно нерусского Альфонса Алле, легендарного абсурдиста и чёрного юмориста, основоположника и предтечи дадаизма, сюрреализма, минимализма и концептуализма в живописи, литературе и даже музыке. Этот (как минимум) странный & (до крайности) эксцентричный француз, родившийся..., пардон, родившийся ... «слишком молодым в слишком старые времена»...,[3]:283 — сумел восхитительно предвосхитить на бумаге всё грядущее (суетное барахло) наступавшего тогда XX века, при том далеко ... (и очень далеко) не дожив даже до начальных (робких) проявлений собственного пред’восхищения. — Потому что восхитительная дистанция даже до са́мого первого ... составляла как минимум — дюжину лет (со дня смерти). А как максимум — ещё век с толстой тысячей на хвосте... Прямо скажем, результат не слишком видный. Однако его..., этого результата удалось добиться буквально несколькими лёгкими движениями. Как всегда небрежными и неточными. И всё это смогли сделать его современники. Нет, не только Альфонса. Но также и всех остальных..., участвовавших в процессе... Так бывает, причём, гораздо чаще, чем принято считать.

Первая книга..., да..., очень точно сказано. Спасибо. Тронут.
Она же — и последняя, если понимаете.

«Я пришёл в этот мир слишком молодым в слишком старые времена»...[3]:283
Эти слова (и не только слова) Эрик Сати сказал (и не только сказал) — о самом себе (и не только о самом себе), конечно. Пускай не напрямую и не в лоб — о нём, об Альфонсе (хотя и вполне бы мог иметь его в виду..., уже давно и подавно мёртвого). И всё же, в этом пункте можно смело открыть скобки (как любил Альфонс, при жизни), [4]:25 оставив все неуверенные «хотя» — где-то там, далеко в стороне, за их пределами («слишком молодым в слишком старые времена»)... Потому что она..., эта тонкая и постоянно рвущаяся правда имела полное отношение и к его дядюшке, приятелю и земляку, Альфонсу Алле. С одною только поправкой (на дюжину с лишком лет..., на которые дядюшка опередил своего доброго племянника). И если Эрику всё-таки удалось дожить до первых седин дадаизма, лично поучаствовав в зачатии сюрреализма и даже минимализма, то Альфонс так и умер в полной уверенности, что его жизнь (задним числом) — полное барахло, а сам он истратил весь свой спинной мозг на пустые юморные рассказики для развлечения коммивояжёров в поездах или на пароходах...[5]:22 Или обои вместе, в конце концов.

Значит, первая книга..., да..., большое спасибо. Очень приятно слышать.
Она же — и последняя, чтобы опять не говорить лишних слов.
...страх и кошмар под видом чёрного квадрата...
«Чёрный квадрат» Альфонса (1882) [6]

«Не бойся, что тебя поймут неправильно. Это уже давно случилось».[7]:109 Иногда..., как мне кажется, бывает достаточно всего девяти слов. Или семи. Или трёх, на худой конец. А ещё лучше промолчать. Как великий глухой Альфонса. Чтобы затем — просто закрыть ... за собой ... дверь. На двух петлях. Потому что она..., в конечном счёте, только для того и сделана... Да. Этот Альфонс, боже мой, сколько же можно о нём говорить... Этот восхитительно небрежный автор «чёрного квадрата», подаривший его первому встречному... (за тридцать лет до Малевича), а затем и второму (не считая самого́ Малевича), — можно ли сказать (по-русски), что всё прежнее время он оставался буквально в тени?.., пока этот Ханон не вытащил его оттуда. Буквально — за уши. Как зайца. — Или всё-таки..., это было бы преувеличением?.. Говоря по-русски. Прошу прощения... В последнее время это случалось подозрительно часто. Можно сказать даже: на грани приличия (поминутно переступая)...

Значит, первая книга..., вы говорите? На русском? Очень мило, очень мило... Charmant...
Она же — и последняя, чтобы не думать слишком долго о последствиях.

« Альфонс, которого не было » — для тех, кто не знает, это первая (вышедшая в свет) русская книга знаменитого французского абсурдиста и пускателя дыма Альфонса Алле, — и одновременно, последняя (вышедшая в свет) книга крупнейшего русского идеолога и первозакрывателя в искусстве, её второго и главного автора по имени Юрий Ханон.

— Прямо скажем, результат невидный. — Однако его..., этого результата удалось добиться буквально несколькими лёгкими движениями. Как всегда небрежными и неточными. И не только — рук. Как это у них широко принято. И самое приятное, что всё это смогли сделать исключительно они, его современники.
— Нет, не только Альфонса. Но также и всех остальных..., непроизвольно поучаствовавших в процессе...

— Плохое зрение, тугой слух, дурной вкус,
 слабое понимание, вялая память, тусклое спокойствие,
  большой желудок и приятное самочувствие
   — что ещё нужно человеку для настоящего счастья!..
[4]:57
Юр.Ханон : вставка...





A p p e n d i X

( слова и словечки, «которых не было» )


« ...B эту книгу..., я повторяю, в эту книгу я вложил всё...,
  ...всё что мне до сих пор было известно о тупости и
    о скудоумии..., я повторяю, о скудоумии и тупости...,
      вашей тупости..., мадам, мсье..., и даже мадмуазель.
        А всех остальных я попросил бы не беспокоиться.
            Потому что беспокоиться — поздно. »
[8]:5
Юр.Ханон. Эпи’граф...


из главы « Альфонс, который был »

...иллюстрация из первой главы «Альфонс, который был»...
Альфонс Алле, человек слов
(Париж, 1890-е) [9]
➤   

Именно так, если не ошибаюсь, и должна выглядеть идеальная правда:
чистой и не понятной решительно никому...:(стр.9)

  Юр.Ханон, из текста главы «Альфонс, который был»


➤   

Кладбище – это самое замечательное место на свете.
   Оно буквально кишит незаменимыми людьми...:(стр.10)

  Альфонс Алле,[комм. 1] штучки [4]:7-37
➤   

Чем дольше катаются морские камешки, тем лучше они отшлифованы.
Но с извозчиками почему-то всё происходит в точности наоборот. :(стр.10)

  Альфонс Алле, штучки
➤   

...Как говорила вдова человека, умершего после консилиума трёх лучших врачей Парижа:
« Но что же он мог поделать один, больной, против троих — здоровых?.. » :(стр.11)

  Альфонс Алле, штучки
➤   

Старая как этот мир мечта каждого порядочного человека:
  убить кого-нибудь, хотя бы и в порядке самозащиты. :(стр.11)

  — Альфонс Алле, штучки
➤   

Спустя двенадцать лет на расстоянии второго десятка шагов от этого места по адресу Верхняя улица, дом 122 родился Эрик Сати, такой же композитор, как и Альфонс Алле — писатель. Идём дальше. Как говорили они оба, — мы ещё не раз вернёмся к этому незначительному сюжету. Было бы к чему возвращаться...
И Альфонс Алле, и Эрик Сати: они оба в детстве посещали не только вполне аналогичную материнскую грудь, но также — один и тот же коллеж, находящийся под руководством угрожающего директора, доктора несвятой инквизиции Артура Будена, — откуда вынесли самые неприятные воспоминания о годах учения и тех людях, которые „якобы учат“. — Запомним эту историю. Она нам ещё не раз пригодится. :(стр.11)

  Юр.Ханон, из текста главы «Альфонс, который был»
➤   

Верх ловкости: умудряться узнавать время по барометру,
           а давление – из газет. :(стр.12)

  — Альфонс Алле, штучки [комм. 2]
➤   

Джентльмен – это человек, который пользуется щипцами для сахара,
   даже когда находится совершенно один... в тёмной комнате. :(стр.13)

  — Альфонс Алле, штучки
➤   

Простите, мадам, но я никак не могу сообщить вам мой возраст.
       К сожалению, он каждую минуту меняется... :(стр.13)

  — Альфонс Алле, штучки
➤   

Зря, конечно, жандармы так дурно обращаются с преступниками.
Неблагодарные люди: не будь на свете преступников, так и жандармы уже давно бы перестали существовать.:(стр.13)

  — Альфонс Алле, штучки
➤   

Если я правильно понимаю, вдовство женщины почти всегда
    является прямым следствием смерти её супруга. :(стр.14)

  — Альфонс Алле, штучки
➤   

Какой смысл принимать жизнь всерьёз, если это лотерея без выигрыша:
  как мне кажется, из неё всё равно никто не выйдет живым...:(стр.15)

  — Альфонс Алле, штучки
➤   

Глупые люди: они упускают возможность продать обратный билет гораздо дороже:
  в конце концов, можно не поехать, но не вернуться – уже никак нельзя.:(стр.15)

  — Альфонс Алле, штучки
➤   

...Давайте, постараемся быть хотя бы немного терпимее к человеку,
 всё же, не следовало бы забывать: в какую примитивную эпоху он был сотворён...:(стр.16)

  — Альфонс Алле, штучки
➤   

В любой жизни случаются свои взлёты и падения, –
   как говаривал один мой знакомый лифтёр.:(стр.17)

  — Альфонс Алле, штучки
➤   

...В жизни нередко случаются такие минуты,
 когда отсутствие людоедов ощущается особенно болезненно.:(стр.17)

  — Альфонс Алле, штучки
➤   

Отъехать — это совсем немного умереть.
    Но умереть — это очень сильно отъехать!..:(стр.18)

  — Альфонс Алле, штучки
➤   

...Но в результате, как говорят знатоки вопроса, наследие Альфонса, написанное на коленке, по объёму (в груди и бёдрах) ничем не уступает даже многотомному творчеству кабинетного талмудиста Бальзака. Конечно, их уравнение может произойти только в том случае, если всё написанное Альфонсом соскрести с поверхности газет, собрать в кучку и аккуратно распихать по человеческим книжечкам, — вот только тогда и получатся искомые пять тысяч человеческих страниц. Однако на сегодняшний день опубликовано не более семисот, от силы — тысячи его скромных или скоромных писательских выходок. :(стр.19)

  Юр.Ханон, из текста главы «Альфонс, который был»
...ещё иллюстрация из первой главы «Альфонс, который был»...
Альфонс Алле, человек слов
(Париж, 1890-е) [9]
➤   

Что есть, в сущности, лентяй: это обыкновенный человек,
   который ленится даже делать вид, будто работает. :(стр.19)

  — Альфонс Алле, штучки
➤   

      Не будь болваном.
Никогда не откладывай на завтра то, что можешь сделать послезавтра. :(стр.20)

  — Альфонс Алле, штучки
➤   

Люди, которые никогда не смеются, –
   без сомнения, это самые несерьёзные люди.:(стр.21)

  — Альфонс Алле, штучки
➤   

...С деньгами даже бедность переносится легче,
      не так ли?..:(стр.23)

  — Альфонс Алле, штучки
➤   

Верх рассеянности: проснувшись однажды утром,
  раз и навсегда – позабыть открыть глаза.:(стр.23)

  — Альфонс Алле, штучки
➤   

Нет, не беспокойтесь, дорогой друг...
   Бесплодие по наследству не передаётся! Даже женское...:(стр.23)

  — Альфонс Алле, штучки
➤   

Когда представляется редкая возможность воплотить метафору в жизнь,
    можно ли колебаться хотя бы одно мгновение?..:(стр.25)

  — Альфонс Алле, штучки
➤   

Труднее всего пережить — конец месяца,
особенно последние тридцать дней. :(стр.25)

  — Альфонс Алле, штучки
➤   

Нищета хороша прежде всего тем,
  что в большинстве случаев избавляет от страха проснуться обворованным.:(стр.26)

  — Альфонс Алле, штучки
➤   

Рекорд скупости: научиться спать на соринках, которых не видишь в своём глазу,
    и отапливать зимой квартиру брёвнами, которые нашёл в чужом.:(стр.26)

  — Альфонс Алле, штучки
➤   

Я глубоко убеждён, что всё общественное и публичное должно быть бесплатным:
    в первую очередь образование, транспорт и женщины...:(стр.27)

  — Альфонс Алле, штучки
➤   

Бюрократия – это типичные микробы, о чём с ними разговаривать?
  Ведь мы не вступаем в переговоры с микробами. Мы их просто убиваем.:(стр.27)

  — Альфонс Алле, штучки
➤   

Нужно отнимать деньги у тех, у кого они имеются, и прежде всего, конечно – у бедных.
  Да, конечно, у бедных денег маловато, но зато самих бедных так много!..:(стр.27)

  — Альфонс Алле, штучки
➤   

    Если желаете знать, Шекспир никогда не существовал.
А все его пьесы были написаны неким неизвестным, которого, кстати сказать, звали Шекспиром. :(стр.28)

  — Альфонс Алле, штучки
➤   

Впрочем, довольно трудно объяснить: кто такой Альфонс Алле — тем, кто не знает или, тем более, не понимает слов. Им вообще всегда довольно трудно объяснить..., что бы то ни было. Но ещё труднее дело обстоит с русским читателем, поскольку с ним это произошло только сегодня. Впервые (спустя каких-то жалких сто двадцать лет!) обнаружив подобное животное на небосклоне своей черепной коробки, он неминуемо чешет репу и спрашивает: «Альфонс..., это – как что?» — Ответ напрашивается сам собой: это как ничто..., дорогой друг, или, в крайнем случае, как говяжья тушёнка в банке. Прошу прощения за черезчур свежее сравнение...:(стр.29)

  Юр.Ханон, из текста главы «Альфонс, который был»
...и ещё иллюстрация из первой главы «Альфонс, который был»...
Альфонс Алле, человек слов
(Париж, 1890-е) [9]
➤   

Рекорд вежливости: случайно (не дай бог с размаху!) сесть на собственную задницу
       и тут же перед ней извиниться. :(стр.29)

  — Альфонс Алле, штучки
➤   

Если море и не переливается через край, так это только потому,
    что Провидение позаботилось снабдить океанские воды губками. :(стр.29)

  — Альфонс Алле, штучки
➤   

Кофе – это удивительный снотворный напиток.
Оно нагоняет ужасную дремоту, особенно если его не пить. :(стр.29)

  — Альфонс Алле, штучки
➤   

Если человек и в самом деле царь природы,
тогда и собака, безо всяких сомнений, вполне сойдёт за барона, как минимум.:(стр.30)

  — Альфонс Алле, штучки
➤   

Пока мы вяло соображаем, как бы получше убить время,
       время методично убивает нас. :(стр.31)

  — Альфонс Алле, штучки
➤   

И всё-таки, бывают такие ситуации, когда имеет смысл воздерживаться от игры
    на бирже, на скачках, в карты или на рулетке:
во-первых, когда для этого нет денег, а во-вторых, когда они ещё есть...:(стр.31)

  — Альфонс Алле, штучки
➤   

Первое, что бросается в глаза путешественнику, впервые посетившему Венецию, −
   это полнейшее отсутствие запаха лошадиного навоза. :(стр.31)

  — Альфонс Алле, штучки
➤   

В 1913 году, спустя восемь лет после смерти «дорогого дядюшки» Альфонса, рисуя свой «надгробный» автопортрет, Эрик Сати написал под ним две короткие строчки: «Я родился слишком молодым в слишком старые времена». Сегодня приходится признать, что эти слова в полной мере применимы и к Альфонсу Алле, с той только разницей, что Эрик Сати хотя бы и немного, но всё-таки дожил и — зацепил левой ногой те молодые времена, которые смогли отчасти оценить его особенное и ни на что не похожее значение, а хитрый мсье Альфонс предусмотрительно ретировался — за десять лет до них, в 1905 году. :(стр.32)

  Юр.Ханон, из текста главы «Альфонс, который был»
➤   

Статистика неумолимо свидетельствует: по невыясненным причинам
 смертность в армии довольно резко возрастает именно в военное время. :(стр.32)

  — Альфонс Алле, штучки
➤   

   Истинная вершина портретного искусства:
когда можно запросто сесть — и побриться перед собственным изображением. :(стр.32)

  — Альфонс Алле, штучки
➤   

Голодное брюхо, как говорят, глухо,
   у него нет ушей, но зато — замечательный нюх. :(стр.33)

  — Альфонс Алле, штучки
➤   

И каждый год, едва наступает лето, тысячи семей отправляются к морю,
  прихватив с собой детей, в иллюзорной надежде утопить там самых мерзких. :(стр.33)

  — Альфонс Алле, штучки
➤   

  Итальянцы – такой музыкальный народ, без музыки не могут прожить ни минуты!
Вместо того чтобы сказать “двадцать су”, как у нас, они каждый раз говорят “одна лира”...:(стр.35)

  — Альфонс Алле, штучки
➤   

Если говорить о любовницах, то всем другим женщинам я безусловно предпочитаю жён друзей:
  в случае чего, хорошо знаешь, с кем придётся иметь дело. :(стр.36)

  — Альфонс Алле, штучки
➤   

Грустно думать, что про Северный полюс говорят очень часто, про Южный – гораздо реже,
а вот про Западный и Восточный – и вовсе никогда. Почему такая несправедливость?.. или странная забывчивость? :(стр.36)

  — Альфонс Алле, штучки
➤   

— И в самом деле, что за прекрасная мысль! Если по-настоящему протереть глаза, вот тогда и станет очевидно видно, что наибольшим вкладом этого Альфонса Алле в музыку и музыкальную историю можно считать — отнюдь не его глухой траурный марш молчания, а прошу прощения, Эрика Сати собственной персоной, «Альфонса Алле музыки», того самого Альфонса Алле, который сегодня является уже несомненным «Эриком Сати» литературы. Хотя и сам Сати писал блестящие рассказы, эссе и пьесы, равно как и Альфонс Алле, и рисовал сотни графических и каллиграфических картин, но он (кроме того) был ещё и — музыкантом, бравым музыкантом, тоже как Алле, — и уроженцем того же самого Онфлёра (Кальвадос, Нормандия),
— «где иногда было до смешного жарко... для такого маленького городка»...:(стр.32)

  Юр.Ханон, из текста главы «Альфонс, который был»
➤   

Поверите ли, у меня потрясающая память:
я решительно всё забываю. :(стр.36)

  — Альфонс Алле, штучки [комм. 3]


из микросборника « Три ботинка »

...оранжевый экземпляр, взятый из публичного (дома)..., пардон, тиража (я хотел сказать)...
Первая книга Альфонса
(вид сбоку) [10]


➤   

«Логическим путём можно дойти до всего, при условии, что оттуда можно вернуться», – как однажды изрёк один мудрец..., всего один..., очень старый мудрец.
– О, этот древний счастливец: ему (в своё время) судя по всему уже удалось сначала дойти, а потом – и выбраться обратно, чтобы немного поговорить с нами! Теперь и я скромно шагаю по его стопам. И вот что я хотел бы сказать..., на этом пути, – пока он ещё не кончился...:(стр.39)

  — Альфонс Алле, Юрий Ханон: [комм. 4] «Бесполезность логики» [4]:39-51
➤   

О..., если бы у Персо́на была только одна эта маленькая слабость, я уверен, ещё и сегодня он оставался бы жив... Жив как никто. Или – как я, например. – Но, к несчастью, у него всё-таки была ещё одна страсть, с виду вроде бы совсем не опасная, – но которая, тем не менее, и свела его прямым путём – в могилу.
Дело в том, что Персон страстно коллекционировал — автографы.:(стр.42)

  — Альфонс Алле, Юрий Ханон: «Смертельный автограф»
➤   

 В конце концов, словно решившись, он поднял на меня глаза и подавленно пробормотал:
– Но что самое ужасное, понимаешь, старик, ведь на самом деле это я..., один я его убийца... отчасти.
Моё мучительное оцепенение разом окрасилось ещё одним, на сей раз ярко-бордовым удивлением. – Ну и ну..., что за странной шкатулкой с секретом оказалась смерть этого доброго малого... – Глядя на него при жизни..., нет, никогда бы не ожидал подобного поворота. Сначала эта невероятная болезнь, а затем и пуще того, – убийство? Отказываюсь верить! Опять отказываюсь.
– Да, – тем временем продолжал он, – понимаешь ли, бедный Персон скончался... от моего совета!:(стр.43)

  — Альфонс Алле, Юрий Ханон: «Смертельный автограф»
➤   

По правде говоря, я испытываю жуткое омерзение к жизни в кафе. И прежде всего, конечно, потому, что всё время, проведённое в заведениях подобного рода, безнадёжно украдено у благочестия и молитвы..., – молитвы и благочестия. И ещё раз – у них.
К тому же, старинный варварский обычай обязывает всякого посетителя кафе не только наливать в рот, но даже и заглатывать те или иные жидкости, каждая из которых, будучи произведена при помощи процесса искусственного брожения, содержит в своём составе различные алкогольные соединения. По секрету могу рассказать, что неумеренное потребление этих напитков постепенно приводит человека в состояние крупного (или даже мелкого) рогатого скота. И эта крайне неприглядная особенность всех питейных заведений подобного рода делает их почти непригодными для посещения. :(стр.46)

  — Альфонс Алле, Юрий Ханон: «Левый ботинок»
➤   

Но увы, так уж устроена в наши дни современная жизнь (в Средние-то Века современная жизнь протекала совершенно другим образом, само собой!) что даже самые суровые молодцы нынче превратились в прихожан совершенно других заведений. И вот, выбиваясь из последних сил, они всё-таки заставляют себя изо дня в день волочить ноги в кафе (как на церковную службу), чтобы стать хотя бы немного похожими на самого Настоящего пьянчужку (кюре) из-под преосвященного забора. И что же тут поделаешь, если такова, такова сегодня красная цена настоящей веры... и карьеры. Не больше и не меньше.
Вот так и мне как-то раз утром привелось перешагнуть порог просторного храма пивной на Страсбургском бульваре. Просторного, но увы, совершенно пустого..., как это сейчас регулярно случается. :(стр.46-47)

  — Альфонс Алле, Юрий Ханон: «Левый ботинок»


из главы « Альфонс, которого не было »

...жёлтый экземпляр из публичного тиража...
Первая книга Альфонса
(вид сбоку) [11]


➤   

Сегодня мы уже знаем, что подавляющее число текстов, которые обессмертили имя Альфонса Алле и дали ему пропуск в синклит величайших беллетристов прошлого и современности, были написаны в жанре надгробной эпитафии или некролога, как это ни странно слышать. Именно поэтому он издавал так мало своих книг: всякий желающий почитать или почтить маленькие шедевры Альфонса, в любой момент легко мог найти их практически на любом из парижских кладбищ. Да ведь и сегодня, даже несмотря на тяжкие разрушения двух войн и злокачественно разросшийся Париж, нередко можно отыскать и прочитать ветхие надгробные плиты с текстами, явно принадлежащими тонкому перу Альфонса. – Очень наглядный урок, не правда ли?.., длиной в целую жизнь. Не всегда нам удаётся угадать заранее, где находится точка наибольшего успеха, или даже полного провала... под землю...:(стр.51-52)

  Юр.Ханон, из текста главы «Альфонс, которого не было» [4]:51-73
➤   

Ежедневная жизнь..., она обладает громадной въедливой силой инерции (особенно если в ней кое-что нравится или, тем более, доставляет удовольствие). А ему и в самом деле очень многое в ней нравилось: слишком многое, чтобы пренебречь этой уткой..., кровавой уткой под соусом, я хотел сказать. Алкоголь, беседа с другом, приятная женщина, хороший стол, стул или пол, всё это не оставляло его равнодушным ни в жизни, ни на бумаге, ни под бумагой...:(стр.53)

  Юр.Ханон, из текста главы «Альфонс, которого не было» [4]:51-73
➤   

Шутки в сторону? – итак, вы кажется сказали, шутки в сторону? Пожалуйста, нет ничего проще! – Особенно когда речь идёт об Альфонсе, о нём самом... Само собой, только серьёзно и – ни малейшей тени улыбки. Но как же ещё можно говорить о человеке, который ни одной ногой не был — юмористом. Разумеется, только всерьёз и по крупному счёту. И тем более разумеется, его нельзя назвать «писателем» в строгом смысле слова... без натяжки. Однако обозвать его журналистом – язык тем более не поворачивается. Хотя он и без костей. Но кем же он был, в таком случае? – Ответ как всегда прост, как сама простота. Конечно, Альфонс не был писателем, редактором или журналистом, но прежде всего он был жив, слишком жив для этой жизни..., каков бы ни был его род занятий: аптекман, гидропат, водопроводчик, едок или ездок..., – при любом раскладе он был столь жив, яр и ярок, что его яркости, ярости и живости хватило бы на десяток писателей... нормальных. Таких как полагается..., а не таких, как этот, с позволения сказать, небесный обрубок из-под облаков французского рейха (третьего)... Да-с. – И вот именно здесь, пожалуй, и лежит одна очень маленькая разгадка большого Альфонса. Она называется «другой человек», нестандартное сознание или... инвалидность...:(стр.54)

  — Юр.Ханон: из текста главы «Альфонс, которого не было»
➤   

– Не бойся показаться идиотом!
В конце концов, <...> это — максимум того, на что ты можешь рассчитывать. :(стр.52)

  — Юр.Ханон: «Альфонс, которого не было» [комм. 5]
➤   

Сегодня уже никто не сомневается, что современная обезьяна произошла от человека.
Непрояснённым при этом остаётся только один маленький вопрос:
куда же при этом подевался сам человек?..:(стр.53)

  — Юр.Ханон: «Альфонс, которого не было»
➤   

Слово – это пустота, со всех сторон облепленная буквами.
Вот почему с ней так удобно играть.:(стр.56)

  — Юр.Ханон: «Альфонс, которого не было»
➤   

Однако, глядя на этот беззастенчивый & тотальный обман, невольно возникает вопрос: а когда же ему вообще можно верить? Может быть, обманывая, он точно так же обманывает, и между отдельными палочками лжи потихоньку пропихивает кусочки правды?.. Пустой вопрос, мсье, и тем более пустые сомнения. Всякий раз он говорит про себя & от себя, но никогда не скажет о себе иначе, чем обманув дважды. Или же в точности наоборот. – И главное здесь: движение, скорость, момент, заметить или схватить, пробегая мимо, рассказать или утаить, тут же забыть и рассказать снова – всё мимоходом и не оборачиваясь на самого себя... Наметив центральную точку, быстро наиграв пару пассажей на клавиатуре, ткнув смычком в глаз – наконец, сыграть траурный марш на смерть великого глухого, хлопнуть крышкой гроба и снова умчаться куда-то дальше, дальше и снова ещё дальше. И какая, в сущности, разница, из чего сделана крышка, после всего этого? Главное, что есть хотя бы звук, идея, зерно, образ, игрушка... – и все они шикарные, яркие, вызывающие и решительно ни на что не похожие. Не отделывая детали, не шлифуя крышку и не навешивая кистей – и так всё сгодится! В конце концов, там любых принимают! И уж в любом случае, что бы я ни сделал – это будет значительно лучше, чем нужно. Достаточно одного взгляда на это место, – расхожее & отхожее место, среди чего я здесь вынужден вертеться и прозябать, до поры до времени..., — и ещё..., эти благостные рожи, тысячи & миллионы рож, намазанных патокой и керосином. – Для них-то всё сойдёт, мой добрый старик, всё сгодится. Пускай без блестящей упаковки, без бантика и желания как-то подавать себя..., на серебряном блюде с подлой подливой. Но... разве мы здесь всерьёз торгуем? Собой... или этим барахлом?..:(стр.56)

  — Юр.Ханон: из текста главы «Альфонс, которого не было»
...то ли это фумизм, то ли просто дым алле...
Рене Магритт
«Приношение Альфонсу Алле» (1964) [12]
➤   

Какой смысл пытливо и упорно искать правду,
если она и так всегда валяется прямо на поверхности!..:(стр.54)

  — Юр.Ханон: «Альфонс, которого не было»
➤   

Плохое зрение, тугой слух, дурной вкус,
слабое понимание, вялая память, тусклое спокойствие,
большой желудок и приятное самочувствие
— что ещё нужно человеку для настоящего счастья!..:(стр.57)

  — Юр.Ханон: «Альфонс, которого не было»
➤   

Сначала преврати свою жизнь в слово,
а затем уже можешь делать из неё всё что угодно. :(стр.58)

  — Юр.Ханон: «Альфонс, которого не было»
➤   

И прежде всего..., прежде всего... — это, разумеется, не перевод. Никакой не перевод, чтоб вы знали заранее. А если и перевод, то какой-то совсем другой, – не тот, о котором обычно говорят. Пожалуй, именно таким образом сам Альфонс не раз переводил... кальвадос..., или утку с кровью (и я не скажу на что). Однако литературу..., если не ошибаюсь, литературу у них так (как утку) переводить не принято. :(стр.58-59)

  — Юр.Ханон: из текста главы «Альфонс, которого не было»
➤   

Вот так и бывает: иной раз перечтёшь написанное и не можешь понять, что же имел в виду автор..., или, может статься, он был мертвецки пьян... в тот вечер? — И сразу же, как в старинной сказке, начинаешь гораздо яснее понимать старика Альфонса: почему он старался не перечитывать написанное, предоставляя эту почётную обязанность всем остальным, – кто остался. – Вот он каков, настоящий Учитель с большой буквы, между прочим, не просто какой-то там Альфонс, один из Альфонсов, а полный ровесник Фридриха Ницше, с разницей всего в каких-то жалких десять лет. :(стр.59)

  — Юр.Ханон: из текста главы «Альфонс, которого не было»
➤   

Если я ошибаюсь — пускай меня поправят.
Но, поправляя меня — пускай не ошибаются! :(стр.59)

  — Юр.Ханон: «Альфонс, которого не было»
➤   

Если Одна сделала это за деньги сегодня, — уже завтра всем остальным
станет глупо и неприлично делать то же самое — но бесплатно! :(стр.60)

  — Юр.Ханон: «Альфонс, которого не было»
➤   

Всего одного беглого взгляда, брошенного на Альфонса, достаточно, чтобы сказать: «да! – он похож». Причём, не просто похож, а похож очень сильно, и даже с лишком. До неправдоподобия. До неприличия. Почти как сам – Козьма Прутков. <...> Всякий раз я повторяю одно: бросьте!.., бросьте хотя бы один рассеянный взгляд на его профиль, там видно всё...:(стр.61)

  Юрий Ханон: из текста главы «Альфонс, которого не было»
...один из бравых квадратов Альфонса...
«Зелёный квадрат Альфонса», 1884 год
(псевдо’реконструкция: Юр.Ханон, 2009) [13]
➤   

Жизнь даётся всего один раз, но зато всем без разбору.
Замечательная компенсация, вы не находите? :(стр.64)

  — Юр.Ханон: «Альфонс, которого не было»
➤   

Совершенно не обязательно иметь много денег.
Гораздо комфортнее — вовсе не жить, конечно. :(стр.66)

  — Юр.Ханон: «Альфонс, которого не было»
➤   

Однако по здравому размышлению всё же приходится признать, что никакая правда не абсолютна, кроме той, что любой человек изнутри по природе своей — неминуемый, вечный альфонс,[комм. 6] и только граница человеческого измерения находится в разном месте. Ведь, положа руку на сердце, всякий предмет имеет свою цену..., и всякий, сознательно или снотворно, волен взвешивать себя на весах Вселенского Мясника. :(стр.66)

  — Юр.Ханон: из текста главы «Альфонс, которого не было»
➤   

Победи самого себя.
Возможно, это единственный надёжный способ не остаться среди — проигравших. :(стр.67)

  — Юр.Ханон: «Альфонс, которого не было»
➤   

Далеко не всякий наделён этим особым талантом: превращать собственную жизнь в пустяк. И прежде всего потому, что она (по гамбургскому счёту) таковой и является. Попробуйте Вы, пустяки господни, превратить пустяк – в пустяк... А я пока немного посмеюсь над вами...:(стр.68)

  — Юрий Ханон: из текста главы «Альфонс, которого не было»
➤   

Итак, слушайте, пока я здесь: умение быть небанальным, или, тем более, неумение быть банальным — вот что отличает всякого инвалида, отставшего или отбившегося от стаи. Но проявляется это умение (или неумение) всякий раз по-разному...:(стр.71)

  — Юр.Ханон: из текста главы «Альфонс, которого не было»
➤   

С разбегу прошибить собственным лбом толстую кирпичную стену, –
и в самом деле, что́ на этом свете может быть Прекраснее! :(стр.71)

  — Юр.Ханон: «Альфонс, которого не было»
➤   

Ровно сколько в тебе потребителя, ленивого и приятного животного — ровно столько ты безнадёжен, приятель. И этим я снова не хотел сказать ничего оскорбительного. Потому что глубоко нормальное состояние всякого животного — это прежде всего удовлетворение фактом собственного существования. :(стр.72)

  — Юр.Ханон: из текста главы «Альфонс, которого не было»
➤   

По существу, вечный главный вопрос жизни заключается в том,
что реально неизвестно — а была ли она вообще? :(стр.72)

  — Юр.Ханон: «Альфонс, которого не было»



из сборника « Дважды два почти пять »

...а так это выглядело на сотню с лишним лет раньше...
«Два и два — пять»
(обложка первого издания, 1895) [14]


➤   

– И что, вы должно быть, полагаете, мой рассказ окончен? Ничуть. Главное находится позади, всегда позади, вот истинная правда... Говоря по существу, я толком даже ещё и не начинал рассказывать... То, что мне понравилось в этой истории больше всего – случилось только на следующий день. Проезжая по случаю мимо того же бюро с омнибусами, где меня примерно облаял государственный осёл, не без некоторого удовольствия я признал своего вчерашнего обидчика и обратился к вечно пьяной скотине со всей возможной учтивостью транспортного идальго:
– О, мсье кондуктор..., послушайте меня..., со вчерашнего дня прошло много времени. Я глубоко думал и многое понял. И вот, сегодня я хотел бы сознаться. :(стр.88)

  — Альфонс Алле, Юрий Ханон: [комм. 7] «Антибюрократия» [4]:75-360
➤   

– Ох! Давай, сейчас лучше не будем об этом! – слишком обрыдло! Крысы..., надутые от собственной важности крысы, выбритые догола ослиные хари, эти громадные здания, снизу доверху набитые дурью и скукой – даже глазу зацепиться не за что... Жуткая пакость, хуже не видал! Нет, я решительно отказываюсь понимать родителей, которые кичатся, что якобы являются здравыми людьми, и при этом способны «совершенно здраво» водить своих бедных неразумных ребятишек (примерно таких как я) – в специальное учреждение для оглупления и штамповки примерных дегенератов во славу какого-то гимнаста, прибитого гвоздями к деревяшке. Не понимаю, как в конце нашего века можно всерьёз смотреть на эту священную и преосвященную дребедень. Имей в виду, я ещё сдерживаюсь и стараюсь использовать выражения «светского характера», как ты говоришь.
<...> — А потому всякому, кто позволяет себе всю жизнь так бездарно выделываться, я скажу: Вы сущий дурак и болван, о мсье, потому что ты веришь в этот массовый бред. :(стр.95)

  Альфонс Алле, Юрий Ханон: «Мистерия Святой Троицы» (из сборника «Дважды два почти пять»)
➤   

Случается и так, что иные любители изящной литературы всячески показывают на меня пальцем, чтобы выразить гордость..., за мою близость к сонму знаменитых и великих людишек Франции; я же, признаюсь, что больше ничем так не годился и не гордился, гадкий негодный гордец, как своим равноудалённым местом! – Да-да..., так-то будет вернее, господин третейский судья, – не раз приговаривал я, выбривая остатки своего величественного изображения в пыльном зеркале. И оно, верное своему предназначению, каждый раз отвечало мне взаимностью..., полной взаимностью, – хотел я сказать. :(стр.120)

  — Альфонс Алле, Юрий Ханон: «Фило-лог-и-я»
➤   

...Представьте себе, что за прелесть: все садятся в круг, слегка касаясь друг друга локтями, каждый держит правый указательный палец поднятым вверх, а левая ладонь слегка согнута, так что кончик большого пальца слегка касается руки соседа, оставляя в середине одно большое общее отверстие, таким образом, чтобы образовался колодец, – висящий в воздухе наподобие жерла маленького вулкана. И тогда ведущий игры неожиданно командует (а команды может быть всего три): «Каждому своя дыра!» или «Общая дыра!» или «Дыра соседа!», после чего каждый игрок должен выполнить команду и как можно скорее запихнуть свой указательный палец или в центр общего круга (если скомандуют общую дыру), или проворно засунуть его в маленькое углубление в левой руке своего соседа, или же погрузить в маленькую дырочку своей собственной ладони. – Да-да, Альфонс, вы (со своим блестящим умом) легко поймёте, что на свете нет ничего более увлекательного и приятного, если только сумеете вложить в эти несложные команды весь свой артистический азарт и пылкость чувств. :(стр.125-126)

  — Альфонс Алле, Юрий Ханон: «Отрывок письма г.Франк-Ноэна»
➤   

Определённо, главный смысл сегодняшней морали – быстрыми шагами удаляться прочь. А затем, возможно, возвращаться обратно – впрочем, с той же самой целью...:(стр.134)

  — Альфонс Алле, Юрий Ханон: «Честнейший человек»
➤   

– Да, я сожалею, – сказала она, – что мне пришлось поневоле нарушить своё обещание, которое я дала присяжным на прошлом суде. Я признаюсь, к несчастью, случилось так, что я не устояла..., и не смогла противостоять той слабости, которую я с детства питаю к прекрасным месье, которые имеют счастье служить во флоте. Однако даже и в мыслях у меня никогда не было того, чтобы их как-нибудь облегчить или обчистить. В порядке признания я сообщаю высокому суду, что никогда даже и не помышляла сдирать с них три шкуры или выворачивать внутренние полости их одежды. Впрочем, если какой-то из служащих членов французского республиканского флота меня действительно обвинил в краже, тогда, прошу вас, покажите мне его. :(стр.136)

  — Альфонс Алле, Юрий Ханон: «Галантные люди»
...тот самый Эрнест Шоссон в должности «генерального секретаря Национального Совета французской Музыки», чем не тренер...
Эрнест Шоссон (к слову) [15]
➤   

Однако взгляните, что я придумал для себя. Нет-нет, даже не пытайтесь догадаться сами: всё равно у вас ничего не получится. Посмотрите-ка хорошенько, в качестве тренера я решил нанимать кого угодно, первого или последнего встречного, пешехода или экипаж, не торгуясь и не скупясь, в общем, решительно неважно кого: вас, генерала Брюжера, аббата Лемира, Эрнеста Шоссона или президента Фора, в конце концов, мне плевать на всех. Моим тренером может стать любая знаменитость, или бездарность..., или даже великий преступник, если у него для этого хватит физических данных. :(стр.146)

  — Альфонс Алле, Юрий Ханон: «Три рекорда»
➤   

Но, пожалуй, самым забавным оказалось <...> мгновение духовного открытия, когда со всей пронзительностью, не допускавшей двойных толкований, меня осенило, что соседняя комната была занята вовсе не обычными французами, <...> а... двумя в высшей степени странными животными: волком и уткой. <...>
Что за дичь! – волк и утка в комнате привокзального отеля! Но, с другой стороны, почему бы и нет? Всё на свете когда-то становится возможным, пускай даже и в Марселе, в обычной затрапезной гостинице неподалёку от вокзала... Неподалёку от вокзала, – скажу я вам как знаток вопроса, – возможно всё.
И вот ещё что было удивительным: вопреки подозрениям или даже уверенности моих проницательных читателей и, в особенности, читательниц, волк не только не пытался сожрать утку, но даже, как бы это сказать, совершенно напротив: если он даже и старался её как-то придушить или продырявить, то в основном своими отвратительными волчьими ласками... :(стр.152)

  — Альфонс Алле, Юрий Ханон: «Маленький волк и толстая утка»
➤   

В течение одного заранее назначенного часа все человеческие особи мира должны будут мобилизоваться сами и мобилизовать для выполнения столь важной задачи всё, буквально всё подходящее, что окажется у них в руках, на руках и под руками: всех животных и птиц (рыбы не понадобятся), все колокола и склянки, все пистолеты, ружья и пушки, все самые значительные (и незначительные) коллективы и собрания, все дудки и оркестры, начиная от Лямурё и Колонна – вплоть до Муниципальной Музыки Онфлёра и фанфар королевы Мадагаскара включительно и т.д. и т.п... Короче говоря, в дело должно пойти всё, решительно всё, что пригодно для извлечения звука, в том числе крики разносчиков газет, вопли провансальских ишаков и даже призывный грохот спускаемого с лестницы пианино!
В один и тот же заранее условленный час (вернее говоря, в одно мгновение, т.к. час – это штука слишком растяжимая), весь наш живой мир, звери и люди как один начнут горланить, выть и вопить как зарезанные, – одновременно колокола всей земли начнут бить, гудеть и раскачиваться, все языки развяжутся, все пистолеты, ружья и пушки выстрелят, все оркестры грянут, все пианино упадут и т.д. и т.п... :(стр.165)

  — Альфонс Алле, Юрий Ханон: «Эй, эгей!»
➤   

Ох..., что же это за божественный эффект! Если вы никогда не присутствовали при этой кошмарной суматохе, – нет, я теряю дар речи и не могу передать вам даже сотой доли того сумасшедшего собачьего концерта..., перестука и перезвона каждой чечевичины, фасолины или горошины о каждый фарфор, хрусталь и что-нибудь ничуть не менее интересное в самых потаённых глубинах магазина. Словно тысячи маленьких колокольчиков мгновенно обрушиваются в пропасть и взрывают тишину мёртвого города. (Понимаете ли, это я так сказал о Париже). Короче говоря, впечатление превосходит любые последствия любой чечевицы! Любой католический собор мог бы снять шляпу и сделать реверанс перед такой чечевичной мессой – <сыгранной> на одной фасоли! :(стр.175)

  — Альфонс Алле, Юрий Ханон: «Эй, эгей!»
➤   

Когда извозчик не нужен, он постоянно мозолит глаза и лезет со своими назойливыми предложениями. Но когда куда-то торопишься, как на зло, его и с огнём не сыщешь. – Эй, извозчик! Огонь! – кажется, так говорят немцы? Или я что-то перепутал?
Впрочем, не слушайте меня, мой друг, когда я говорю: ни одной колымаги. На самом деле всё было совершенно наоборот. По улице плелись, ехали и мчались тучи и кучи: одна за другой, десятки, сотни и тысячи самых разнообразных карет, катафалков, экипажей, дровней и дрог..., но все, разумеется, проезжали мимо, даже не глядя в мою сторону, – и в каждой из них сидели какие-то одутловатые парижские рожи. Бездарные обыватели, все как один, пошляки и болваны. Лучше, конечно, если бы их не было вовсе. Может быть, они все завтра, как один, подохнут... от неизвестной болезни? Или свалятся с моста в Сену. Вот уж тогда-то я доеду... на славу! :(стр.194)

  — Альфонс Алле, Юрий Ханон: «Привкус вчерашнего приключения»
➤   

Итак, мой дорогой Поль, на языке врага я говорю вам: allez! – довольно сидеть, опустив руки в глубоком трауре, отныне наш путь открыт! И в один прекрасный солнечный день, когда Германия всем надоест окончательно, вместо того, чтобы начинать с ней очередную рутинную войну, мы объявим ей полную чуму, холеру, оспу..., или, глядя по обстоятельствам, все эти болезни одновременно.
Первым делом будет расформировано военное министерство и заменено (разумеется, без лишней шумихи в прессе) министерством инфекционных заболеваний. Ведь вы понимаете, что нам очень к лицу забота о народном здоровье, не так ли, мой дорогой Поль?
Но оцените, как это будет просто устроить – как всё гениальное! Наши надёжные люди просто рассыплются по всем необходимым точкам этой презренной нации и просто распылят в самых лучших местах содержимое своих драгоценных тюбиков и пробирок. :(стр.222-223)

  — Альфонс Алле, Юрий Ханон: «Экономический патриотизм» [комм. 8]
➤   

Мне..., разумеется, я глубоко презираю и ненавижу немцев; но далеко не только солдат..., – я их ненавижу всех, всех, всех!
Да, я ненавижу баварскую малышку восьми с половиной месяцев от роду, и девяностолетнего померанского фрица, и тупого пруссака с обвисшими усами, и стареющую даму из Франкфурта-на-Майне, и какого-нибудь грязного шалопая из Кёнигсберга.
Но ведь с моей новой системой войны, они все..., понимаете, все отправятся вон..., или останутся где были. – Настоящая сказка! :(стр.223)

  — Альфонс Алле, Юрий Ханон: «Экономический патриотизм»
➤   

...Я хотел бы, чтобы в ближайшее время был разработан и принят специальный закон, в соответствии с которым любому должностному лицу, награждённому орденом Почётного Легиона, больше никогда и ни при каких обстоятельствах не могли бы наставляться рога... :(стр.225)

  — Альфонс Алле, Юрий Ханон: «Интересное положение»
➤   

Отныне, начиная со вчерашнего дня, тот в некотором роде разгул, как я его понимаю, – причиняет мне несказанное отвращение. Считайте, что я решительно обернулся и обратился..., так сказать, – перешёл в иную веру. Перестал приносить жертвы... в жидком виде и предаваться спиритуалистическим оргиям. Теперь мои дни пойдут прямо и гордо, подняв голову, без возлияний и прочих излишеств! Вот новая норма для нас, старик! Давайте жить проще..., безыскуснее, что ли..., говоря в прямом смысле – пора вернуться к природе, пока она сама нас не разворотила... окончательно! Ну..., гляньте сами трезвым глазом, ведь живая природа не допускает никакого пойла с душком брожения! Вернее, всякое брожение приводит к духу разложения. Если бы эти краснозадые обезьяны (в своё время) не выдумали алкоголя, мой дражайший Капитан, тогда им, пожалуй, не пришлось бы и смываться на четвереньках в душевую кабинку и там гадать втихомолку: то ли они не в душе, то ли не в духе, то ли у них всё рыло в пухе...:(стр.233)

  — Альфонс Алле, Юрий Ханон: «Подковка и перековка...»
...такой вот Альфонс... был — во времена «Дважды два почти пять»...
Альфонс Алле (1894) [16]
➤   

Едва только я прибыл, как истинный джентльмен старина Дешоме сразу подвёл меня познакомиться с главным виновником торжества: великолепным садовым экземпляром Antirrhinum majus из семейства норичниковых. Буквально всё растение снизу доверху было осыпано крупными и чрезвычайно выразительными белоснежными цветами.
Я думаю, каждому из смертных отлично известно, что цветок antirrhinum в просторечии называется львиным зевом. Думаю, это можно было и не напоминать. Открывайте зев шире и слушайте.
Между тем, не говоря ни слова, Дешоме вынул из своего портфеля первую бутылку и с крайне деловитым видом принялся поливать свой прекрасный antirrhinum — о ужас! — чистейшим абсентом. Затем, почти без паузы в то же место последовал горький ликёр биттера, несколько порций разных вермутов и т.д. – Не могу сказать, что мне было очень приятно наблюдать, как всё это сказочное творение рук человеческих без малейшего следа исчезает в недрах моей родной земли.
Однако, не обращая ни малейшего внимания на моё всё более расстроенное лицо, Эдмон продолжил разбавлять чудесный абсент несколькими бутылками вина, а шампанское затем подливал целыми литрами — широкой струёй из садового ведра. :(стр.247)

  — Альфонс Алле, Юрий Ханон: «Интереснейший природный феномен»
➤   

Понедельник, 11 июня. <...> Один очень добропорядочный старый господин с каким-то неподдельно искренним интересом расспрашивал меня, зачем я е́ду и что собираюсь делать в Америке. Поскольку нисколько и ничего даже мало-мальски порядочного у меня для него не нашлось в запасе..., ну прямо-таки ни одного слова из того, что́ он хотел бы услышать, ― то я ему и ответил с равнодушным видом, что собираюсь посвятить себя обиванию земляных груш и окучиванию лекарственного хрена в Верхнем Лабрадоре. По правде говоря, эта шутка поначалу показалась мне неотразимой. Так всё и вышло! Старый господин с полным знанием дела ответил мне, что желающие работать сами или управлять другими каждый день и со всех сторон постоянно прибывают на континент. Очень содержательный разговор. Несколько раз взглянув ему в лицо, ― мне всерьёз захотелось обить все груши, заняться разведением хрена и лечить им всех подряд. Особенно ― женщин.
Вторник, 12 июня. – Прекрасная погода, этим утром. Океан плоский как хорошая шутка. Больше никакого катания и качания киля, но вот, откуда ни возьмись, появился хрен..., pardon, крен на правый борт, и очень сильный, по крайней мере градусов двадцать (краем уха я подслушал очень интересные слова одного из капитанов, что плоскость палубы образовала с линией горизонта угол не менее двадцати градусов). В переводе на алкоголь вроде бы не слишком впечатляет. Но если на воде, то получается даже очень неплохо, этот крен на правом борту: его вполне можно употребить на хорошее дело. Во-первых, даже самые смазливые девчонки сегодня приобрели дополнительный крен и окончательно потеряли устойчивость: то и дело спотыкаются, теряют расположение и падают в объятья, – только успевай подставляться! А во-вторых, за обедом подали спаржу в масле и уксусе, – очень удобно! Двадцатиградусный наклон стола оказался приятным дополнением к сервировке – не больше и не меньше, а в точности сколько нужно. :(стр.250)

  — Альфонс Алле, Юрий Ханон: «Неделя без дела»
➤   

– Выдержав лёгкую драматическую паузу, которую можно было бы сравнить разве что со стойкой ягуара, застывшего перед последним прыжком в своей биографии, серьёзная особа добавила, очень веско:
– Этот жуткий тип..., между прочим, он – тот самый, кому платит Англия, чтобы он не только портил нашу репутацию на международной арене, но и регулярно наводил нехорошую лакировку на высшие сферы французской дипломатии!
– Ну и ну..., не может быть! – искренне поразился я.
– Можете не сомневаться, – я вам точно говорю..., он – агент, распыляющий английское влияние по нашей территории.
Услышав её последние слова, признаюсь, я буквально остолбенел, потеряв дар речи на несколько тягостных минут глубокого, безумного и всестороннего ужаса. :(стр.267)

  — Альфонс Алле, Юрий Ханон: «Нехорошая лакировка» [комм. 9]
➤   

– Вы говорите... дело? Но какое ваше дело?
– Как, мадам, неужели вы и здесь опять ничего не знаете?
– Ничего..., совсем ничего.
– Странно..., во всяком случае, наши центральные журналы об этом преизрядно шумели! Одно время..., простите, я даже сделался положительно знаменит..., в некоторых кругах.
Далее последовала выразительная пауза.
– Ну хорошо, мадам! Только перед вами, человеком сдержанным и добрым, я откроюсь и буду совершенно искренен..., – потому что только вам, вам я могу сказать прямо и без обиняков. – ... Понимаете ли, какая штука..., местным судом я был приговорён к шести месяцам каторжной тюрьмы за попытку подрыва, совращение малолетних, сутенёрство, мошенничество, вымогательство, укрывательство, шантаж и организацию беспорядков... :(стр.288)

  — Альфонс Алле, Юрий Ханон: «Гнусная шутка» [комм. 10]
➤   

И если я немного затянул со своим ответом вам, – не сердитесь! Так произошло единственно только потому, что в последние дни мне пришлось совершить маленькое и несусветное (чуть было не сказал, кругосветное) путешествие, – по железной дороге. :(стр.306) <...>
Зачем, например, размещать вокзалы и станции всегда и точно у рельсов железной дороги? Это как минимум – не остро умно, да и пристало ли нам, золотым франкам, распугивать пассажиров своим унылым педантизмом? – так могут поступать только швабы и прусаки.
Вы едете, затем поезд останавливается, вы спускаетесь: можно держать пари сто против одного, что прямо перед собой вы снова и каждый раз увидите вокзал. – Какая жуткая пошлость!
И как же можно ездить без живых и неожиданных поворотов? :(стр.309)

  — Альфонс Алле, Юрий Ханон: «Письмо с боем»
➤   

– ...Я понимаю, конечно, можно сказать что мы ведём себя дерзко и мерзко, что врать дурно; но в некоторых случаях ложь, эта небесная голубка, куда милее правды, не так ли?
– О..., я с тобой полностью согласен, да вот и Генрик Ибсен тоже... со своей Дикой уткой.
– Жаль, в первый раз слышу. Это, должно быть, горячая штучка. Прости, а его хвалёная утка..., в конечном счёте она всё-таки крякает, в смысле, заливает или прямо режет правду-матку? :(стр.311)

  — Альфонс Алле, Юрий Ханон: «Подслушанный отрывок беседы»
➤   

Несмотря на громадный опыт и постоянную тренировку по части ледяного & рыбного хладнокровия, моё единственное спасительное средство, чтобы не разразиться дьявольским смехом – это бесконечно наблюдать, наблюдать и ещё раз наблюдать у блюда в столовой за тошнотворным человеческим Натюрмортом из Мёртвых натур, точнее говоря, ублюдков, куда более мёртвых, чем они это могли бы себе представить... – Бедные-бедные покойники, и вид у них такой натуральный, словно они только что выползли из своей мертвецкой... только пообедать – и тут же убраться восвояси.
Прощайте-прощайте, непрощённые прыщи. :(стр.337)

  — Альфонс Алле, Юрий Ханон: «Записки с Лазурного берега»
➤   

Искренность, в конце концов, всегда подкупает.
Нужно только правильно определить направление подкупа...:(стр.351)

  — Альфонс Алле, Юрий Ханон: «Записки с Лазурного берега»
➤   

О, моя дорогая Ницца..., моя очень дорогая Ницца...,[комм. 11] моя самая дорогая откормочная свиноферма на свете...:(стр.352)

  — Альфонс Алле, Юрий Ханон: «Записки с Лазурного берега»
➤   

...Кажется, моя песенка спета...
Русские в таких случаях говорят короче: песец, иногда даже голубой (в смысле: очень дорогая шуба).
Итак, это возвращение..., – возвращение в Париж.
Как дважды два... Без вариантов. :(стр.360)

  — Альфонс Алле, Юрий Ханон: «Записки с Лазурного берега»



из сборника « Мы не говядина »

...кромешный ужас и вечный страх под видом красного квадрата...
«Красный квадрат» Альфонса (1884) [17]

➤   

...а вот и ещё одна особенность его ослепительно-слепящего творчества: этот молодой художник имеет обыкновение работать под открытым небом и никогда не ищет укрытия под большим зонтом, вещью совершенно обычной для всех нормальных пейзажистов. Как некогда говаривал один мой маленький друг (по имени Эрик, если есть такое имя): только совершенно лысый (до блеска) пейзажист способен работать без зонтика.[комм. 12] Впрочем, оставим и его — в стороне. :(стр.375)

  — Альфонс Алле, Юрий Ханон: [комм. 13] «Находчивый гений» [4]:363-517
➤   

К сожалению, на этот раз я не смог действовать в полной мере бескорыстно и анонимно: потому что меня – опознали. В какой-то момент глаза всех обедающих сошлись на моей тщательно описанной, офотографированной и одокументированной персоне. И вот, словно свежий африканский ветер саванны..., сначала восхищённый шепоток пробежал вокруг..., потом приблизился вплотную и, наконец, достиг моих тщеславно заострённых ушей... с кисточками на конце. Но тем не менее, я продолжал безучастно и невозмутимо поглощать один за другим туренские козельцы, проявляя ничуть не больше причастности к своей литературной славе, чем содержимое собственного рта... или даже желудка.[комм. 14] Прошу прощения, если оно вам требуется. :(стр.380)

  — Альфонс Алле, Юрий Ханон: «Западное побережье Африки»
➤   

Однако в нынешний понедельник, направляясь к мсье Янсену на улицу Рояль (не путать с пианино), я неожиданно наткнулся там на нашего доброго Президента, который, судя по всему, только что заказал новую мебель для своей виллы в Гавре. Что поделаешь..., случайная встреча, всего два-три слова на ходу, когда не успеваешь даже как следует вставить шпильку на какую-нибудь отвлечённо-республиканскую тему...
Проходит всего какая-то жалкая пара дней... Стало быть, уже в среду, рассеянно поднимаясь по Елисейским полям, вдруг слышу, как меня кто-то окликает из машины, – тут же оборачиваюсь и узнаю в лицо... да-да, узнаю то же самое, высшее должностное лицо нашей Республики (уже третьей по счёту, если не ошибаюсь). <...>
– Понимаете ли, буквально все жители Гавра, мой бедный друг, нет-нет, я нисколько не преувеличиваю! – поголовно все жители Гавра каждый день шлют мне письма с требованием, чтобы я выписал и прислал для них какую-нибудь особенно приглянувшуюся награду!.. От этого можно буквально сойти с ума!.. Некоторые из них, которые поскромнее, например, мелкие торговцы или начинающие агенты, на худой конец согласны ограничить свои притязания даже Аграрными Заслугами или Академическим пальмовым листом! Но большинство..., большинство твёрдо рассчитывает получить повседневное украшение в виде ордена Почётного Легиона..., никак не меньше!..:(стр.401-402)

  — Альфонс Алле, Юрий Ханон: «Новое украшение»
➤   

Графиня..., – она и в самом деле уже ждала меня в саду..., эта добрая женщина, которая на первый взгляд не очень стара, не очень стара, но и не очень молода, не очень молода. Кроме того, она не слишком уродлива, но и не слишком хороша собой. Пожалуй, только одна вещь у неё была несомненной: это глаза, потрясающие серые глаза! И особенно, тот старый способ, которым она ими пользовалась! Этот взгляд..., он сразу же к себе приковывал..., и не отпускал, пока она сама не отводила глаз. <...>
– Может быть, – любезно спросила графиня, – вы хотели бы немного освежиться?
‎– О, да..., я не посмел бы отказаться, благородная дама! Стаканчик абсента, например.
‎– Очень хорошо, мсье, у меня как раз имеется отменный абсент. Карлотта, принеси бутылку абсента Кюзенье!
‎Что за прелесть! – Кюзенье..., я даже и припомнить не мог, когда мои губы в последний раз прикасались к этому... горькому нектару богов! Однако... едва только я вздохнул с облегчением, собрался снять свою китайскую шляпу и присесть немного поудобнее, графиня сразу же приняла огорчённый вид:
‎– О!.., прошу вас, мой друг, оставайтесь как были.
‎Скоро абсент был выпит, и после этого графиня стала, кажется, ещё более любезной...:(стр.406)

  — Альфонс Алле, Юрий Ханон: «Пассаж человека-оркестра» [комм. 15]
➤   

Во всех населённых и части ненаселённых пунктов Франции я представлю и расклею все семь программ правления (от короткого Пипина до недлинного Гамеля, аккуратно пронумерованных и крупно напечатанных на бумаге семи различных цветов – чтобы раз и навсегда избежать спекуляций и путаницы. Не секрет, что по своим взглядам и взорам каждый житель Франции, так или иначе, склоняется вниз... к одному из периодов её известной жизни. Одному больше по вкусу мушкетёры, а другому – мушки на лодыжках. Отныне каждый сможет свободно и на деле выбрать свою Францию: как её иметь. :(стр.413) <...>
И вот, спустя всего трижды семь лет (это число мне тоже кажется замечательным) наша дорогая Франция наконец-то выберет: что ей нужно, а затем вплотную приблизится к состоянию всеобщей и равной Справедливости, Радости и Счастья. И тогда настанут долгожданные времена, когда всякий болван сможет потрогать пальцем идеал.
Прошу полюбоваться: вот она, настоящая де-централизация в действии, – и можете свободно плюнуть в лицо всякому, кто посмеет сказать вам что-нибудь другое. — Я же – не посмею. :(стр.415-416)

  — Альфонс Алле, Юрий Ханон: «Де-централизация»
➤   

– Нет, никогда! – ещё и ещё раз повторял священное заклинание предполагаемый половник, – и потому никогда, потому что никогда ни один французский генерал так никогда бы не мог поступить!
– Но позвольте, почему же никогда? – внезапно поинтересовался его сосед по столу, молодой служащий почты и телеграфов (по очереди или одновременно). – Мне кажется, нет на свете таких вещей, которые не мог бы сделать французский генерал... Почему вы считаете, что если генерал..., так он по-вашему что́..., уже ничего не может?
– Почему? – значит, вы спрашиваете: почему? – вздрогнув, чуть не задохнулся от возмущения драгунский драгун, – Да потому что вы, штатский человек, – вы, конечно, вольны говорить и делать всё что угодно, это нам всё без разницы, но французский генерал... раз и навсегда останется только французским генералом!..:(стр.443)

  — Альфонс Алле, Юрий Ханон: «Патриотизм»
...несравненный президент, погибший на рабочем месте...
Феликс Фор, к слову [18]
➤   

Воспитанный своей старой доброй тётей, необычайно набожной и благочестивой женщиной, я навсегда сохранил религию в качестве главной опоры своей жизни, а веру – в качестве краеугольного камня своей души. И всегда, решительно всегда (как вам прекрасно известно) я делил своё драгоценное время поровну..., между сосредоточенной молитвой и такой же сосредоточенной учёбой, держась неизменно в стороне, как можно дальше от проклятых богом кабаре и прочих злачных домов, возможно, ещё более мерзких и тошнотворных.
Само собой разумеется, что при подобном бесподобном режиме жизни моё тело чувствовало себя трижды чистым и здоровым, ну да что там говорить про какое-то бренное тело! – прежде всего надо было видеть мою бессмертную душу! В постоянном смраде и полумраке нашего суетного и жестокого мира моя нежно розовая душа, слегка колыхаясь посреди пространства, неизменно испускала вокруг себя мягкое и приятное светло-голубое сияние! :(стр.470-471)

  — Альфонс Алле, Юрий Ханон: «Несомненное чудо» [комм. 16]
➤   

– А вот у меня, знаешь ли, есть один приятель, настоящий малер..., так вот, единственное развлечение для него это – предательским образом заманивать к себе домой собак, которых он повстречает на улице. И представь себе, он отпускает этих дворняг обратно в город только после того как перекрасит в зелёный, розовый или синий..., в общем, во все цвета, которые только ему взбредут в голову. И даже более того, в канун праздника 14 июля, он сначала старается собрать собак сколько влезет, а затем красит десятки несчастных животных в наш родной бело-красно-синий триколор, – и всё только ради того, чтобы во время митинга доставить несколько минут патриотического наслаждения...:(стр.490)

  — Альфонс Алле, Юрий Ханон: «Кормчий»
➤   

Уже много, очень много лет назад я познакомился с этим бедным, бедным точильщиком (чуть было не добавил «жуком»..., ах, этот мой дурной, дурной язык!) – Стыдитесь, Альфонс! <...>
– Ах, мой бедный точильщик, – часто повторял я ему, – вам давно бы уже пора перестать быть просто жуком, и как следует позаботиться о себе!.., пока – не поздно.
Однако вместо ответа бедный точильщик только молча пожимал своими тощими и вечно опущенными плечами с таким тихим видом, который, казалось, говорил:
– Заботиться о себе? Может быть, для всяких богатых людей это и неплохо – заботиться о себе! А всякий бедный точильщик должен – как добрый жук – не останавливаясь, всё время крутить свой камень и крутиться, крутиться до са́мой смерти. :(стр.493)

  — Альфонс Алле, Юрий Ханон: «Бедный точильщик, который выздоровел»
➤   

Хоть и будучи человечком самого незначительного размера, этот лапландец имел весьма широкие взгляды и всегда начинал с главного, взяв быка за рога. Сразу с порога он заявил, что Лапландия, его родная страна Лапландия очень скоро должна возвеличиться и встать во главе всех цивилизованных наций, – во главе! – никак не меньше.
Почему бы и нет, – решил я по-своему. Пускай встанет хоть сразу на всех своих четырёх лапландских лапах, если ему так нужно. – И никогда я не встану против, разумеется. :(стр.508)

  — Альфонс Алле, Юрий Ханон: «По высшему разряду»
➤   

Но прежде всего меня отвращает сама по себе варварская идея: кушать ужасное мясо, залапанное этим грязным типом, мясником, который перед тем совал свои руки, даже не хочу думать куда, а потом не мыл, и снова совал..., тьфу! И то же самое – с хлебом! И то же самое – с овощами! И все они, словно пьяные скоты в праздник 14 июля, валяются неизвестно где, неизвестно у кого и вымазаны неизвестно чем..., в то время как яйцо... оно ведь от самой природы находится в замечательной упаковке, а его прелестная съедобная внутренность, ну посудите сами, она и пуще того: защищена трижды, – что за божественная чистота! :(стр.513)

  — Альфонс Алле, Юрий Ханон: «Скрупулёзный старик»
➤   

Едва дочитав письмо, сломя голову, я бросился в нашу небесную Обсерваторию. Однако в её совершенно опустевших коридорах мне не удалось встретить ни одной живой души, кроме какого-то мелкого служащего, который слонялся туда-сюда безо всякой видимой цели, но зато с несколькими – невидимыми. Как мне показалось.
И что же, в конце концов, не солоно хлебамши, мне пришлось выйти вон, совершенно безуспешным и безутешным.
– Успехов и побед же тебе, дорогой Меркур де Градус, и ещё раз успехов!.. Надеюсь, перевернув этот мир кверх ногами, тебе удастся всё, чего в своё время не смог перевернуть – я. :(стр.517)

  — Альфонс Алле, Юрий Ханон: «Законное требование»





A p p e n d i X — 2

( слова и люди, «которых не было» )


 Эта книга..., я повторяю, эта книга посвящается всем...,
я повторяю, эта книга посвящается всем, всем-кто-был,
а точнее – вам, о-быв-ателям и бюргерам от мира сего.

 Живущие только здесь и сейчас, вы..., я повторяю, – вы
сделали всё или почти всё, чтобы здесь и сейчас не было
ни Альфонса, ни этой книги, ни меня самого...

 Нижайшие из вас имели подобие лица, а иногда даже
носили имена (Амшинский, Александрова, Ашкенази)...,
а прочие не имели – даже имён. Оставим их – далеко внизу.

 – Вам!.., я повторяю, вам всем, нижайшие и опухшие,
посвящена эта книга, а вместе с ней и всё..., я повторяю,
всё, чего-не-было и уже Никогда-не-будет... Аминь.
[8]:74
( Ханон Парад Алле ) [комм. 17]


Книга, которой не было

( илипесня без слов )



« Альфонс, которого не было » (кратко повторю для тех, кто не знает и не понимает смысла слов), — это первая книга Альфонса Алле на русском языке, а тако же (равно говоря) первая и единственная опубликованная книга Альфонса, которого не было, — а также и последняя (публичная) книга автора по имени Юрий Ханон. Почему так?.. — ответ очень прост. Согласно классической механике Ньютона, — а также его братьев (по разуму), совершающих поступки (или пребывающих в бездействии) по сей день.

...и здесь, паче чаяния, мне придётся сразу и радикально сократить своё слово. Ибо для достойного определения того состояния, в котором находится нынешнее клановое общество потребителей-мещан..., а тако же (как производное) и современное книгоизд(ев)ательское дело — у меня попросту не найдётся при’личных (равно как и личных) слов, — за полным отсутствием оных. И даже здесь..., в этой сдержанной строке..., в каждой строчке — одни эвфемизмы. Одни оскоплённые слова.

Говоря без лишних подробностей, — (ничего личного, ничего лишнего, только бизнес). Когда между главным редактором условного издательства «Х» и главой фирмы (по продажной продаже маркетинговых продаж, продающихся покупателям) — можно смело ставить знак равенства. Ничего личного, ничего лишнего, только бизнес... — Точнее сказать, коллективно скомпенсированное воровство, как главная (и чаще всего единственная) форма занятия своим делом. Ткнув пальцем в (глаз) любого издателя, можно не сомневаться — это он. Обыватель. И пошляк. — Бессмертный. Первый встречный с улицы. Тот, о котором хочется складывать песни. Что ещё можно сказать о нём? — не впадая в ложный пафос указующего (в глаз) перста?.. — Болтун. Краснобай. Торгаш. Начитанный. Умный и душевный. Всё как надо, всё к месту... — Обычный человек, что с него возьмёшь. Хочешь «ягодка», хочешь «клубничка», — купи бурак, как бы не так...

Деньги-товар-деньги. И поверх всего, главный бог, посреди кучи повседневного барахла: его Величество Потребление...
— Ах ты, потреблять этакая!..
...спустя один, два, три, четыре года (первые книги)...
Татьяна Савоярова (2013) [19]

Вот, вкратце, и всё, что я мог бы (и не хотел бы) сказать по этому вопросу. Господин Посредник... Именно он, вечный, вещный и вездесущий пошляк — сделал так, чтобы у меня раз и навсегда не оставалось иного выхода. — Что?.. Что?... Кто?... (ничего не понял, эй!)

Шура Скрябин без Митрофана Беляева.
Йорик Сати без графа де Бомона...
Результат этой песни... заведомо известен.
И вот он, в точности здесь. Так сказать, между строк (если мягко выражаться..., очень мягко).

— Ну..., и каков наш срок, госпожа прекрасная историчка? — ещё не весь вышел, нет?.. Или да?..

Эта книга..., — я хотел сказать, — эта чрезвычайная и полномочная книга, которой не было, — без лишних слов, она так бы и не вышла за границу моей левой ноги, руки, головы...., если бы — не Татьяна, (запоздало) взявшая процесс в свои руки. Только ей (три года спустя) оказалось возможно стерпеть (в последний раз) всю положенную дозу трафаретной человеческой пошлости & подлости. Без лиц и ликов. Без рук и ног. В обычном обыденном наборе. — Не исключая, впрочем, и всего остального. Из их постоянного списка... ненавязчивых услуг.
  — Скрябин как лицо, которого не было бы, если бы не мсье Семёнов.
   — Воспоминания задним числом, которых бы не было, если б я не дал Слова ему, уже умершему.
     — И наконец, Альфонс, которого не было. — Которого не было. И до сих пор нет...

И это — последняя капля (человеческого дерьма), наконец, переломившая соломинку и перевесившая верблюда... Двугорбого.
Во́т почему здесь, на этом месте мои слова — кончаются.
Чай, не бес’конечен, каюсь-каюсь, друг-Каин...

  ...(не) Прошу заранее иметь в Виду... Эта (заключительная) часть арте’фактов «Альфонса, которого не было» едва начата и принц..., (пар’дон) она прин’ципиально не закончена и только намечена грубой рукой. Красными нитками. Чёрными штрихами. Не выбирая слов и интонаций... — В точности так, словно бы её тоже не было.
  А потому скажем прямо и сухо: «статья до сих пор находится там..., в работе»... Ждите...
  Хотя (говоря наупрямую напрямую) — это чистейшее иезуитство. Ибо уже сейчас... заранее известно, что (она) останется неоконченной (бедняга Шуберт) по причине крайней брезгливости её автора. Простите, но здесь у нас (посреди малого дела) случилася (не)запланированная малая рвота... А потому, действуя по старой-доброй человеческой традиции, надлежит оставить предупреждение (ниже’следующее за выше’сказанным):
  — эй вы там, имейте в виду, эта страница не закончена и находится в работе.


( Юр.Ханон «Непрямая речь» )

Вот ... по какой причине я оставляю здесь только обрывок..., несколько пунктирных линий..., поверх всего моря человеческого экссудата. Из брезгливости. Да... — Из чистой брезгливости. И ещё, в краешке своего существа слегка надеясь (вопреки всему), что его Величество Пошляк — всё же, не придёт сюда. Трудно поверить. Ещё труднее сказать... Невероятное предположение. — И всё же..., пока остаются силы, — эй ты, блаженный господин, госпожа, мадам, мадмуазель..., — пошёл вон, пошёл..., пошёл...[3]:652 Вон отсюда. Вон... Пшёл... И не оглядывайся. если ещё хоть что-то умеешь. Хотя бы это..., одно.

— Всяк вошедший сюда, оставь надежду...


...бес(прецедентная) книга, которой не было — следующая через одну после «Альфонса»
« Чёрные Аллеи »
(которых не было) [20]


➤   

Мадам, месье..., прошу прощения, возможно, я и сам (покинув ваше кладбище) был бы готов упрекнуть себя за лёгкую нелюбезность по отношении к мёртвым предкам..., равно как и к вам всем, и всё же, не могу скрыть: только чудом в то утро мы не померли со смеху.
В общем, запомните мой совет, – если когда-нибудь будете в Генуе..., вы очень многое потеряете, если в какой-то момент не окажетесь — на кладбище...[21]:536

  Альфонс Алле, Юрий Ханон: «Три моих наезда»
➤   

Сегодня уже никто не сомневается, что современная обезьяна произошла от человека.
Непрояснённым при этом остаётся только один маленький вопрос:
куда же при этом подевался сам человек?..:(стр.53)

  — Юр.Ханон: маленькое повторение
➤   

И правда: до сих пор не было такого писателя. А был “всего лишь” юморист и журналист. Его не было в большой литературе. Его не было и на русском языке. Он никак не поддавался переводу и переносу. Это – первая книга французского чёрного юмориста* и синего циника. Вечный жонглёр словами, предтеча сюрреалистов и приятель Эрика Сати, небрежным движением руки он основал концептуализм и минимализм. Юрий Ханон поставил цель сделать нового писателя: Альфонса которого не было. И вот он – уже здесь. [4]:543

  Юр.Ханон: «Альфонс, которого не было»
➤   

* «Альфонс, которого не было» – и в самом деле первая книга Альфонса Алле на русском языке, не исключая и всех прочих. Первая, но далеко – не единственная. Кроме этой книги, руке второго автора принадлежит ещё пять толстых книг на основе наследия Альфонса или с его (не)посредственным участием. В начале 2010-х годов Юрий Ханон завершил и издал закрытыми тиражами: «Два Процесса», «Мы не свинина!», «Ханон Парад Алле», «Не бейтесь в истерике!», «Три Инвалида» и, пожалуй, венец всего творчества – громадную фреску «Чёрные Аллеи», посреди страниц которой наружный мир людей алле сопровождается жёстким комментарием «Фридриха Ницше» и заканчивается торжественным приговором – Всему, что осталось за границами его обложки. :(стр.543)

  Юр.Ханон: «Альфонс, которого не было»
➤   

Спасибо Вам, Юрий!
Признаться, я впервые кому-то позавидовал - и кому! - Ликам России :)
Ваша Книжка о Сати - редчайший случай завораживающей Книги о Музыке.
Равно как и Скрябин как Лицо, конечно же.
Ну да отбросим глупую зависть - книга вышла и полетела творить своё Дело.
А я, конечно, понимаю, что 108 рассказов не совсем наша тема, в смысле
преимущественно безмысленной музыкальной аудитории <нашего издательства>, но мне так
хочется, чтобы в мире появлялись именно Такие Книги, что я готов способствовать этому...

  Александр Карманов, 8 апреля 2011 г.
➤   

Юрий, небесный Юрий! Мне ведь ничего от Вас не нужно, в отличие от
Ратманского со товарищи. В их действиях столько эго, поскольку в них
есть их имя. Я же - ничто, и зовут меня - никак.
Я хотел своим письмом пытаться как-то может и коряво передать восторг от того, что ВЫ ЕСТЬ.
ВСЁ.
Дальше было предложение про Альфонса и про других Ваших диковинных зверей,
и я с покорностью принялся пересчитывать медячки в своём кошельке. Разве не так?...[комм. 18]

  Александр Карманов, 6 июня 2011 г.
➤   

...хороших новостей, к сожалению, опять не получилось. Как Вы меня и предупреждали, «Лимбах»
не может/не хочет взяться за издание Вашей книги. И.К. сказала сначала сухо, уклончиво,
что это «не их тема», но потом, видимо, её что-то расшевелило и она внезапно изменившись
в лице произнесла чётким голосом, что пока она сидит на этом месте, автор с такой фамилией (Вы)
не будет иметь с её издательством никаких дел. А книг — тем более. И вообще, она просит
впредь в её присутствии никогда не произносить имени «Ханон»...

  ...KkK..., 24 июня 2011 г.
➤   

...вчера я разговаривала с Таировой. Она читала Вашу книгу "Воспоминания задним числом" – сказала, что ничего подобного в жизни не читала – что это исключительное явление – что никогда ничего не предлагала Вам, потому что считала: ТАКОЙ автор вправе САМ выбирать, с кем хочет сотрудничать – что знает о Вашем способе работы (изготовление своего макета) – что никогда ни с кем не обсуждала Вас [комм. 19]что на книжной выставке (где таковая происходила, я забыла) стенд её издательства находился рядом со стендом "Ликов" и те говорили, что рады сотрудничеству с Вами – что обязательно прочитает "Скрябина" – и что вовсе не нуждается ни в чьих характеристиках или предварительных показах фрагментов, чтобы понять, каков "Альфонс, которого не было"... – и наконец, что в ближайшие дни готова обсудить издание книги, если на то будет желание Автора...[комм. 20]

  ...LlL..., 29 июля 2011 г.
➤   

– Расскажите поподробнее о книге «Альфонс которого не было». Каково Ваше отношение к самому Альфонсу Алле?
– Спасибо..., за очень точный вопрос. Хотя, конечно, исчерпывающий ответ на него содержится только там, в упомянутой Вами книге..., а также ещё в одном из моих манускриптов под названием «Ханон парад Алле». Вернее всего было бы просто поставить ссылку (всех отправить в ссылку) и тем ограничиться... М-да, забавная была бы картина. Конечно, я понимаю, что для Вас это не вариант: потому что книгу-то прочитать невозможно, как и большинство моих прочих книг, партитур, статей, картин и так далее до упора. Значит, опять мне придётся отвечать своими словами..., или, наскоро перечитав собственную книжку – попытаться сдать экзамен по «краткому изложению».
Да, и в самом деле, на первый взгляд очень странная идея для «каноника» – сделать книжку легендарного французского юмориста, настоящего фигляра, игрока словами, каким был Альфонс (понятное дело, при такой работе мне очень пригодился мой дед, внутренний Савояров). Однако если Вы читали «Воспоминания задним числом» – часть вопросов сразу отпадает. Альфонс – земляк и старший приятель Эрика Сати..., и никто (да-да!) за всю жизнь не оказал на него большего влияния! – хотя лично они общались всего четыре-пять лет, а потом «разругались» навсегда. И тем не менее – до конца жизни за Сати (как шлейф королевы) тащилась кличка: его называли – «Альфонсом Алле музыки». Понимаете, это его так оскорбить пытались, умаляя его значение: мол, это всё ерунда, блеф, несерьёзно. Таким образом, первая часть моего пути понятна – как я дошёл до Альфонса. Что же касается до него самого, Вы же, наверное, понимаете, что меня могла заинтересовать только некая прецедентная, грандиозная задача, ну, например: сделать «то-чего-не-было» (это прямо следует из названия книги). Не говоря уже о том, что сама по себе тема влияния Альфонса на Сати – невероятно богата и по объёму тянет на докторскую диссертацию, но уж это совсем не моя стезя. Разумеется, в эти звериные кланы я – ни ногой! Пускай консерваторские тараканы пользуются этой идеей (со всех сторон блестящей), если пожелают-лают-лают. А чего, например, достоин один тот факт, что, наряду с Эриком Сати, Альфонс Алле – родоначальник минимализма (да-да, за полвека до этого Джона Кейджа)! – и не только в литературе и театре, но и – в музыке! Я имею в виду его «Похоронный марш на смерть Великого Глухого», в полной мере предвосхитивший так называемый «силентизм» (пьесу 4’33”). Конечно, в отличие от Эрика Сати – Альфонс для меня человек далёкий, почти чужой... Но это не меняет дела, поскольку мы все (трое) – одной крови. И этому (кровавому) факту посвящена целая книга (которую опять же невозможно прочитать), она так и называется: «Три инвалида». Однако..., обратите внимание, сколько я лишних слов уже произнёс, а ещё даже близко не подошёл к ответу на Ваш вопрос, мсье! — Прошу прощения, и постараюсь впредь не растекаться мыслью по дереву.
Так вот, что здесь главное: Альфонса в основном считали за ерундового писателя, газетчика, пускателя дыма и любителя «травли». Он высмеивал всё и вся, для него не было ничего святого, ничего серьёзного. А вместе с тем, его чёрный юмор был оценён только спустя лет двадцать-тридцать после его смерти. Дадаисты признали его своим, а затем и сюрреалисты (в частности, Андре Бретон включил его в свою антологию сюрреалистического юмора)... И хоть при жизни Алле был успешен и знаменит, да и до сих пор входит в десятку культовых французских литераторов, но понять его глубину (за блестящей поверхностью) мало кому удалось, потому что этот якобы юморист – на самом деле глубоко трагический писатель. И мало того, что он не раскрыл себя сам, так и современники его не раскрыли, и потомки почти не разгадали. И прежде всего, так получилось оттого, что он был ужасно небрежен (как типичный журналист), он почти никогда не работал над своими произведениями и тысячами сеял вокруг ярчайшие зёрна пополам с плевелами – чаще всего не проросшие или едва проклюнувшиеся. Если попытаться хотя бы примерно обозначить для русского читателя: кто такой Альфонс Алле, единственное что я могу – указать пальцем на его Место. И это место будет между Козьмой Прутковым и Даниилом Хармсом. Понимаете, во́т в чём я видел свою задачу: открыть Альфонса для литературы и для русского языка. Мало того, что его почти невозможно перевести из-за кошмарного количества словесного блуда, так ведь и на своём языке он был чудовищно небрежен. А в результате что? – мне пришлось создавать нового писателя, и спустя сто лет после смерти откапывать этого потрясающего пьяницу и лентяя из несуществующей могилы и заставлять его (впервые в жизни) работать над текстами! В итоге, вместо небрежно-блестящего журналиста и блестяще-небрежного рассказчика получился новый факт литературы, «Писатель, которого не было». И в самом деле, это уже совсем не тот Альфонс, и его тексты стали в полном смысле слова «нашими общими». Скажем, если написать на обложке книги «Альфонс Ханон» – это и будет почти правда. Потому что мне пришлось переписывать наново или пересочинять иначе от одной четверти до двух третей первоначального текста, сделавшись для него классическим соавтором, вроде брата-Жемчужникова. Без ложной скромности могу сказать: это был хороший пилотаж. Одна прекрасная французская переводчица и театровед <...>, сравнив текст Альфонса и мой (в очень сложном рассказе «Левый ботинок») написала мне, что в литературе стало одним великим писателем больше. И это самое точное, что я мог услышать. Впрочем, давайте оставим эту тему..., тем более что она для меня до сих пор – отчасти незаконченная, а потому и больная...[22]:8-9

  — Юр.Ханон, «Не современная не музыка», интервью (июль 2011 г.)
➤   

<Вы спрашиваете, что я читаю, смотрю, слушаю? Ответ будет разочаровывающим.> И читать, и смотреть, и слушать – всё это в наибольшей степени – потребление. А всё моё чтение и смотрение – как правило, связано с работой, в процессе работы и в качестве вспомогательного костыля. Ведь я работаю всё время. Каждый день. Месяцами и годами. И это вовсе не фигура речи. Обратите внимание: такой 600-страничный фолиант, как «Воспоминания задним числом» я написал за три месяца. С недавно законченной книгой «Альфонс которого не было» (это первая книга Альфонса Алле на русском языке) провозился немногим больше. Кто понимает, тот сможет оценить плотность труда... У меня нет выходных или отпусков. Я никуда не езжу и не хожу. Мой круг общения – уже узкого, пять пальцев руки (да и то – левой). Таким образом, я являюсь классическим представителем рода тараканов – и спрашивать у меня что я «читаю, слушаю, смотрю» – не имеет смысла. [22]:8

  — Юр.Ханон, «Не современная не музыка», интервью (июль 2011 г.)
...вот такое у нас было лицо... для начала ...
Альфонс, которого не было [23]
➤   

  Милейший Павел.
Кажется, пару лет назад Вы отказались от некоей книги (Воспоминания задним числом),
которая стала формальным прецедентом в истории музыки и литературы о музыке.
— Это пустяк, само собой.
Сегодня я даю Вам уникальную возможность отказаться от ещё одной книги, которая
станет прецедентом (как по форме, так и по подходу) в литературе и истории литературы.
— И это тоже пустяк, само собой.
С поклоном, Юр.Ханон.

  — Юрий Ханон, 1 сентября 2011 г.
➤   

Ваше предложение кажется мне чрезвычайно заманчивым. Не могу устоять.
Я отказываюсь. Вы владеете даром изящного убеждения. Грядущий прецедент полностью в ваших руках.
-- С почтением, гл. редактор из-ва <«Лимбус-пресс»>,

  Павел Крусанов, 4 сентября 2011 г.
➤   

«Целью моей жизни было бы издавать все Ваши книги». Он сказал. Не так ли?
Знали бы Вы траекторию его коммандировок за последний год. Увы, я знаю.
Знали бы Вы, сколько стоит издание «Альфонса»... Увы, я знаю.
Полутора <за-граничных> поездок хватило бы на... ту же виселицу для Издателя.
– Но... кроме висельного веселья тут есть и кое-что менее приятное...
Это был Последний Изд - (ев) – атель, который меня знал кое-как.
Остальные – когда я им присылаю синопсис книги – вовсе не отвечают или
выкидывают моё письмо в спам... В ответ всегда тишина. Да.
Таким образом, у меня больше нет изд – ателей. Ни одного.
А значит..., значит, что?
А это значит, ЧТО в списке уничтоженных книг и нот теперь станет одной больше.
«Альфонс, которого не было» - Его и не будет. К счастью, до сих пор ни одного
экземпляра книги я не отпечатал и не переплёл. – Только приплёл, некстати.
Бумаги жалко (персикового цвета). А переплёта тем более. Но здесь всё просто.
Стало быть, ТРИ нажатия кнопки delete – и Альфонса, которого не было... больше нет!
Обыкновенное чудо. Ах, браво-браво, мой прекраснодушный издатель. «Великий Юрий».
«Хочу издавать все Ваши книги». Хотите? Ну, спасибо, Великий ГОСПОДИН ОБЫВАТЕЛЬ.
И вот она, Ваша Вторая притча. Притча о Пустоте. Пустоте, которой не было...

  — Юр.Ханон, 23 ноября 2011 г.
➤   

Дважды вы получали письмо, на которое нельзя было не ответить: хотя бы два слова.
Но ни разу вы не нашли в себе сил ответить на это письмо: хотя бы два слова.
Отныне, кто бы вы ни были: человек, референт или обычное дерьмо без лица,
знайте, что вы раз и навсегда прокляты вместе со своим безличным молчанием.

  — Юр.Ханон, «Ecrasez», 21 февраля 2012 г.
...похоронный марш, которого не было...
Альфонс, «Траурный марш, которого не было» [24]
➤   

Милейшая Елисавета Петровна.
Поскольку не в моих обыкновениях покидать Место, не поставив все точки над головой,
я всё же принуждаю себя показать Вам хотя бы одно из трёх условий, которые я ставил
и которые в очередной раз обошлись молчанием. Возможно, гробовым.
Более года назад я написал Вам письмо, до сих пор оставшееся без ответа.
Тем не менее, есть такие письма, которые НЕ ПРЕДПОЛАГАЮТ отсутствия ответа.
И есть такие лица, которые НЕ ДАЮТ права не отвечать на (или за) слова.
А потому я повторяю отсылку Вам того же письма от 16 марта 2011 года и предоставляю
Вам свободно и осознанно решать: отвечать на него или нет.
- Как говорил, Николай Юрьевич, «Лики» могут гордиться тем, что работали со мной. <...>
Показываю, как это всё Вам удалось: забота и гордость...
Чтобы Вы ясно понимали: почему «Лики» (издательство книг, не так ли?)
стали причиной вовсе не издания, а уничтожения десятка подлинных прецедентов в области
литературы, истории искусства, философии и психологии.
За свои слова, за свои обещания (бумажные или словесные) нужно Отвечать.
Вот почему я даю Вам последнее право ответить... спустя ещё год и 70 дней.

  — Юр.Ханон, «Е.П.Шелаевой», 25 мая 2012 г.
➤   

2.1. Исполнитель обязуется:
2.1.1. Произвести необходимые работы по подготовке макета к выводу пленок.
2.1.2. Произвести вывод пленок на текст, подготовку макета обложки к изготовлению штампа.
2.1.3. Произвести следующие полиграфические работы:
– закупку бумаги на текст, материала для обложки, офсетных пластин, картона и др. материалов,
– изготовление штампа на обложку, печатных форм;
– печать;
– фальцовку, подборку и сшивку тетрадей, подрезку тетрадных блоков;
– тиснение обложки, изготовление крышек на обложку, вставка тетрадных блоков в обложку, упаковку.
2.1.4. Изготовить тираж в срок к 30.10.2012 г.
2.1.5. Произвести обязательную рассылку в количестве 17 экз.: 1 экз. – в Министерство информации и печати, 16 экз. - во Всероссийскую книжную палату.
ООО «Издательство «Левша.Санкт-Петербург», 197376, СПб, Аптекарский пр., д.6, оф.300

  — фрагмент контракта, июль 2012 г.
➤   

Экстравагантность книги и автора(ов?) мы оценили. Но если книга уже готова, т.е. сверстана, то издательского интереса и работы для издателя тут нет. Кроме того, стоимость книги «Воспоминания задним числом» в OZON’е говорит о том, что аналогичный проект нашему скромному издательству не потянуть. Творчество французских минималистов для нас любопытно, но не в первую очередь. А вот если бы Ю.Ханон написал книгу о своём деде М.Савоярове - это было бы очень для нас как издателей интересно.[комм. 21]
С уважением, ген. директор В.Ф.Свиньин.

  — письмо из издательства «Свиньин и сыновья», 10 ноября 2012 г.
➤   

3. Цена договора
3.1. За передачу неисключительных прав на пользование Произведением, указанным в п.1 данного Договора, Издательство выплачивает Автору 166 купюр по двадцать франков («20 ФР») к.д.
3.2. Выплата Авторского вознаграждения в объёме 334 купюры по двадцать франков («20 ФР») к.д. производится единовременно, 13 июня 2013 г. в 18 часов 34 минуты по Гринвичу.
3.3. Издательство выпускает книгу «Альфонс, которого не было» в срок не позднее 13 апреля 2013 г. (или спустя ещё месяц).

  — фрагмент ещё одного контракта, 13 февраля 2013 г.
➤   

Лет эдак 30 назад, я серьёзно занимался проблемой минимализма, готовил даже написать целую теоретическую работу – уж очень необычной казалась мне тогда вся эта техника и эстетика (на фоне нашего вонючего авангардизма). Время прошло, и сегодня всё кажется по-другому, к тому же внезапно, как пень из кустов, объявились и ранее неизвестные источники (чего стоят, например, одни Ваши заново-отрытые открытые Альфонсы-Сати за 50 лет до разгула минимализма в середине 60-х). Это совершенно перевернуло всю картину прежнего мира. Пускай и минимального. Дивно, дивно.

  Виктор Екимовский, 16 иун 2014 г.
➤   

АХХ : Извините за нежданное беспокойство. У меня возник вопрос, который, пользуясь возможностью, я решился у Вас прояснить. Намедни сел читать Альфонса и на первой же странице обнаружил неожиданное - 301 экземпляр, 13 именные, 31 нумерованные (издание первое, недоработанное). Немного растерявшись подумал - кто сможет разъяснить лучше Автора, о какой недоработке идёт речь, это текст или оформление? Знаю, подобные случаи встречаются в печатном деле, но (памятуя о Вашем особом отношении к собственным изданиям) предположил, что за этим может скрывается что-то такое, что стоило бы узнать...
ЮХ : Это — секрет полы шинели, потому отвечу коротко & точно. Не знаю как Вас, а
лично меня эта надпись всякий раз бодрит, при беглом взгляде, — судите сами:
ну разве не милый эпатаж? Пожалуй, 99,9% всех книг на свете должны быть
маркированы такими словами. Ан-нет. Подишь-ты. Только одна и сподобилась.
— Почему? Очень просто...
Прежде всего, книга эта опубликована по моей «недоработке». Только по моему
попустительству «Лики» её издали. Этим занималась Татьяна. Больше такого не повторится.
Макет и весь текст я сделал сам, с иголочки, книга пролежала почти 4 года, пока свиные
издатели жарили друг друга на шампуре. К тому моменту мой диалог с Альфонсом прошёл
ещё две стадии, включая «Мы не свинина», «Два Процесса» и «Чёрные Аллеи». Текст можно
было радикально углубить. И даже малые ошибки исправить. Но нет, я не ударил палец о палец.
Только добавил эпатажную фразу, которая и вызвала Ваш вопрос (издание первое, недоработанное).

  АХХ & Юр.Ханон, март 2016 г.


  — Не бойся показаться идиотом!..
В конце концов, <...> это — максимум того, на что ты можешь рассчитывать...
:(стр.52)
Юр.Ханон : последняя вставка...






Ком ’ ментарии

...не следует полагать, что эта ил’люстрация попала сюда по недоразумению..., или просто по инерции... (например, случайно перескочила из соседней статьи, как лошадь). На самом деле — здесь ей и место...
Je retire... (как всегда) [25]


  1. Первая (якобы, биографическая и ознакомительная, в развязном тоне) глава означенной (выше и ниже) книги «Альфонс, которого не было» — безусловно, самая известная (чтобы не сказать: расхожая) часть всего оранжевого тома. Этот текст (под названием «Альфонс, который был») ещё до бумажной публикации лёг в основание известной википедийной статьи об Альфонсе Алле, кроме того, оттуда были надёрганы цитаты по самым разным интернет-ресурсам, (цитатникам и библиотекам) которым несть числа. С другим текстом (тоже сделанным на основе первой главы книги) можно познакомиться здесь (совсем рядом), на главной странице об Альфонсе. Таким образом, помещённое чуть выше (в разделе «Альфонс, который был») — можно считать эссенцией, не более того. И ещё: первородным источником. Не бастардом, нет.
  2. Кроме шуток, в порядке признания вины следовало бы сообщить, что (не только рассказы Альфонса, но и даже его маленькие) афоризмы и шпильки не являются прямым переводом (оригинала) с французского языка. В ряде случаев — не совсем так, а в другом ряде случаев — совсем не так. Со всеми вытекающими отсюда обстоятельствами.
  3. Ещё раз повторяю: для тех, кто хотел бы поближе прислониться к тексту первой главы: «Альфонс, который был», её (в несколько неподобном, но всё же вполне удобном виде) можно прочитать здесь, совсем рядом..., и даже ещё ближе, чем вы полагаете. Под названием: «Альфонс Алле, человек без центра».
  4. Равным образом, всё то же самое можно сказать и про тексты рассказов Альфонса. Чтобы не врать (публичным и надсадным голосом), текст этих маленьких новелл не является переводом в традиционном смысле этого слова..., скорее адаптацией или пересказом. И прежде всего потому, что здесь впервые оказался «Альфонс, которого не было», чего автор и не скрывает. К тому же, острая и специфическая игра слов (на французском языке) часто носит непереводимый & непереносимый характер. В иных случаях (особо тяжких) можно сказать так: более половины текста (и на два этажа выше маковки) в каком-то из рассказов — не альфонсовы. Кстати говоря, совершенно сходный характер носила эта ситуация и с выходками Эрика, побочного «племянника» Альфонса (в книге «Воспоминания задним числом», а также в других книгах Сати..., из числа неизданных). Подробнее о проблеме перевода (пережаренной утки на стул) можно также прочитать здесь, в специальной статье, посвящённой как стулу, так и утке.
  5. Здесь и ниже (как только что сказал один мой приятель) находятся массажные врезки из текста идеологической главы: «Альфонс, которого не было». Не имея прямой связи с последовательным изложением словесной массы, эти врезки пред’назначены для целевого воздействия (суровой щёткой) на мозжечок, чтобы размягчить многочисленные известковые зоны человекообразного существа. Исхищенные из первого тома Мусорной книги или сделанные специально ради случая, которого не было, эти врезки — своей мишенью имеют тот предмет, который у большинства людей решительно отсутствует. Потому их вторая функция: индикатор. Или поплавок навыворот..., главная часть которого находится — на дне.
  6. ...Неминуемый, вечный альфонс — прежде всего, по первородству своему посреди всей побеждённой и растоптанной природы, посреди всего доступного мира, обращённого им в рабство. Вне всяких сомнений, оставшись непонятым, этот смысл способен похоронить каждого в отдельности, и всех вместе. Вот она, моя маленькая (исчезнувшая) наука, всего в двух строках.
  7. Пожалуй, сборник «Два и два равно пять» за прошедшие сто с хвостом лет стал самым известным (так сказать, хрестоматийным или энциклопедическим) среди иных сборников Алле. И тем не менее, это не играет особой роли (при оценке качества книжки). Составленный точно так же, как все прочие про-изведения Альфонса: практически, на коленке, — «Дважды два» включает в себя рассказы крайне неровные и неравные по всем критериям, начиная от количества качества — и кончая уровнем. Последнее (временами) выглядит почти катастрофически: когда совсем рядом, через одну страницу может находиться маленький шедевр, чёрная жемчужина — и проходной журналистский материал, попросту имевший успех у журнальной публики. Не совсем то (или совсем не то) можно сказать о новом сборнике «Дважды два почти пять». Почти сохранив название и полностью оставив неприкосновенным порядок и число рассказов, второй автор постарался сделать ещё одну «книгу, которой не было». Настоящий «сборник» (а не кладовку писателя), сверху донизу насаженный на один стержень, пускай даже осклизлый и ржавый..., отчасти. — И здесь придётся вернуться к предыдущим комментариям (по поводу перевода утки или кальвадоса). Да, всё сказанное выше — и здесь вполне сохраняет свою актуальность. «Дважды два почти пять» — не перевод. Хотя..., если взять другое значение этого слова..., — я хотел сказать, совсем другое..., почти противоположное... — тогда «перевод», конечно.
  8. «Экономический патриотизм» — ещё один из хрестоматийных рассказов Альфонса Алле, в котором он (издеваясь над патриотами-реваншистами) не только предугадал (предсказал) появление биологического оружия, но также и наговорил много лишнего о человеческой природе... Кстати (о птичках): полный текст этого рассказа можно засунуть себе в глаза на сайте этого Ханона (если он ещё существует). Так он выложен под похожим названием «Экономический патриотизм» (как это ни странно слышать).
  9. В своё время (нет, не в моё) этот рассказ был выложен в свободное чтение (с соответствующим оформлением чего положено) проекта Викитека. Там его полный текст можно узреть и сейчас, я полагаю. Под тем же названием: «Нехорошая лакировка».
  10. Так же как и «Нехорошая лакировка», в своё время (нет, не в моё) этот гнусный рассказ был выложен в свободное чтение международного проекта Викитека. Там его полный текст можно обнаружить и сейчас, я полагаю. И под тем же гнусным названием. Любо-дорого глядеть. И в самом деле: «Нехорошая лакировка», «Гнусная шутка» — что́ ещё мы с Альфонсом могли предложить в дар этому миру?..
  11. Между прочим, не прошло ещё и четверти века (и всего-то 25 годочков) с той прекрасной поры, когда Ницца (моя дорогая Ницца) была «почти аннексирована» из числа Савойских владений (точнее говоря, сепаратно выведена из состава Сардинского королевства и присоединена к Франции). Так что, все в Крым, братья-французы. Все в Крым...
  12. Сугубо между нами: маленький друг Эрик навряд ли говорил что-нибудь подобное. Не исключаю, что это чистейшей воды выдумка: то ли Альфонса, то — ещё кого...
  13. Сборник «Мы не говядина» вышел в печати годом позже, чем предыдущие «Дважды два почти пять». В него вошли (собранные, избранные & отобранные, но не отборные) рассказы Альфонса Алле, опубликованные в журналах за предыдущий отчётный период. Что же касается текста и отдельных рассказов этого сборника, то и здесь вполне в силе всё сказанное выше. «Мы не говядина» — не перевод. Хотя и в этом определении, вероятно, что-то есть...
  14. Туренские козельцы (капустные, как правило) — известное туренское (или туреньское, это уж как кому больше нравится) региональное блюдо, ради вящей простоты можно представить себе вместо козельцов — голубцы. Или вообще ничего не представлять. Ради того же.
  15. Для особо желающих особ повторю ещё раз: в своё время (нет, не в моё) также и этот пассаж был выложен в свободный доступ (для прочтения и почтения) проекта Викитека. Там его полный текст можно обнаружить и сегодня, я надеюсь. И (что особенно приятно) под тем же названием: «Пассаж человека-оркестра».
  16. И в последний раз сообщаю (исключительно для тех, кто любит несомненные чудеса)... В своё время (нет-нет, не в моё) также и этот чудный рассказ был выложен для свободного прочтения и почтения — в проект «Викитека». Там его полный текст можно обнаружить и сегодня, как я предполагаю. И (что особенно приятно) под тем же названием: «Несомненное чудо».
  17. « Ханон Парад Алле » — одновременно тройная подпись и название ещё одной книги, включившей в себя отдельное исследование по философской эксцентрике, эксцентрической философии и ещё соответствующие выходки из наследства этих трёх лиц, de profundis: Ханон Сати Алле.
  18. И тем не менее, я приношу свои извинения Александру за факт публикации его письма ко мне — несмотря даже на то, что в нём обсуждается чисто деловой вопрос (по его роду занятий) и отсутствуют какие-либо личные детали, не подлежащие разглашению. Всякий раз я ощущаю себя слегка «не в своей тарелке», когда открываю закрытое. — Ранее я никогда не поступил бы (и не поступал) столь эксцентричным образом, считая подобные поступки выходящими за кодекс чести и comme il faut. Однако теперь, в полной мере столкнувшись с подлостью мира кланов и тотальной необязательностью отдельных лиц, мои правила стали иными. Начиная со вчерашнего дня я не считаю себя вправе скрывать ничьи поступки (чести или не’честия, без разницы), так или иначе связанные с Моим Делом. Начиная со вчерашнего дня я считаю, что каждый должен в полной мере нести ответственность за свои слова, особенно если они приводят к локальной катастрофе. Благодаря подобным словам и лицам — в том месте, где раньше могла быть отдельная громадная территория, созданная мною, теперь навсегда осталась — пустота. Достоин ли хотя бы один шаг на этом пути, чтобы быть забытым?.. Жизнь Фридриха, Эрика, Александра — тоже состояла из таких шагов. И мои книги (в своей человеческой части) посвящены тысячам подлостей и сотням неиспользованных возможностей. Именно здесь и заключена моя непримиримость с тем социальным животным, которое называется Обыватель.
  19. Отдельный маленький комментарий из человеческой помойки... Даже если просто промахнуть сказанное здесь через запятую или тире — не всё покажется вполне понятным. Однако я (как знаток внутренних предметов) могу сказать без лишних экивоков: здесь буквально за каждой фразой кроется история, о которой можно составить отдельный роман (чаще всего — «роман в подлостях»). Или хотя бы комментарий (такой же).
  20. К сожалению, я вынужден... — хотя и не сам, конечно, но всё-таки вынужден. Понуждаемый своей дурно скрываемой социальной дисфункцией..., и с дурно скрываемым сомнением глядя на этот текст, который, вероятно, покажется до крайности непонятным: к чему он тут?.. — Казалось бы, мой дорогой друг, и какие ещё могут быть проблемы с «книгами, которых не было»? — имея столь восхитительный отзыв (почти пани гирек, известную польскую даму) очередного издателя об авторе (да и не просто издателя, а известного профессионала в своей области..., и местного авторитета, несомненно). — И что́, какие ещё тут могут быть проблемы?.. Почему нужно вспоминать и цитировать подобные отзывы, хвалебные до неприличия? «Ваше величество, вы — гений». И точка. — Что дальше? Нужно понимать так, будто бы на следующий же день в кабинете Автора раздаётся звонок, — цветы в корзине, контракт в портфеле, деньги в банке, альфонсы в магазине... — Вот в том-то и дело, дорогой мсье, что всё не так. И даже совсем не так. О том-то и речь... — Пожалуй, проще и точнее всего было бы описать дальнейшее в трёх словах, всенародно известных и любимых (или при помощи их адекватной замены). К примеру, такой: «а вот те хрен!..» А дальше..., длинный забор. И на нём надпись. Всего несколько букв..., но зато каких!.. — О, mama mia!
  21. К слову сказать, так называемое «предложение» от г.Свиньина написать книгу о своём деде М.Савоярове на поверку также оказалось полным фуфлом (прошу прощения за употребление специфического изд(ев)ательского термина, но другим словом назвать этот предмет попросту — невозможно...) Дальше, вслед за подобными эскападами может следовать только — Карманная Мистерия.


Ис ’ точники

...не следовало бы наивно полагать, что у него и в самом деле было такое лицо, по слабости — в последний год его жизни. Разумеется, он сделал такое лицо специально, чтобы оно у него такое и было, поскольку он уже давно имел такое лицо...
Алле после всего [26]


  1. Михаил Савояров. «Слова», стихи из сборника «Синие философы»: «Вдаль» (1916) (отрывок опубликован в книге «Альфонс, которого не было», стр.51: эпиграф к третьей главе «Альфонс, которого не было»).
  2. Иллюстрация.Юрий Ханон. Первая (внешняя) обложка книги «Альфонс, которого не было» (Сан-Перебур, Центр Средней Музыки, 2012 год). Экземпляр кожаный (оранжевый, версия-1, сделанный задолго до публичного тиража), бумага жёлтая грязнёная, на фото: экземпляр №2 из второго пробного тиража.
  3. 3,0 3,1 3,2 Эрик Сати, Юрий Ханон. «Воспоминания задним числом». – Сана-Перебург: Центр Средней Музыки & Лики России, 2010 г. 682 стр. ISBN 978-5-87417-338-8
  4. 4,0 4,1 4,2 4,3 4,4 4,5 4,6 4,7 4,8 Юрий Ханон. «Альфонс, которого не было» (издание первое, «недо’работанное»). — Сан-Перебург: «Центр Средней Музыки» & «Лики России», 2013 г., 544 стр., ISBN 978-5-87417-421-7.
  5. Юр.Ханон, Аль.Алле, Фр.Кафка, Аль.Дрейфус. «Два Процесса». — Сан-Перебур, Центр Средней Музыки, 2012 г. — изд.первое.
  6. Иллюстрация. «Чёрный квадрат» Альфонса Алле, (каким он мог быть). Псевдореконструкция (февраль 2009) картины 1882 года, показанной в октябре того же года на выставке «Отвязанного искусства» под названием «Битва негров в пещере глубокой ночью» (название приведено не точно, к тому же — намеренно). Reconstruction de Yuri Khanon, fe 2009, — archives de Yuri Khanon.
  7. Юр.Ханон, «Мусорная книга» (том первый). — Сана-Перебург. «Центр Средней Музыки», 2002 г.
  8. 8,0 8,1 Юрий Ханон. «Альфонс, которого не было» (издание первое, «недо’работанное»). — Сан-Перебург: «Центр Средней Музыки» & «Лики России», 2013 г., 544 стр., ISBN 978-5-87417-421-7.
  9. 9,0 9,1 9,2 Иллюстрация. — Альфонс Алле (с фоторисунка 1890-х годов). Почтовая карточка из популярной серии «писатели Франции». — Парижское ателье «Кантин & Берже». Cliche «Cantin et Berger», Paris (1890-е годы).
  10. Иллюстрация.Юрий Ханон. Первая (внешняя) обложка книги «Альфонс, которого не было» (Сан-Перебур, Центр Средней Музыки & Лики России 2013 год). Экземпляр из общего тиража: оранжевый, версия-1.
  11. Иллюстрация.Юрий Ханон. Первая (внешняя) обложка книги «Альфонс, которого не было» (Сан-Перебур, Центр Средней Музыки & Лики России 2013 год). Экземпляр из общего тиража: жёлтый, версия-2.
  12. Иллюстрация. René Magritte, «Hommage a Alphonse Allais», gouache sur papier (1964) — archives de Yuri Khanon.
  13. Иллюстрация.«Зелёный квадрат Альфонса Алле» (каким он мог быть, и не был). Псевдо’реконструкция (апрель 2009) картины, якобы показанной в октябре 1884 года на выставке «Отвязанного искусства» под названием «Сутенёры в расцвете лет, лёжа на животе в траве, пьют абсент» («Des Souteneirs, encore dans la Force de l’age et le Ventre dans l’Herbe boivent de l’Absinthe»). Pseudo’reconstruction de Yuri Khanon, fe 2009, — archives de Yuri Khanon.
  14. Иллюстрация. Alphonse Allais, «Deux et deux font cinq» (Paul Ollendorf, Paris, 1895, Oeuvres Anthumes). Archives de Yuri Khanon
  15. Иллюстрация.Ernest Chausson, compositeur français (1890). Фотография из фондов Bibliothéque nationale de France. Эрнест Шоссон — в должной должности «женерального секретаря Национального Совета французской Музыки».
  16. Иллюстрация. Alphonse Allais, caricature: Guirand de Scevola (1890-94) Из книги: Юрий Ханон, «Два Процесса». Francois Caradec: «Alphonse Allais» — Paris, Librairie Artheme Fayard, 1997. Archives de Yuri Khanon
  17. Иллюстрация. «Красный квадрат» Альфонса Алле, (каким он мог быть). Псевдореконструкция (февраль 2009) картины 1884 года, показанной тогда же на выставке «Отвязанного искусства» под названием «Сбор урожая помидоров на берегу Красного моря апоплексирующими кардиналами» (название приведено не точно, к тому же — намеренно). Reconstruction de Yuri Khanon, fe 2009, — archives de Yuri Khanon.
  18. Иллюстрация. — Президент французской республики (третьей) Феликс Фор, официальная фотография (1896 год). Юрий Ханон. Из книги «Два процесса». — СПб.: Центр Средней Музыки, 2012 г. 568 с. — (стр.570)
  19. Иллюстрация.Татьяна Савоярова с только что изданной книгой «Альфонс, которого не было» (август 2013 года). Экземпляр из общего тиража (оранжевый вариант оформления, версия-1).
  20. Иллюстрация.Юрий Ханон. Первая, внешняя обложка книги «Чёрные Аллеи» (Сан-Перебур, Центр Средней Музыки, 2014 год).
  21. Юр.Ханон, Аль.Алле: «Чёрные Аллеи». — Сан-Перебур, Центр Средней Музыки, 2012 г. — 648 стр.
  22. 22,0 22,1 Юрий Ханон: «Не современная Не музыка» (интервью с Олегом Макаровым). — Мосва: «Научтехлитиздат», журнал «Современная музыка», №1-2011, стр.2-12
  23. Иллюстрация. Фотография, а также окружающая графика взята из книги: Юрий Ханон, «Альфонс, которого не было». — Сана-Перебур, Центр Средней Музыки & Лики России, 2013 г. — стр.18
  24. Иллюстрация. Alphonse Allais, «Marche Funèbre composée pour les Funérailles d’un grand homme sourd». — «Альбом Перво-Апреле́сков», «Album Primo-Avrilesque», Paris, Ollendorf, 1897. («Траурный марш на смерть великого глухого»)
  25. Иллюстрация.Поль Гаварни, «Cavalleria trombettista sul cavallo» (Отъезжающие). Courtesy of the British Museum (London). Акварель: 208 × 119 mm, ~ 1840-е годы.
  26. Иллюстрация. — Альфонс Алле, фотография в последние три года жизни (иллюстрация из книги: Юр.Ханон «Альфонс, которого не было»).


См. так’же

Ханóграф : Портал
AA.png

Ханóграф: Портал
NFN.png




см. дальше →





Red copyright.png  Автор : Юрий Ханон.  Все права сохранены.    Red copyright.png  Auteur : Yuri Khanon.    Red copyright.png  All rights reserved.

* * * эту статью может исправлять только сам Автор.
— Желающие сделать какие-то дополнения, могут их отправить напрямую — по адресу, которого нет.



« stylet & scalped by Anna t’Haron »