Цвет и консистенция (Натур-философия натур)

Материал из Ханограф
Перейти к: навигация, поиск
« Цвет и за́пах »
         из цикла « Детские про(ж)екты »
автор : Юрий Ханон    ( для вторичной скотины )
Чёрный след человека Дым до небес

Ханóграф: Портал
EE.png


Содержание



рф-01.   Консистенция и — цвет

( ещё один  способ разговора ) [комм. 1]


(из цикла «Резус фактор») [комм. 2] ( тетрадь Геронтолога ) [1]

. . . л ы с о м у  п о д л е ц у  п о с в я щ а е т с я . . .



      Они-то думали, что никто не узнает, как это у них было ... на самом деле, — но они как всегда просчитались.  Смотрите:  а вот как это было на самом деле! — я вам сейчас всё прямыми словами расскажу.

...вот так они собрались втроём и решали: «что будем дальше с ним делать»...
Мы здесь втроём... [2]


   — Да-да, именно прямыми, до предела прямыми, — а не как они сами, с позволения сказать... С большой наличностью во рту и с фигой (тьфу ты, «с фугой», я хотел сказать) под столом...[комм. 3]


   ...как-то раз, а было это не важно когда и не важно где, в общем, примерно лет пять назад, под мосвой это было, на одной го..., пардон, я хотел сказать, го’сударственной дачке..., ну так вот, – собрались они между собой втроём, по-приятельски, потому что если они втро’ём ничего не смогут здесь решить, то кто ж тогда вообще здесь сможет что-нибудь решить. Вот потому-то они собрались (втроём на дачке у самих себя в вотчине, как я уже сказал) и стали чего-то такое решать между собой. Втихомолку.

...и как будто ни в чём не бывало...

   — Ну вот, значит, я и говорю: на дачке (втроём) они сидят, в общем, слово за слово, слово за слово, а главный-то их, Петя и говорит вдруг, вот так, напрямки:

– Слушай, (говорит) они мне надоели. Ты глянь сам: почему это они, старым делом, должны сидеть при бабках, а мы здесь у них — как бы не при делах. Сбоку... В конце-то концов, у кого власть? У кого основной аппарат..., вот этот. Да, аппарат подавления. В общем, хватит сопли жевать, пора бы и к делу перейти... По-большому. Как настоящие парнишки... Я вот думаю теперь так, по-простому — а что если устроить месячник такой, ударными темпами..., и каждого из этих жирных котов — взять! — да под ноготок, без особых реверансов... Прямым, значит, текстом: либо плати крутые бабки раз в месяц, это обязательный взнос, чисто — за позволение, да ещё и сверх того ещё отслюнивай по всякому случаю, когда мы ему скажем, что «надо», — либо давай, вращай оглобли, да и вали отсюда с большой скоростью, покудова жив остался. Самому-то, небось, не по наследству от бабушки фирма обломилась. Чай, и так уже довольно насосался народной кровушки, с наличностью пополам. Не рублями брал, мешками таскал: лимонов да ярдов двумя пальцами не пересчитать. — Вот, значит, тебе и хватит, вот, значит, и пора поделиться с людьми... Потому что люди-то, небось, тоже не последние. Правильные люди.[комм. 4]


...вот так и собрались они втроём, дым до небес...
примерно так оно всё и было... [3]

...Ну и Сеня, значит, ему тоже прямо в тон отвечает, — почти так же ласково и тихо :

— Ну да, ты это всё отлично придумал, Петя, — так он говорит... Ментовка, если что́, у нас прямо под рукой, все как шёлковые: прокурор, спецназ, чека, следаки́, судок (с судейками) тоже ласковый ручной, — в общем, всё тип-топ, а кто не согласится, тому можно и дверью прищемить..., кое-что. — Слегка, для начала. А если слегка не понял — тому можно придавить и посильнее, для облегчения..., принятия решения. А потом — выпустить, вали-мол, пташка, да подальше, за бугорок. Лети — да смотри, не оглядывайся. В общем, прощай, каплун жареный, и не поминай лихом. — Послушай моего слова..., они ещё пото́м спасибо скажут, что не догола раздели и ещё пожить... позволили. Кто на бугре, кто за бугром, всяк со своим бугром...

...само собой, Петя всё это слушает, усмехается втихомолку, да посмеивается себе, знать.

...А народ-то, слышь, народ как доволен-то будет, что нашим свеженьким хрякам жирок-то повыпустили. И главное — носу не подточишь! — снаружи всё чисто, гуманно, подмыто... — Блеск!..., почти как задница полированная. Ну, подумаешь — с десяток отожравшихся гусей отлетят в тёплые края, погогочут там годик-другой за бугром, да и — заткнутся, родимые, в своей навозной куче. А главное — денежки, денежки-то все здесь, на месте денежки. Хорошо бы только сопли не мазать по стене, — и раскрутить всё живенько, стометровочкой, — чтобы ко второму сроку уже никто не галдел и не слонялся под ногами.

...в общем, думаю, вы меня поняли... И они друг друга тем более поняли.

— Поулыбались, погалдели ещё негромко, вполголоса, да на том, значит, и — порешили.

А ведь они всё так хорошо придумали, эти трое. Эта машинка, простая и надёжная как трактор, знай-только подливай солярочки..., и ни в чём ей не было сбоя.[комм. 5] — Да ведь поначалу всё так и получалось: гладко-не гадко, как по писанному ехало, маслицем слегка смазанное. Жирные крысы и коты прогибались один за другим и делали всё как велено, а которые прогибались недостаточно или как-то не слишком охотно — так им намекали прозрачно ... кое о чём, и спустя неделю — вопрос был решён..., — их видели уже в Буэнос-Айресе на главной ихней Штрассе или посреди Пятой Сквер-Гарден Авеню.

...вот такая, значит, сволочь, по простому...
...и всё это из-за него одного...[4]
Короче: всё у них устроилось как нельзя лучше. В точности — по плану.

   Но потом появился он (этот...) — и всё испортил, буквально — всё. Падла, мелкая тварь. Упрямый идиотишка. И главное: в какой неподходящий момент!..., ёлки-палки. — Когда приборчик работал безотказно, когда ветчина сама лезла по банкам, когда машинка ехала как заведённая, и даже с опережением графика. Как заказывали: чисто, брито — лучше английского газона.

— Красота!.., шёлк, — и даже добавлять не хочется.

   — Они, было, хотели уже закончить всё до конца года, поставить большую зелёную ёлку (как это у нас принято со времён одного пе́тиного свояченика), да и выйти всем втроём на народ — в белых штанах. Или не втроём, нет, пускай лучше петя один выходит. Это у него классно получается..., как влитой выглядит. Вот пускай и собирает ягодки. Урожай вчерашний... В общем, и не так, чтобы очень надо, но хотелось..., показаться. По-хорошему, душевно выйти вот так, в белых штанах, открыть рот как следует, да и сказать всем им: во!.., глядите! Мы это сделали. Никто не верил, а получилось. Да ещё и как получилось!.. Подчистую! Во как!.. — Потому что мы всё теперь можем. И мы их сделали. В общем, гляди, народ, — и радуйся на нас: всё теперь чисто, как штаны по заказу, — мы это сделали, у нас это вышло, веселитесь и пейте квас, потому что теперь — всё наше, — всё белое, как из стирки.

— Тьфу ты, чёрт!.. Жалость какая.

   И тут как на зло он..., этот гнойный идиот упёрся — как баран..., да ещё и начал артачиться. В общем, вёл себя как тухлая паста из тюбика. — И давал мало, и разговаривал без должного уважения, вроде как — «сами дураки», — говорил, и (в конце-то концов) даже свалить за бугор отказался. Вот так: взял и напрямки отказался!.. Придурок вонючий. — И что?.., оставить его так, пускай кочевряжится?.. Ну уж дудки, дураков нет..., вот и пришлось из-за этой его дурости вляпаться ... в грязь. Повернуть обшлаги, засучить штаны и — черпать...
   Само собой, так просто это не прошло. И дело сразу застопорилось. И машинка завязла, забуксовала на месте... — Суды, туды, пересуды... Прокуроры, следаки, суета всякая нездоровая... Знамо дело, всяка тварь запах добычи чует. И лезет сразу мордой в корыто.

Визжат, толкаются, бранятся... — вонь, брызги во все стороны.
— Даже слушать противно.
...и всё на свете он один испортил, поганец чёртов...
« Дух Демократии » [5]

   — Короче: не вышло из-за этого придурка..., мыльного пузыря... по-простому да по-скорому. Теперь, значит, всё наперекосяк поехало, как по тундре неогороженной, по кочкам, по буграм... И дело хорошее не закончено, и главное: что штаны — уже совсем не того цвета. Вроде как выходишь к народу (в белом), а морда-то вся — скоромная, вроде как — в дерьме. Или нет, это нехорошее слово. Скажем иначе: не в дерьме вся морда, а — в нём, в говне, значит. Вот просто-таки в нём, в своём собственном, и не просто так, как-нибудь, а вся, снизу доверху.
   — И ещё эти вопят, которые со своим с... ливером окопались, да отсиживаются по щелям всяким: дурак-мол, зачем чижика съел. Небось, по-пьяни. — Козлы. Понятно, что шваль мелкая, человечишки гнойные, но всё-равно как-то неприятно. Глаз не колет, но раздражает... И хотелось бы себя хорошим чувствовать, шёлковым, да теперь — никак. И всё это, главное дело, из-за него, чисто — овца паршивая, всё стадо — он испортил..., один..., ну... или — почти один.
Такое, пожалуй, нельзя оставить без внимания. Наказуемо, потому что. Как в библии сказано: «а за глаз дай ему в глаз, а за ногу — значит и за ногу»... Хорошо сказано. И очень верно. А значит..., и пусть сидит теперь..., там, — как пыль, дерьмо лагерное.

Мелочь, конечно, но теперь весь салат испорчен, всего одной мухой.
— Вроде как при бабках..., и победили, а штаны ..., штаны-то уже всё равно — не белые.

Ну, значит, так тому и быть. Только наперёд зарубите себе под носом — он это сделал, — он, а не мы. И теперь пускай все знают, что это всё из-за него, только из-за него мы теперь будем уже не в белых штанах. А в коричневых. Навсегда...

И получат за это все — сполна. И те, которые с ливером, и те которые не при делах...
Потому что цвет штанов два раза не меняют. — Уже проверено. Без вариантов.

— Это я Вам,  —  как сам Петя   говорю.




( форма внутреннего разговора ) каноник Юр.ХанонЪ   
( состав 11 но.207, [комм. 6]влажна рвота )












Пояс ’ нение


...легендарный президент Франции, безвременно почивший на рабочем месте...
президент Феликс Фор [6]

   К сожалению, всё это случилось слишком поздно. Только теперь, когда я обескуражен и не могу ничего нормально пояснять. Тут, насколько я понимаю, какое-то недоразумение с лучи’ лось, потому что публиковать подобную хрень и чушь, с позволения сказать, это совсем не в моём репертуаре.[комм. 7] И даже не в савояровском. А потому, прежде в’сего, я здесь вынужден принести свои глубочайшие извинения..., всем, кого оскорбил, задел, смазал или даже случайно ударил по лицу большим человеческим ботинком. Прежде всего..., скажем прямо и без лишних слов: да, это эссе. И мне за это искренне стыдно.[комм. 8]

   — Это эссе, мадам (несмотря на то, что оно и в самом деле было написано в указанный выше день и час, который указан чуть выше), — на самом деле, было бы куда вернее признать его «несуществующим» или хотя бы «не бывшим» (как Анну Леопольдовну, например).[комм. 9] Потому что ... с той поры, как штаны сделались «не белого цвета» (а случилась эта метаморфоза уже очень давно, если кто-то смог сосчитать годы, гады и года), то и говорить обо всём этом стало совершенно бесполезно. И здесь, насколько я понимаю, содержится главная мысль этого эссе (не скажу из какой субстанции)...[7]:233 Мысль, которую (в общем-то) не грех и повторить. Потому что цвет штанов два раза не меняют. — Уже проверено. Без вариантов... И ещё: получат за это все — сполна. Все... Без исключения. И те, которые с ливером, и даже те, которые не при делах. Собственно говоря, последние годы (прошедшие с тех пор) отчётливо показали: да, это в самом деле так. Получили сполна все. И продолжают получать. Потому что граница..., или черта (ни черта) была тогда пройдена. И возвращения (с тех пор) не ожидается. Напротив.

   — Ага, теперь становится более понятно... Так вот, значит, из какого человеческого пластилина появилось это эссе, всё насквозь провонявшее чем-то липким и коричневым... Ну да, оно старое. И даже почти антикварное: «из русской старины», как бы написал тут дедушка Пургенев.[8] — Пускай оно старое, пускай не сегодняшнее, пускай даже вчерашнее или поза (вчерашняя), но увы. Оно решительно не устаревает. Несмотря даже на лысину..., блестящую. Или сцанкции. Серое, коричневое, ещё слегка тёплое, оно (это эссе из человеческого материала) продолжает пахнуть, чадить и делать всё и вся вокруг себя.[7]:172 Так сказать, всю вашу (нашу, их) жизнь. Без остатка (как не хотелось бы сказать). — А в противном случае, разве имело бы смысл выносить его из избы? — Потому что оно (я повторяю) стало результатом — всей — вашей — жизни. А затем, в свою очередь — сделало всю её..., вашу жизнь. От начала и до конца. И ни на гран меньше.

        — Впрочем, и не больше — в свою очередь.

   Однако, ещё раз извинившись и откланявшись на прощание, я продолжаю своё пояс’нение. В тот же день (как я уже говорил, это было 11 нобря 207 года), это эссе было записано (голосом автора, как это ни странно) в качестве фонограммы с контрастным (анти)музыкальным сопровождением и отослано — куда положено.[комм. 10] Разумеется, ответ (как всегда) был идеальным..., поскольку его попросту не последовало. — Не будем (напрасно, всё напрасно) заблуждаться. Срок давности — давно минул. И ныне я (окончательно и бес поворотно), как жена Цезаря, выскоблен и очищен ото всех подозрений (как государственного, так и частного бес...порядка). Вот почему сегодня, слегка отряхнутое от пыли и вытащенное из старого шкапа с нафталином, это ошибочное и нехорошее эссе заняло своё место в ряду всего прочего, за что я уже принёс свои извинения и ещё (несомненно) принесу их в будущем. В том будущем, с позволения сказать, которого не последует. Тем более, что всё сказанное здесь..., и (тем более) здесь не сказанное (но показанное в нескольких жестах) — сегодня кажется — не только точным..., но и в точку. К сожалению, ещё не всё кончено. И не всё позади. Мерзкий идиот продолжает своё шествие по поверхности земли. И будет ещё продолжать в том же духе... Всё хуже и хуже. — Ещё пять лет, десять, двадцать..., в конце концов, ещё полвека или даже целый век...[7]:295 — Не меньше.

        — Впрочем, и не больше — в свою очередь.

   В конце концов, ведь далеко не одно оно..., это неприятное и грубое эссе..., выполненное в форме запаха и цвета (его штанов) — не может быть воз (принято) иначе, чем игрушка. Маленькая коричневая игрушка..., с блестящей лысинкой (на товарной стороне). С каждым годом... всё более и более блестящей. Для тех, кто понимает. — Как и всякий бравый человек, часть рода человеческого, этот автор не смог остановиться сразу — на чём-то одном, — пускай и недостигнутом, а затем ещё и попытался объять необъятное...,[9]:114 ну..., хотя бы слегка.[7]:293 Примерно таким же образом, как и главный (герой этого эссе). К слову сказать, не только он один выстроил своё здание на этой субстанции (даже не на песке). Примерно того же цвета. Запаха. И консистенции. — Можно сказать, ничуть не рискуя ошибиться, что и все остальные (дружными рядами) последовали их примеру, всего лишь выявившему главную закономерность..., так сказать, деталь человеческого общежития... Пока не прозвучал последний сигнал трубы. И ещё ничего — не закончилось. Вся их жизнь — целиком и полностью — построена на них самих и потому (неизбежно) имеет все их основные черты... В конце концов, превращаясь в них самих — и в эту субстанцию. Отнюдь не ругательного свойства. Только — назывного. Беспристрастно и тихо, как вселенский бухгалтер, я это говорю. Так было и так будет. — День за днём. Год за годом... Пока не кончился их маленький век, число которому ничтожно, как бы велико оно не казалось сегодня и здесь: из-за спины очередного товарища... в пиджаке. — Как всегда, оно очень мало́. И ни на каплю больше.

        — Впрочем, и не меньше — в свою очередь.

   В конце концов, оно..., это эссе ... выполненное в форме известной консистенции, цвета и запаха, оно ровным счётом ни на что не рассчитывает — и не ставит перед собой ни одной задачи, кроме самой скромной. Здесь и сегодня, в этом бес’причинном месте, давным-давно накрытом серым пиджаком (типично бюрократического покроя) от одного итальянского портного, не пристало иметь ещё какие-то задачи. Или даже цели. — А потому, не строя особенных иллюзий, я прошу считать моё маленькое конституциональное эссе — всего лишь попыткой поставить вам всем маленькое судно..., в то самое место..., откуда вы все пришли и куда очень скоро двинетесь обратно. Только так... — И ни на каплю меньше.

        — Впрочем, и не больше — в свою очередь.

— Но ведь и это я Вам тоже,  —  как сам Петя   говорю...



            





Ком’ментарии


...не нужно думать, что это намёк. Нет, здесь нет никакого намёка...
Эдвард Тайсон,
«Кое-кто» (1699 г.) [10]
  1. Цифра «01» (с мелким уточнением серии «рф»), поставленная наверху и впереди, перед заглавием этого с(т)ранноватого текста, не означает ровным счётом ничего, в том числе и порядкового (вернее сказать, порядочного) но́мера. Точнее говоря, не ноль один, и не просто один, а «ноль-дробь-один», как эта статья занимает своё место в «Тетради Геронтолога» и в цикле «Детские прожекты» (резус-фактор).
  2. Идеологическое эссе «Консистенция и цвет» несёт на лицевой стороне номер «01» (или «нол-один») из цикла «Детские прожекты» (группа «резус-фактора»). И всё же, ничуть не надеясь на верное понимание, я бы маркировал его как проект далеко не детский (к примеру, 21+), но скорее — резусный (хотя и не резонансный). Если присмотреться как следует, станет видно, что эта страница изобилует, так сказать, натуралистическим взглядом на вещи, а также порнографией (совсем не детской). Ибо..., обсуждаемую тему бы(д)ло невозможно обсудить, не снимая последних штанов, а также верхнего слоя кожи. В конечном счёте, точно таким же образом, как вели себя (у всех на виду) главные действующие и без(действующие) лица этой частно-государственной пьесы. Всё же, нужно помнить: не оголив известных причинных мест (не путать со следственными), невозможно ткнуть пальцем в — настоящие причины...
  3. На первый взгляд может показаться, что здесь содержится какой-то намёк или даже скрытая цитата. Должен сразу сказать со всей определённостью: нет, не содержится. Ни намёка, ни скрытой цитаты. Всё до предела прямо и ясно. В точности так, как здесь...
  4. Говоря между нами, это вообще коренной принцип человеческого общежития и краеугольный камень в основании мироустройства общественного здания Homo socialis (или «normalis»). Причём, во все времена и во всех местах. Начиная от протоплеменного (стайного) периода существования людей и кончая..., эти бравые животные всюду носят за собой этот незатейливый багаж. С правильными людьми у них всегда следует делиться. Этот принцип называется «кормление», «налог», «десятина», «власть» — ну..., и ещё полторы сотни примерно таких же невразумительных названий.
  5. А потому ей не было сбоя, что по природе она ехала, не по выдумке какой-то искусственной. Да и не по простой природе, а по человеческой, вот ещё, значит, в чём тут была надёжность отдельная. Можно сказать: с гарантией машинка, да ещё и с винтом. Особенно — по первости.
  6. Эссе (из цвета и консистенции), написанное 11 ноября 2007 года. Даже забавно поглядеть на эту дату. Почти десять лет на зад. Сзади. Позади. И ведь ровным счётом ничего не изменилось. Только лысина пуще сияет..., посреди пустыни. Да ещё, пожалуй, срок закончился. Досрочно. Или напротив...
  7. И даже не просто «с позволения сказать», а ещё и «мягко выражаясь», потому что твёрдых выражений на этот случай уже почти не осталось.
  8. Честно говоря, даже не знаю, что тут ещё можно комментировать. Рука не поднимается сказать, до какой степени всё это мерзко и прискорбно. Пожалуй, воспользуюсь ещё одним удобным случаем (в комментарии) принести свои глубочайшие извинения всем органам. Включая даже определённые..., внутренние. И даже тот «ливер», так некстати упомянутый два раза. Всуе...
  9. К слову сказать, автор эссе то ли ошибается, то ли выдаёт (опять) не полную информацию. К примеру, признавая не бывшей Анну Леопольдовну, нельзя не вспомнить и про Иоанна Антоновича (признанного также не бывшим, как и его царствие). Однако, речь в эссе (если это и в самом деле «эссе», а не что-либо иное) идёт исключительно о «Пете» (или Петре, говоря официальным языком). А значит, Иван Четвёртый тут ни при чём. Короче говоря, оставим это на совести историков.
  10. Упомянутое здесь вскользь «контрастное музыкальное сопровождение» на деле представляло собой одну из «Ошибочных песен» на тексты Библии. Ровно настолько же (ошибочных), как и всё это (глубоко) ошибочное эссе из вашей ошибочной жизни, результатом которой стала очередная ошибка.


Ис’cточники


  1. Юрий Ханон. «Тетрадь Геронтолога» (200-222). Том первый, стр.93-94. — Сана-Перебур. «Центр Средней Музыки», — информация исключительно для внутренней документографии Хано́графа.
  2. Иллюстрация. — Ян ван Эйк. «Мадонна каноника ван дер Пале» (1436). Фрагмент картины (дерево, масло). Jan van Eyck. «Madonna met kanunnik Joris van der Paele» (1436). Fragment.
  3. Иллюстрация. «Три товарища», псевдофумистическая иллюстрация для статьи фумизм (три ювенильных курильщика пускают дым), уличная городская фотография 1910 года, Сент-Луис, «trois camarades», — archives de Yuri Khanon
  4. Иллюстрация. — Kotsende molenpoes bij Woldzigt, een koren — en oliemolen in Roderwolde, Drenthe (не напрягайтесь, написано по-голландски).
  5. Иллюстрация.Татьяна Савоярова ( & Юр.Ханон). — «Дух Демократии» (фрагмент картины: масло, холст, 2014-2015 год). — Tatiana Savoyarova. «The Soul of demokration» (fragment).
  6. Иллюстрация.Феликс Фор, официальная президентская фотография. Юрий Ханон. «Два процесса». — СПб.: Центр Средней Музыки, 2012 г. — 568 с. (стр.570)
  7. 7,0 7,1 7,2 7,3 «Стихи не для дам» (под ред. А.Ранчина и Н.Сапова). Сборник «Между друзьями», впервые изданный в 1883 году. — М.: «Ладомир», 1994 г.
  8. И.С.Пургенев. Полное собрание сочинений и писем в двадцати восьми томах. (Том первый. Стихотворения, поэмы. Статьи и рецензии. Прозаические наброски: 1834-1849). — М.-Л.: Издательство Академии Наук СССР, 1960 г.
  9. «Сочинения Козьмы Пруткова». — Москва: «Художественная литература», 1976 г., — 384 стр.
  10. Иллюстрация.Эдвард Тайсон. «Оранг-Утанг» (карикатура, 1699) — Drawing by Edward Tyson (1699), «Orang-Outang» (а на самом деле шимпанзе-человек).



Лит’ература  ( по...сторонняя )

Ханóграф: Портал
Yur.Khanon.png




См. так’же

Ханóграф: Портал
EE.png

Ханóграф: Портал
NFN.png






см. дальше →





Red copyright.pngAuteur : Юрий Ханон.   Red copyright.png  Все права сохранены.   Red copyright.png   All rights reserved.

* * * эту статью, возможно, и мог бы редактировать или исправлять автор.

— Все желающие сделать замечания или дополнения, — могут зайти за угол и там повторить...

* * * публикуется впервые : текст, редактура и оформлениеЮрий Хано́н.



«s t y l e t  &   d e s i g n e d   b y   A n n a  t’ H a r o n»