Хна (Натур-философия натур. Плантариум)

« ...хоть бы хны, что ли... » автор: Хны Ханон ← Чёртов орех Под крестом и на кресте → Ханóграф: Портал хоть бы хны ( что ли ) Хню ответила: «Я дурой     рождена сидеть в стогу,     полных дней клавиатуры    звуков слышать не могу.   Даниил Хармс: «Хню» Со’цветие лавсонии лавсо́ния невооружённая (часто говорят: неколю́чая), а также лаусо́ния или лоусо́ния..., или, ещё чаще, Lawsōnia inērmis — древний культовый & культурный кустарник или небольшое деревце (высотой в человеческий рост или чуть выше) из божественного семейства дербенниковых, растущий в жарком и сухом (тропическом или субтропическом) климате. Пожалуй, мало кто из людей обратил бы какое-то внимание на этот кустарник, слегка напоминающий лавровишню, если бы не она..., эта — хна... Цвет, запах, привлечение, ритуал, значение, внимание... Обычная история. — Чтоб ты уже заткнулся, что ли, старый кретин?..   — Огонь. Свет. Ещё от самых дальних предков достались нам в память — кострища. Чёрные пепелища, раз и навсегда застывшие тёмными углями... Оранжевый пляшущий огонь — или неподвижные чёрные уголья, чёрный след человека на поверхности чёрной земли. Свет — или темнота? Дым до небес. Сегодня мы видим огонь живым. Или потухшим, будто свидетель прошлого. Они..., то ли люди, то ли обезьяны — точно так же сидели вокруг огня и зачарованно смотрели на его танец, как смотрел на неё всякий HomoS apiens десять тысяч лет назад, или всего сто, или как смотрим — мы... Любое пламя действует гипнотически. В сегодняшнем электрическом мире наше внимание по-прежнему привлекают камины, свечи, и даже бессмысленное мелькание огней в телевизоре, вне всякой связи с содержанием или бессодержательностью передачи. Большинство диких животных боятся огня; одомашненные — к нему постепенно привыкают, перестают обходить стороной; кажется, только собаки от роду любят костёр. Зоологи говорят: уникальность человека среди мира животных проявляется в двух деталях его существования: он владеет речью и огнём. И хотя использование огня прежде всего — утилитарно, однако внутренняя тяга человека к огню в целом не связана с его практическим применением: она иррациональна, бессознательна и продиктована глубинными инстинктами. Когда-то очень давно этот культ — возник у далёких предков человека и сохранился по сей день. Но как только ни искажался он за тысячи лет: в сознании! Или в отсутствии оного! — Культы огнепоклонников. Человеческие жертвоприношения. Костры инквизиции. Разрушительные ритуалы пироманов. Подожжённый и заново отстроенный Рим. Пионерские костры. Вечный огонь в честь павших. Или даже временный..., в честь живых..., тоже временно.:9 К сожалению, эта цепочка следов не ведёт вверх. Никогда — вверх... Но только куда-то в сторону. Очень далеко...   Ну что ж, не плохо для начала, месье...:14 Хотелось бы только узнать: а при чём тут она..., эта лавсо́ния невооружённая?.., а также лаусо́ния или лоусо́ния — это небольшое деревце или дикий & культурный кустарник из семейства дербенниковых, растущий в жарком и сухом климате... Кстати (или некстати) говоря, распространённый в основном — по Северной Африке и на Среднем Востоке. Культивируется более всего — в Судане, Египте и Индии. Там, значит... Может быть, автор (опять) ошибся? Или съел что-нибудь не то, вчерась...   Потому что хотелось бы всё-таки понять: о чём тут идёт речь... — Или ни о чём, во всяком случае. Чтобы не тратить время на пусто..порожнее чтение. Про лоусонию..., а также лавсо́нию или лаусо́нию..., без’оружную. — Или неколючую..., в крайнем случае. Чтобы можно было кое-что себе уяснить, затем углубить понимание..., и наконец, сделать кое-какие выводы. Ради какой-то хны. В конце концов, разве не для того существуют на свете статьи о растениях?.. — Ах..., да чтоб ты уже заткнулся, старый кретин...   Оранжевый или бордовый... Иногда — красный..., с отблеском. Даже откровенно медный. Любой яркий цвет воспринимался ими как сигнал. Угроза или опасность. — И не обязательно только кровь. Или огонь. Или даже шкура.., с пятнами. — Но во всех случаях они поднимали голову и переставали есть...:41   Лавсо́ния (иногда лаусония или лоусония) невооружённая..., или неколючая, а также лаусо́ния или лоусо́ния (Lawsonia inermis) — высокий и густо облиственный кустарник, похожий на деревце (чуть выше человеческого роста) из семейства дербе́нниковых (Lythraceae), растущий в условиях жаркого и сухого климата. По ночам плотные кожистые листья лавсонии выделяют специфический запах, который трудно назвать приятным. Распространён во многих странах Северной Африки и Среднего Востока. В наибольшем количестве выращивается в Индии, Судане и Египте С древних времён имеет также лекарственное и ритуальное применение, о котором трудно сказать что-либо определённое. Или напротив... Поскольку кустарник лавсония (а также лаусо́ния или лоусо́ния...) обладает очень сильными антисептическими свойствами, то его с незапамятных времён используют для обработки ран, швов, а также для лечения кожных заболеваний и болезней костей. Ещё в хадисах Тирмизи Умм Салма сказано с какой-то странной решимостью: «ещё при жизни пророка Мухаммеда (а также Мохаммеда или Мухаммада) не было ни такой царапины, ни раны, на которую в целебных целях не наносили бы порошок из её листьев». Не в силах справиться с приступом отвращения, я вынужден прервать свои слова. Хотя и не для того, чтобы приняться за какие-то следующие... Николай Ге «Что́ есть истина» (1890)   Сделать из живого — неживое... Будничное дело: раз плюнуть. Убить, съесть, растоптать, превратить любую жизнь — в дерьмо (желательно, собственное)... Наконец, подохнуть самому — от болезней или вследствие проникновения инородного тела... Всегда это было — едва ли не самым важным делом. Для них. — Огонь, который потух. Оранжевые языки пламени — ставшие чёрными угольями... Зелёный лист, ставший серым и безжизненным... Да, пожалуй, последнее особенно ценно...   Из высушенных листьев лавсонии невооружённой (вооружённые люди) издавна готовили порошок — для ритуальных и лечебных целей... Поначалу это выглядело — как волшебство, но постепенно они привыкли... Это стало частью их повседневной жизни. Ради краткости — порошок из высушенных листьев кое-где назвали «хенной» или «хной»... Пожалуй, этим следовало и закончить. Им... хоть кол на голове теши. А по-прежнему — хоть бы хны. Как будто только вчера превратились... в подобие человека..., так и оставшись — недоделанным. Так сказать, на полпути. Или просто на пол. Пожалуй, здесь и скрыто главное противоречие. Природы... Их природы, — я хотел сказать...   Хна..., хны, хной, хню... (от арабского: حنا, Henna, al henna или alhinna) — значит, яркая органическая краска (измельчённый порошок) из высушенных листьев лавсонии... Лавсонии невооружённой, а также лаусо́нии или лоусо́нии... Хна традиционно использовалась племенами и народами для ритуального и декоративного украшения тела во многих африканских, арабских, а также островных странах. В Европе порошок хны долгое время употреблялся в качестве общепринятой краски для волос и бровей. Хна придаёт волосяному покрову животного насыщенный медный цвет и красивый красновато-оранжевый блеск, она делает волосы более жёсткими, густыми и пышными, хотя и не обладает настолько сильной красящей способностью, чтобы полностью заменить естественный цвет волос. Последнее обстоятельство позволяет волосам выглядеть более естественными, чем в случае применения синтетических красителей. Есть сведения, что ещё пророк Мухаммед (а также Мохаммед или Мухаммад) неоднократно использовал хну (по назначению). Впрочем, не будем обольщаться: он отнюдь не был первопроходцем. За многие тысячелетия до него, ещё с эпохи бронзового века (а также и несколько лет до его наступления), хна применялась в качестве красителя для шерсти, шёлка, волос, кожи и ногтей. Или, возможно — наоборот: кожи, шерсти, волос, ногтей и шёлка... А также и всего остального, в пределах возможного. — Так они говорят сегодня... И как всегда, в их словах нет — самого главного... Того же, чего и в них — самих... Итак: вопрос задан?   — Да..., нечего сказать: поистине головокружительную карьеру сделал человек, некогда скромный сапрофит, старинный соперник обезьян и гиен, любивший полакомиться падалью и подножным кормом. Начиная свой послужной список с са́мого непритязательного собирательства и открытия палки-копалки, постепенно он смог нащупать (действуя практически — в полной темноте! — под сводом своего черепа) безотказный выигрышный ход против всей остальной природы: соединив отдельные жалкие силы и такие же умы — в совокупную силу и такое же со’знание (составленное в основном из накопленного общего опыта). С той поры каждый новый человек начинал свой путь уже не от уровня земли (природного значения, от которого когда-то поднялись с четверенек его волосатые прародители), а усвоив наследие мёртвых предков, накопленное десятками поколений — задолго до его рождения. Таким путём уже не отдельный человек стал природным организмом, а — племя, клан, народ и, наконец, всё человечество. В целом... — То человечество, которого не было. И не будет.:333-334   Значит, всё-таки — она... « Хна »... — Натуральный растительный краситель, порошок из мелко перетёртых высушенных листьев африканского небольшого деревца или кустарника лавсонии энермис, а также лаусо́нии или лоусо́нии (Lawsonia inermis). Хна представляет собой зелёный порошок (тусклого цвета хаки), поскольку в сухом состоянии доминирующим в нём является — хлорофилл. Однако главный пигмент хны — это жёлто-красный лавсон, проявляющий себя при повторном перетирании порошка в жидкой среде. Чистая хна имеет цвет огня, она может окрасить волосы, кожу или ногти в оранжево-красный, красно-коричневый или рыже-красный тон. Современная хна для крашения волос чаще всего — индийская или иранская. Цветовая гамма иранской хны шире, но зато индийская отличается постоянством тона. В современном западном обществе, насквозь проникнутом духом потребления, значение хны (этого культового, ритуального и тотемного красителя племенных времён) свелось к чисто декоративной функции. Без лишних слов,:350 при помощи лавсо́на отдельные субъекты человеческого социума пытаются увеличить яркость собственного тона. Выделиться. Показать себя. Или привлечь внимание... — непременно, оставаясь в ритуальных рамках нынешнего обывательского сознания... Нужно ли и говорить, до какой степени рудиментарным стало это сознание? Забавно себе представить... То сознание, которого и не было... Татуировка хной (на женской руке)   Пожалуй, во все времена это был самый страшный хищник для наземных приматов..., а затем и наших предков. Разумеется, я говорю о леопарде. До сих пор одно только упоминание этого хитрого и ловкого зверя наводит страх на индийские деревни. Или не индийские... Ещё с тех давних пор его окраска ― жёлтая, оранжево-жёлтая или светло-кофейная с чёрными пятнами ― самая яркая для нашего под..сознания и глáза, более всякой другой приковывающая наше внимание (эту особенность до сих пор используют в рекламе, на светофорах или в дорожных знаках). Скажем, ночью вы едете на машине, и вдруг в свете фар где-то на обочине дороги вспыхнули два жёлтых огонька ― это всего лишь глаза кошки, но вы чувствуете, как внутри вас всё холодеет и на мгновение останавливается. Но какой же испуг вас ожидает, если ночью в лесу — в упор наткнётесь на два жёлтых горящих кружка с чёрными серединками-зрачками! Или среди листвы, залитой оранжевым солнечным светом внезапным обманом зрения угадаете маску ― «морду леопарда», поджидающего добычу. Старый как этот мир сигнал опасности у нас — в крови, и нам не нужно учиться узнавать эту маску, дети пугаются её сразу. Тем более причудливо это выглядит, что большинство людей уже десятки веков — поколениями — не видели леопарда иначе, чем на картинках или в зоопарке. Эти хищники давно внесены в Красную книгу, они не едят людей, и самая большая опасность на ночной дороге ― это машины... Но врождённая программа продолжает предупреждать нас о смертельной опасности вовсе не автомобиля, а чёрно-жёлтой пятнистой бестии.:87   Обладая прекрасными антисептическими свойствами, хна до сих пор используется для нанесения декоративных и ритуальных татуировок: рыжих, оранжевых, огненно-красных и почти чёрных. Но какой жалкой пародией показались бы современные татуировки — для племенного человека..., в те времена, когда всё тело, весь воин, жрец или вождь, должен был нести на себе посвящение огню, солнцу или — тигру, хозяину той территории, на которой люди нашли себе временное место... Утвердить свою принадлежность, пускай даже и надев маску, — любыми средствами обозначить свою причастность непреодолимой силе, будь она небесная или земная. Показать: кто здесь на самом деле — хозяин. Оттеснить себе подобного. Защитить себя. Пожалуй, из стран близких к Европе (заранее выпуская из этого числа Индию и малайские страны) — в Марокко сильнее других сохранилась традиция ритуальных татуировок посвящения... Пускай и в редуцированном виде, однако, до сих пор не утерявшую своих форм... Ноги и руки, реже всё тело покрывают — концентрическими полосами или чередующимися пятнами: чёрными, чёрно-зелёными, красными и оранжевыми. — Большое спасибо. Очень трогательно (было бы) услышать...   В некоторых местностях западной Африки до сих пор сохранился обряд инициации, когда созревшую для интимных отношений девушку прежде всего ведут — к идолу главного божества, и только потом — в «casa das tintas», празднично убранную хижину, где под звуки кастаньет и песню женщин ― «уже она молода, уже ей нужен мужчина» ― какая-нибудь старуха раскрашивает её тело в полосатый красно-оранжевый цвет, а затем она принимает многих мужчин, но может совершать с ними половые сношения лишь при закрытых дверях...:73   Даже в этой... Европе, хну (до сих пор) используют для нанесения безопасных и временных татуировок. Активные действующие вещества, входящие в состав лавсонии, не только очищают и питают кожу, но также имеют выраженное противогрибковое, противовоспалительное и вяжущее действие. Как утверждают вечно врущие врачи, хна — гипоаллергенна и не имеет никаких возрастных противопоказаний (ни для взрослых, ни для детей). Даже для беременных или кормящих женщин хна не противопоказана. Кроме волос на голове, хной нередко красят брови и ресницы. яркие холмы бросали      тонкие стрелы теней хню прыгала через овраги и тени холмов превращали         хню в тигрицу хню рукавом смахнув слезинку бросала бабочек в    плетёную корзинку. ( Даниил Хармс: «Хню» )   Почему мы всякий раз вспоминаем «Витязя в тигровой шкуре»..., даже в тех местах, где отродясь не видели леопарда. К счастью, он был и есть далеко не всюду на земле... Говоря по большому счёту, на плечах истинного (человеческого или обезьяньего) героя должна быть шкура, снятая с африканского леопарда. В колыбели человечества, Африке, где водятся и другие красивые кошки — лев и гепард — тем не менее, вожди украшают себя только шкурой леопарда или изделиями из неё. Вне всяких сомнений, именно он, леопард — самый опасный хищник для всех живущих в саванне обезьян. Он охотился и на всех наших предков, он (наверняка) охотится на людей и поныне! Где-то там, где нас нет..., но где царит общий страх. Павианы боятся его всю жизнь. И всё-таки может настать тот потрясающий день, когда старый вождь стаи переломит в себе этот страх и навяжет леопарду смертный бой. Он погибнет, но — докажет, что не только один страх образует всю их жизнь...:217   Магометанский Восток до сих пор является главным поставщиком духо́в. Первое место среди них занимает мускус, тем более что сам пророк оставил чёткую рекомендацию употреблять — именно эти духи́. Однако вторым номером, наряду с мускусом, значительную роль в магометанском мире играют цветы алхенны (Lawsonia inermis). Под этим именем имеется в виду то же самое растение, которое широчайшим образом употребляется на Востоке для окрашивания ногтей. По всей вероятности, оно было известно и у древних египтян. Соннини писал сто лет назад о своеобразном запахе алхенны: «Эти цветы распространяют самый приятный запах. Женщины носят их, украшают ими свои комнаты, приносят их с собой в баню, держат в руках, душат ими грудь. Они не могут успокоиться, что наравне с ними этой привилегией пользуются христианки и еврейки. Запах алхенны, если вдыхать его вблизи, переходит в ясный запах мужского семени. Если сдавить цветы между пальцев, то их запах усиливается и заглушает всякий другой. Ничего нет удивительного, что такой драгоценный цветок послужил восточным поэтам темой для многих прелестных деталей и любовных сравнений».:141 Лицо врага (леопард)   У многих племён был непреложный закон, данный самой природой: всякий желающий стать вождём (или напротив, сохранить своё место в случае сомнений) должен был собственноручно убить хищника из семейства кошачьих — к примеру, леопарда, льва или тигра (если речь шла о Старом Свете). Но даже и в Новом Свете закон оставался прежним, только имя хищника менялось: там это был ягуар или пума (за неимением леопарда и льва). А уж шлем из головы кошачьих или их шкуры на плечах — почти повсеместный атрибут всякого вождя во все времена. Троны «великих племён» были покрыты шкурами тех же зверей. Их изображения — находились у входа в резиденции. Скульптуры оскаленных голов — (вероятно, отрубленных) в массе украшали архитектуру царских домов на обоих полушариях земли (не говоря уже обо всём остальном). Притом, хищники-мясоеды из числа не’кошачьих (к примеру, волки или медведи), не бывшие столь агрессивными потребителями наших предков в Африке, такой популярности — не получили. Разве что только в тех краях, где крупных кошачьих нет вовсе, и о них даже не слыхали...:218   И чем крупнее, в полном согласии с ростом её общего, совокупного организма — становился первородный Изъян старинной обезьяны, тем больше крепчало вечное желание казаться себе прекраснее, сильнее, выше (или хотя бы забыть о нём). Один человек превращался в ничто, но зато все вместе — становились «величием». Татуировки мельчали, но зато желания — росли до небес и выше... Добраться до космоса, например. Создать оружие непреодолимой силы. Или завоевать очередной «Гондурас», самый большой и красивый на свете. Но тогда... хоть бы один взгляд им бросить внутрь себя! Давно сытые и покойные, откуда же в них эта неистребимая жадность до новых приращений? ― но нет, их алчные глаза вечно направлены куда подальше (или напротив, к соседу за забор). Кажется, никогда не кончаются их погони и захваты очередных территорий силы и власти, поскольку нападая и тесня, всякий раз они пытаются ещё и ещё отодвинуть свой внутренний страх и самого себя, слабого и вечно увечного человека земли.:543 Вопреки всему: цвет огня. Шкура леопарда. Или сжигающее пламя солнца... Что ж, они его получат. Хотя и не с той стороны, откуда ждут... Совсем не с той... Но до поры..., — до поры им — всё хоть бы хны..., — если понимаете...

AppendiX ( или портативный цитатник для желающих хоть бы хны ) Хна прозная Мешки с хной (Стамбул) ➤    Банщик, который натирал меня поярковою рукавицею, начал действие изъявлением своего восторга насчёт редкой, истинно мужской, красоты моего тела. Затем уверял он меня, что никогда не мог я прийти в баню в счастливейшую минуту: только что ушёл отсюда один знаменитый хан, получивший от шаха почётное платье за привезение из Исфагана первых дынь; он был послан в баню шахскими звездочётами, которые избрали для него это именно время, как самое благополучное для парения тела и надевания обнов. Треск, производимый искусною рукою в моих суставах, раздавался по всему зданию; круглые куски мыла, бритвы и комки лоснящейся краски летали вокруг моей головы, как планеты вокруг солнца; и хна, полотенца и простыни двигались по моему мановению. Я был счастлив как нельзя более. Я завязал купленные вещи в платок и пошёл к баням. Доро́гою купил я себе ещё красные шёлковые шаровары, зелёные туфли с высокими каблуками и синюю шёлковую рубаху. В бане, где отсутствие искусственной оболочки делает всех людей равными, я легко внушил парильщикам и служителям высокое о своём достоинстве понятие, приказав натирать себе тело поярковою рукавицею со всею утончённостью этого небесного наслаждения; подавать гиль, едкую мазь для истребления волос на коже; брить голову, освежать лоск на усах, бороде и кудрях, ниспадающих за ушами; и готовиться к крашению моих ногтей, ладоней и подошв золотисто-оранжевым цветом хны...   — Джеймс Мориер, «Похождения Хаджи-Бабы из Исфагана», 1824 ➤    Мы слыхали, что французы умеют делать парчи и серебряные подсвечники; но чтоб они были в состоянии совершать подобные чудеса, о том до нашего понятия никогда не доходило. Правда, кое-что было у нас известно о предпринятом ими грабительском набеге на Египет, потому что кофе и хна вдруг вздорожали на Востоке.   — Джеймс Мориер, «Похождения Хаджи-Бабы из Исфагана», 1824 ➤    ― Дядюшка Фетхали говорит, что я ещё слишком молода, ― примолвила она почти грустно. ― А что говорит твоё сердечко, малютка моя? ― возразила смеючись Аджа-ханум. Кичкене резко схватила бубен, висевший на стене, и, колебля его звонки между расцвеченными хной пальчиками, вместо ответа пропела известную песню ― «Пенджарая гюн тюшты»: Для чего ты, луч востока, Рано в сень мою запал?..   — Александр Бестужев-Марлинский, «Мулла-Нур», 1836 ➤    Перед глазами пестреют точёные, наподобие шахматных башен, пагоды, в которых толкутся расписанные различными красками брамины и факиры, белые горбатые телята с цветочными венками на рогах, полуобнажённые женщины в поручнях и кольцах, орошающие водой бесчисленное множество маленьких идолов и цилиндрических камней. Порой проносятся чужеземные всадники на выкрашенных хной и индиго конях, с надетыми через плечо луком и стрелами без колчана за спиною, словно мифологические боги. <...> Кроме этого я встречал по временам таинственные экипажи, закрытые сверху донизу намётом из красных или испещрённых цветами тканей, запряжённые парой быков, то белых с позолоченными рогами, то окрашенных красной и зелёной краской, то испещрённых хной с головы до копыт...   — Алексей Салтыков, «Письма об Индии», 1874 ➤    Этот растительный порошок, употребляемый персами для окраски своих волос, ногтей, ладоней и пяток, ― получается из ежегодно засеваемого в Индии, южном Хорассане и вблизи города Езда, травянистого растения, представляющего (по уверению нашего астерабадского консула) вид бальзамины с разноцветными цветочками со шпорами. Из Хорассама отправляют сухие листья и веточки этой кустообразной травы в Езд; здесь измельчают её в порошок, который упаковывается в маленькие мешочки и отправляется на продажу во все закоулки мусульманского мира шиитского толка. ― Лучшая хна ― индейская.   — Павел Огородников, «Очерки Персии», 1874 ➤    Было очень жарко и я облегчился до сорочки, конечно, с дозволения его высочества, который, в свою очередь, снял шапку и, поправив рукой европейскую прическу своих шелковистых чёрных волос с прелестным красноватым оттенком от хны, ― сбросил с себя сардари и архалук и остался в одном туго перетянутом ремнём ситцевом коба, обнаруживая привязанную ремешком к правой руке повыше локтя медную бляху с надписью, прикрывавшую сумочку с какою-то молитвою, а к левой серебряный футлярчик, вероятно, тоже с молитвою или талисманом, хотя «хозяйн» и говорит, что это «так себя для украшения».   — Павел Огородников, «Очерки Персии», 1874 ➤    Прилагать ко всем историческим явлениям статистический или иной подобный специальный метод, имеющий свою особую сферу применения, ― всё равно что лечить все болезни хной.   — Василий Ключевский, «Записные книжки», 1893-1899 ➤    Старик Гассан вырос в этом ауле. В молодости он выезжал отсюда только в набеги на русские станицы; но когда глаза его стали плохо видеть, а душа охладела к боевым приключениям, он засел в скале и стал только принимать участие в джамаате. Влияние его на нём росло, и он вместе с другими «почётными стариками» стал красить себе бороду в красное — хною, занимал в мечети место у решётки, за которой заседали муталлимы, и во всех процессиях ему принадлежала завидная роль нести перед муллою саблю и рубить голову жертвенному барану, кровь которого непременно должна была брызнуть на ступень мечети. <...> Старик Гассан оправил на поясе кинжал, с которым горец не расстаётся даже у себя в сакле, крикнул Селтанет, чтобы та подала ему пистолеты и папаху, опять надел на плечи длинную тавлинскую шубу и с важным видом сошёл в тень и прохладу закоулка, круто поднимавшегося вверх к мечети. По пути его нагнал другой «почётный старик», тоже с окрашенною хною бородою, но в зелёной чалме.   — Василий Немирович-Данченко, «Аул», 1902 ➤    От судов к бесчисленным пакгаузам и обратно по колеблющимся сходням сновали грузчики: русские босяки, оборванные, почти оголённые, с пьяными, раздутыми лицами, смуглые турки в грязных чалмах и в широких до колен, но обтянутых вокруг голени шароварах, коренастые мускулистые персы, с волосами и ногтями, окрашенными хной в огненно-морковный цвет.   — Александр Куприн, «Гамбринус», 1906 ➤    Первым пришёл торговец сырыми кожами Матюгов, высокий старик с большим животом, с седой окладистой бородой и красным лицом, говоривший всем про себя, что он не только патриот, но и «столп отечества»; на груди его висели две медали за две коронации: одна ― тёмная на красной ленте, другая ― белая на голубой ленте. Однажды в пьяном виде он сломал себе ногу и с тех пор ходит с палкой, прихрамывает и воображает себя пострадавшим героем. Пришёл ещё один торговец никому не знакомый, сумрачный и молчаливый; если он и отвечал иногда на вопросы, то говорил больше непонятными междометиями: «делишки ― хны; денежки ― турлы, обстоятельства ― хрю!»   — Николай Телешов, «Крамола», 1906 ➤    Магометанский Восток до сих пор является главным поставщиком духóв. Первое место среди них занимает мускус, тем более что сам пророк рекомендовал употреблять именно эти духи. Наряду с мускусом, значительную роль в магометанском мире играет цвет алканны (Lawsonia inermis). Это то же самое растение, которое употребляется на Востоке для окрашивания ногтей. По всей вероятности, оно было известно и у древних египтян. Соннини писал сто лет назад о своеобразном запахе алканны: «Эти цветы распространяют самый приятный запах. Женщины носят их, украшают ими свои комнаты, приносят их с собой в баню, держат в руках, душат ими грудь. Они не могут успокоиться, что наравне с ними этой привилегией пользуются христианки и еврейки. Запах алканны, если вдыхать его вблизи, переходит в ясный запах мужского семени. Если сдавить цветы между пальцев, то их запах усиливается и заглушает всякий другой. Ничего нет удивительного, что такой драгоценный цветок послужил восточным поэтам темой для многих прелестных деталей и любовных сравнений».:141   — Иоганн Блох, «История проституции», 1913 ➤    — Проплескались? Будить других пора. Скорее! У меня чтоб ― хны!.. Четверо мальчишек на разные голоса отозвались: ― Хны!.. Хны!.. Сергей Михалыч, хны!.. — Никто в колонии не знал, что это слово значит. А у Мартынова оно всё. Хны ― хорошо, хны ― плохо. Хны ― быстро и ловко. Что хочешь. И только в колонии Гришка от него это слово услыхал. Это мартыновское здешнее слово. Для своих.   — Лидия Сейфуллина, «Правонарушители», 1922 Хню из леса шла пешком ногами месила болота и глины хню питалась корешком рога ворона малины или хню рвала побеги веселого хмеля туземца рощь ( Даниил Хармс: «Хню» ) ➤    Если бы я знал, что её можно утопить, я бы сам привесил ей камень на шею. Если бы я знал, что от неё можно убежать на край света, я бы давным-давно глядел в чёрную бездну, за которой ничего нет. Осенние липы похожи на уличных женщин. Их волосы тоже крашены хной и перекисью. У них жёсткое тело и прохладная кровь. Они расхаживают по бульвару, соблазнительно раскачивая узкие бёдра...   — Анатолий Мариенгоф, «Циники», 1928 ➤    Существует много видов мумий. Самые древние находят в Мемфисе. Они чёрного цвета ― и так высохли, что ломаются от прикосновения. Мумии из Тэбэна имеют блестящую жёлтую окраску, а ногти у них выкрашены хной ― краской, которой доныне красят себе ногти, бороды и усы жители Востока...   — Карл Мейер, «Искатели мумий», 1928 ➤    Я отлично помню, у меня был нашейный платок — я ужасно люблю нашейные платки, а этот особенно! — и я к нему пришла — а у него флюс — а я обожаю, когда больны! А особенно — когда красивые больны — тогда они добрее... (пауза)... когда леопард совсем издыхает, он страшно добрый: ну, добряк!!   — Марина Цветаева, «Повесть о Сонечке», 1937 ➤    И когда она приезжала, то оказывалась в центре внимания, тем более ― ходила в ярко-красном сарафане на бретельках с голыми загорелыми плечами, волосы медные не от хны, а от природы, фигуристая, у нас любят, чтобы женщина имела при себе всё, что полагается, умели это ценить, наш город славился своими красавицами, конкурировал в этом смысле с городом Сумы...   — Анатолий Рыбаков, «Тяжёлый песок», 1977 ➤    Шамиль был и прекрасным полководцем. Поначалу он лично участвовал в боях: с рыжей, окрашенной хной бородой, в окружении телохранителей, на неизменном бело-сером коне в яблоках, он символизировал удачу. Всё больше горцев присоединялось к нему, всё меньше оставалось покорных своим ханам и русскому царю...   — Дмитрий Степанов, «Имам Шамиль», 1994 ➤    ― Скушаешь и не подавишься. На балкон Стукалкина и Долбилкина вылезли: одна чёрная, другая рыжая ― обе Гали. Химия у них на голове: у одной химия чёрная, как птица галка, у другой рыжая, как шампунь от хны...   — Светлана Василенко, «Шамара», 1994 ➤    Воро́ны сосредоточенно клевали отбросы. Роман подрулил к ободранному вагончику бомжей и, хотя из трубы шёл невзрачный дымок, заходить не стал. Погудел, прислонил бутылки к двери и отъехал, помахав вышедшему хромому мужику. ― Хна на спирту́ не интересует? ― крикнул ему вдогонку бомж. ― На стекольный для шампуней завезли. Коньяком отдаёт, только моча чёрная.   — Сергей Каледин, «Записки гробокопателя», 1999 ➤    ― А с арабами жить сложно. Как думаешь, есть у арабов тараканы? ― Тараканы всюду есть. Они как евреи, их отовсюду гонят, убивают, а им хоть бы хны, живут и живут! Богом избранные твари! ― А я чуть было не убил сегодня одного. Огромный, величиной с ладонь...   — Дмитрий Липскеров, «Последний сон разума», 1999 Хню к телеграфному столбу для отдыха прислонилась потухли щеки хню. Во лбу окно стыдливое растворилось в траве бежала змейка высунув гибкое жало в ее глазах блестела чудная копейка хню медленно дышала ( Даниил Хармс: «Хню» ) ➤    Поели в Латинском квартале. Оттуда Эльза отвела меня в парикмахерскую, шикарнейшую, где я отчётливо объяснила парикмахеру, что я ненавижу красные волосы и что я хочу остаться в том же виде, что хна, что басма и т.п. После чего меня выкрасили именно в этот ненавистный мне цвет, причем это непоправимо до тех пор, очевидно, пока не вырастут новые волосы! Я в ужасе! От парикмахера к Лафайетт ― я категорически отказалась что-либо мерить, устала как собака...   — Василий Катанян, «Лиля Брик. Жизнь», 1999 ➤    Это Шаляпин на весь двор гремит и никого не боится. Я присел, низко пригнулся. Ясно вижу: надкрылья вибрируют, друг дружку задевая, отсюда и звук: стрекотанье ли, пенье ― кому как. Гляжу я, а ему ― хоть бы хны. Замолчал. Развернулся на крутой крыше поудобнее, мощный зад приподняв повыше, и пошёл заливаться. Поёт и поёт...   — Борис Екимов, «Память лета», 1999 ➤    Украшение президиума ― пышная, начёсанная и в цвет хны выкрашенная парикмахершами причёска Бирюковой, яркий рот. Чем прославился этот представитель женского пола, какие деяния совершил ― сие тайна великая есть. Но полжизни провела в президиумах, президиум ― её постоянное местообитание, она там привычно размещается. И все вместе они ― мощная декорация...   — Григорий Бакланов, «Жизнь, подаренная дважды», 1999 ➤    Был властителем Манчжурии, а хотел стать новым императором Китая... У самого была кличка Дун-Бей, а бандиты его звались «хунхузами» ― «краснобородыми». ― Довольно странные военные отличия. ― Хной красили... ― пояснил Яков Моисеевич.   — Дина Рубина, «Наш китайский бизнес», 1999 ➤    Всё мог делать по дому. Детей, когда те были маленькими, мыл сам, безжалостно зажимал между колен, намыливал головы, попадало мыло в глаза или нет, его не касалось, дети верещали, а ему хоть бы хны. Вроде как бельё выстирал, отжал, чистое ― гуляй!..   — Виктор Розов, Удивление перед жизнью, 2000 ➤    ― Вредное производство у нас при том, ― продолжал Плотвичкин, ― что наш народ какой-то отравленный, точно он купороса нанюхался и не ведает что творит. Ну как же так: древняя культурная нация, самая многочисленная в Европе, а чужаки над нами изгаляются, как хотят! Например, грузин и еврей десять лет грызлись за господство над русским народом, а мы глядели ― и хоть бы хны! Как известно, дорогие товарищи и товарки, в конце концов, к власти пришёл грузин...   — Вячеслав Пьецух, «Русские анекдоты», 2000 ➤    Очередь извивается в три кольца. И вот через головы и плечи кивает ему, подмигивает и даже делает жесты ручкой крепкая женщина средних лет. Миша тоже вежливо кивает, улыбается. Движение очереди сближает их, и женщина с рыжими от хны волосами говорит: «Здорово, Данилов!..»   — Сергей Юрский, «Вспышки. Заключительная глава книги», 2001 ➤    А Эс-Сувейра ― это большая любовь. Приехав однажды, она не смогла уехать. Купила дом и поселилась. Мария Александровна повела нас туда, куда туристы не ходят ― в маленькие галереи художников, в арабские кварталы, где дети бросаются целовать в знак приветствия, а в домах за обшарпанной дверью прячутся удивительные мозаики на стенах, резные кедровые панели на потолках, старинные ковры и светильники, обтянутые промасленной кожей с тонкими рисунками хны, как на ступнях и ладонях местных женщин. Купить бы всё это, увезти с собой кусочек Марокко, ― мечтала я...   — Марина Каминарская, «На краю атласа», 2002 ➤    ― Ой, пешком не ходите. Там на дорогу из леса ночами выходят леопарды. Смотрю, Лёня идет ― уши горят, опять весь красный, и говорит возбуждённо: ― Леопарды, блин! Ну, вообще!!! Мы напугались и боимся идти ― пять километров по ночному лесу. Сразу представили себе, как нас рвут леопарды с голодным урчаньем. Откуда-то из глубинных недр всплыл этот первозданный ужас быть ночью в лесу растерзанным диким зверем. Решили вернуться обратно в ночлежку, битком набитую преданными...   — Марина Москвина, «Небесные тихоходы: путешествие в Индию», 2003 ➤    ― Зачем вообще было создавать человека, не вложив в него изначально, как во всякого жука, этику поведения? Вот и получили историю, состоящую из одних войн, побоищ, катастроф, гильотин, геноцида и газовых камер, ― с намёком говорю я ему, после чего он уже ничего не отвечает, косит в сторону и поминает Гулаг. Светлый холм утыкан слепыми камнями безвестных надгробий. У тех, чьи кости лежат тут, теперь другое имя, племя, темя, время... Дымка древней Тингитаны. Звенят тамтамы, всхлипывает смычок, и босые ступни в узорах алой хны месят горячий желток песка. <...> Оказалось, что арабы женщин не берут на кладбище не только потому, чтобы они не досаждали Богу своим плачем, но и потому, что они ― символы жизни (очевидно, в отличие от мужчин ― инкубаторов и разносчиков смерти). Национальная одежда берберок называется «кафтан» (!), хотя носят и колоколообразные хламиды, чтобы мужской волчий глаз не мог бы различить форм и округлостей фигуры. На ступни и тыльные стороны ладоней (на то, что видно) женщины наносят узоры красно-жёлтой хной, которая правильно называется «хенна» и вырабатывается из листьев растения с нежным любовным названием «лавсония» (лав плюс сон плюс симфония). Вспомнилась площадь Казнённых в Марракеше, где пузырится нефритовый купол мечети Кутубия XII века, а на минарете видно что-то, напоминающее виселицу... Неужели вешали на минарете?..   — Михаил Гиголашвили, «Красный озноб Тингитаны: Записки о Марокко», 2006 ➤    Духота спала, и этот чайник ― последний. Во дворах, на углах, балконах баджишки, с вымаранными хной пальцами, сидя на корточках или по-турецки, хлещут овечью шерсть, начинку перин, после мытья и просушки. Тут же приторговывают из мешочков горелыми семечками, подсыпают ещё вместо сдачи и вновь ловко стряхивают и снимают ребром ладони насевшие на прут облачные клочья. <...> Рассветное солнце залило поля, заслепило. Дети на улицах необыкновенно красивые ― глаза в пол-лица, но малышей родители ещё украшают хной, румянами, тушью, отчего иного ребёнка можно испугаться. Будем проезжать Лахор, учёная столица Пакистана. Пакистан не однообразно враждебный, там можно найти друзей...   — Александр Иличевский, «Перс», 2010 ➤    Ей не хотелось быть похожей на мать, а хотелось быть как Наташа. Ольга отре́зала коротко, как у сестры, волосы. В результате Наташа ходила с модной стрижкой, Ольга ― с вороньим гнездом. Потом Ольга стащила у матери пакетик хны и дома, обляпав всю ванную, перекрасилась, намазывая голову старой зубной щёткой, чтобы краска ровнее ложилась. Когда смыла, отшатнулась от зеркала ― голова стала медно-красной. Ещё раз помыла голову ― цвет держался. Она перестала есть ― худела...   — Маша Трауб, «Ласточ...ка», 2012 Хна стишная Соцветие лавсонии ➤    Каждое утро по улице красиво идёшь ты.     Хороша! Красиво надеваешь алый шёлк поверх зелёного.     Хороша! На тонком стане твоём золотой пояс с эмалью.     Хороша! На выкрашенных хною руках золотые браслеты.     Хороша! Каждое утро разбрасываешь кудри.     Хороша!   — Василий Немирович-Данченко, «Пир в ауле», 1902 ➤    В первой любила ты Первенство красоты, Кудри с налётом хны, Жалобный зов зурны...   — Марина Цветаева, из цикла «Подруга», 1916 ➤    Цветы и локоны отдельно. Не хватит ста моих горстей! Сброд всех шерстей и всех мастей! От льна голландского младенца До хны турецкой. Уроженцы Всех стран. Вся страсть от А до Z — Лети, чудовищный букет!..   — Марина Цветаева, «Феникс» (картина третья), 1919 ➤    Нет, не боюсь, я не боюсь, хоть весь трясусь и говорю: дни наши сочтены, и дни тебя, и дни меня, везде стена, стена страна, стена страны, стена огня, стена людей, стена стены, и стены стенам не видны, Но ей всё это — хоть бы хны. Всё хоть бы хны. Хоть ни стены. Хоть ни огня. Хоть ни страны. Всё хоть бы хны, хотя б сто грамм, Ей хна за храм, и хна за гроб, А после, значит — хоть потоп...   — Михаил Савояров, «Рыжая бестия» (из сборника «Сатиры и сатирки»), 1919 ➤    И я вижу, как знойное солнце пылает, Леопард, изогнувшись, ползёт на врага, И как в хижине дымной меня поджидает Для весёлой охоты мой старый слуга...   — Николай Гумилёв, «Абиссиния», 1921 ➤    На солнце хны рыжеет кровь, Как ржавчина, в косичке мелкой, И до виска тугая бровь Подведена багровой стрелкой.   — Софья Парнок, «Безветрием удвоен жар...», 1922 ➤    Сеном и соломой завален грунт, Жеребята заливались в дискант тонко, Мозолями бодался бычок игрун Средь груды зимней антоновки. Кто-то плясал под дудочку ― дуй его! Пауком по дырочкам ногти от хны...   — Илья Сельвинский, «Буранск — город сытый. Хлебный вывоз...» (из цикла «Улялаевщина»), 1924 меня уж больше не тревожит Земля ведущая беседу о прекращении тепла шептала хню своему соседу меня уж больше не атакуют пути жука точильщика ( Даниил Хармс: «Хню» ) ➤    В ласковый лак, лад юношеской луны пела по тракту арба на волах. Степь? Ночь? ― Хоть бы хны...   — Георгий Оболдуев, «В ласковый лак...», 1924 ➤    На боку гной, В каштановых космах урожай сединок, И быть бы им крашенными красною хной, Если бы не подоспел Лошадиных...   — Илья Сельвинский, «Несмотря на эпидемию и пестроту наций...» (из цикла «Улялаевщина»), 1924 ➤    Куда пойдёшь, кому расскажешь На чьё-то «хны», Что в солнечной купались пряже Балаханы́?..   — Сергей Есенин, «1 мая», 1925 ➤    Женщина с носом, раскрашенным хной, Розы на пяльцах вышивает ногой; По улицам рыщут собаки и люди, Султанша танцует на серебряном блюде, И с восходом зари И навстречу ветрам Стонет зеленобородый имам...   — Эдуард Багрицкий, «Восток и запад», 1926 ➤    ― Подозрительный ты стал,     дорого́й! Он мне нужен     для надоби другой ― а для пудреницы,     хны и помады и платочки чтобы     не были помяты.   — Семён Кирсанов, «Разговор с бывшей», 1930 ➤    Она же, спутав акварели, Звенела песнею штрафной, И волосы её горели, Слегка подхваченные хной...   — Александр Прокофьев, «Смерть поэта», 1931 ➤    Она и не умела быть иною, всё было так с девичества у ней: и волосы, подкрашенные хною, темнее у корней,        багровый рот...   — Борис Корнилов, «Люся», 1936 Закат хны ➤    Здесь травка, словно тронутая хной, Асфальт приподымает над собою, Здесь грязи отливают синевою: Копнёшь ― и задымится перегной...   — Илья Сельвинский, «Кокчетав», 1954 ➤    Но рядом Азия стеной глинобитной, В накрапах охры и рыжей хны, С усмешкой скрытной и необидной Следила в тёмном углу чайханы...   — Павел Антокольский, «Канатоходцы», 1958 ➤    У себя, с гулящей бабой, Спит Матвей и хоть бы хны. В это время ангел слабый Сочиняет ему сны...   — Давид Самойлов, «Романтическая баллада», 1968 ➤    На земле и на голых досках, на снегу засыпал ― хоть бы хны! Даже видел цветные сны! Но теперь мне нужны удобства...   — Борис Слуцкий, «Удобства», 1973 ➤    усталое железо чей расцвет поделен между ржавчиной и светом вечернего подкрашенного хной приплюснутого солнца ― да и нет отчётливых границ, присвоенных предметам и ноющих, как шов, от боли неземной...   — Виктор Кривулин, «Мычанье на закате», 1996

AppendiX-a Ком’ментарии Ис’точники Лит’ература  ( и со хной, и хоть бы хны ) Ханóграф: Портал Д.Губин, Юр.Ханон. «Музей Вождей». — Лениград: программа «Монитор» от 8 апреля 1990 г. Д.Губин «Игра в дни затмения» (Юрий Ханон: интер...вью). — Мосва: журнал «Огонёк», №26 за 1990 г. — стр.26-28 Юр.Ханон «Музыка эмбрионов» (интервью с Максимом Максимовым). — Лениград: газета «Смена» от 9 мая 1991 г., стр.2 Юр.Ханон. «Лобзанья пантер и гиен». — Мосва: журнал «Огонёк» №50 за декабрь 1991 г. — стр.21-23 Юр.Ханон, «Скрябин умер, но дело его живёт» (интервью с Кириллом Шевченко). — Лениград: газета «С...мена» от 13 ноября 1991 г., стр.7 С.Кочетова. «Юрий Ханон: я занимаюсь провокаторством и обманом» (интервью). — Сан-Перебург: газета «Час пик» от 2 декабря 1991 г., стр.11 Юр.Ханон. «Александр Николаевич (январские тезисы)...» (к 120 годовщине со дня рождения А.Н.Скрябина). — Сан-Перебург: газета «Смена» от 7 января 1992 г. – стр.6 (и последняя) Юр.Ханон. «Моя маленькая ханинская скрябиниана». — Мосва: журнал «Место Печати» №2 за 1992 г. — Приложение: к 120-летию со дня рождения А.Н.Скрябина, стр.102-135. Юр.Ханон: «Эрик-Альфред-Лесли, совершенно новая глава» (во всех смыслах). — Сан-Перебург: «Ле журналь де Санкт-Петербург», № 4 за 1992 г., стр.7 Юр.Ханон. «Несколько маленьких грустных слов по поводу годовщины усов» — Сан-Перебург: газета «Смена» от 6 января 1993 г. – стр.7 Юр.Ханон, «Разговор с психиатром в присутствии увеличенного изображения Скрябина», — Москва: журнал «Место печати», №4 за 1993 г. Юр.Ханон. «Скрябин как лицо» (первый обрывок). — Сан-Перебург: «Центр Средней Музыки», 1993 г. Юр.Ханон. «Скрябин как лицо». — Сан-Перебург: «Центр Средней Музыки» & изд.«Лики России», 1995 г. — том 1. — 680 с. — 3000 экз. Юр.Ханон. «Скрябин как лицо» (издание второе, до- и пере’работанное). — Сан-Перебург: «Центр Средней Музыки» 2009 г. — том 1. — 680 с. Ханóграф: Портал Юр.Ханон. «Скрябин как лицо» (часть вторая), издание уничтоженное. — Сан-Перебур: Центр Средней Музыки & те же Лики России, 2002 г. — 840 стр. «Ницше contra Ханон» или книга, которая-ни-на-что-не-похожа. — Сан-Перебург: «Центр Средней Музыки», 2010 г. — 836 стр. Эр.Сати, Юр.Ханон «Воспоминания задним числом» (яко’бы без под’заголовка). — Санкта-Перебурга: Центр Средней Музыки & Лики России, 2011 г. Юр.Ханон «Русский Шумахер» (роман’с без слова). — Центр Средней Музыки, Сана-Перебур (no publier, en un an). Юр.Ханон «Савояры царя Авгия» (третий конденсат). — Сана-Перебур, Центр Средней Музыки, (no publier, en un an). Юр.Ханон «Альфонс, которого не было» (или книга в пред’последнем смысле слова). — Сан-Перебург: (ЦСМ. 2011 г.) Центр Средней Музыки & Лики России, 2013 г. — 544 стр. Юр.Ханон. «Вялые записки» (бес купюр). — Сана-Перебур: Центр Средней Музыки, 191-202 гг. (сугубо внутреннее издание). — 121 стр. Юр.Ханон, «Мусорная книга» (в трёх томах). — Сана-Перебур: «Центр Средней Музыки», 191-202-221 гг. (внутреннее издание) Юр.Ханон. «Не современная не музыка» (интервью). — Мосва: жернал «Современная музыка», №1 за 2011 г. — стр.2-12 «Ханон Парад Алле» (или малое приложение к большому прибору). — Сан-Перебур: Центр Средней Музыки, 2011 г. Юр.Ханон, Аль Алле. «Мы не свинина» (малая ботаническая энциклопедия). — Сан-Перебур: Центр Средней Музыки, 2012 г. Юр.Ханон, Аль.Алле, Фр.Кафка, Аль.Дрейфус «Два Процесса» (или книга без права переписки). — Сана-Перебур: «Центр Средней Музыки», 2012 г. — 624 стр. Юр.Ханон «Чёрные Аллеи» (или книга, которой-не-было-и-не-будет). — Сана-Перебур: Центр Средней Музыки, 2013 г. — 648 стр. Юр.Ханон, Аль Алле. «Не бейтесь в истерике» (или бейтесь в припадке). Третий сборник (второго мусора). — Сан-Перебур: Центр Средней Музыки, 2013 г. Юр.Ханон «Три Инвалида» или попытка с(о)крыть то, чего и так никто не видит. — Сант-Перебург: Центр Средней Музыки, 2013-2014 г. Л.А.Латынин, Юр.Ханон. «Два Гримёра» (роман’с пятью приложениями). — Сан-Перебург: «Центр Средней Музыки», 2014 г. Юр.Ханон «Книга без листьев» (или первая попытка сказать несказуемое). — Сан-Перебург, Центр Средней Музыки, 2014 г. Ханóграф: Портал Юр.Ханон, «ПАР» (роман-автограф). — Сана-Перебур: «Центр Средней Музыки», 2015 г. Юр.Ханон «Неизданное и сожжённое» (на’всегда потерянная книга о на’всегда потерянном). — Сана-Перебур: Центр Средней Музыки, 2015 г. Юр.Ханон «Животное. Человек. Инвалид» (или три последних гвоздя). — Санта-Перебура: Центр Средней Музыки, 2016-bis. Юр.Ханон, Мх.Савояров. «Внук Короля» (двух...томная сказка в п’розе). — Сана-Перебур: «Центр Средней Музыки», 2016 г. Мх.Савояров, Юр.Ханон. «Избранное Из’бранного» (худшее из лучшего). — Сан-Перебур: Центр Средней Музыки, 2017 г. Юр.Ханон, Аль.Алле. «Последний рассказ» (или надгробие гения). — Сан-Перебург: «Центр Средней Музыки», 2017 г. Юр.Ханон, Мх.Савояров. «Через Трубачей» (или опыт сквозного пре...следования). — Сана-Перебур: «Центр Средней Музыки», 2019 г. Юр.Ханон. «Уходящая книга» (вид со спины). — Сан-Перебур: Центр Средней Музыки, 2020 г. Юр.Ханон, Эр.Сати. «Малая аркёйская книга» (или скрытый каталог школы иезуитов). — Сан-Перебур: Центр Средней Музыки, 2021 г. Савояровы : после слов ie. — Сан-Перебур: Центр Средней Музыки, 2023 г. Эр.Сати, Юр.Ханон «Воспоминания задним числом» (издание второе, углýбленное и ухýдшенное). — Сан-Перебур: Центр Средней Музыки, 2025 г. Михаил Салтыков-Щедрин, Михаил Соловьёв-Савояров. «История одного города‏‎‏‎ полная» (по подлинным документам издал Юр.Ханон). — Сан-Перебур: Центр Средней Музыки, 2026 г. См. так’же Ханóграф: Портал Чортов орех, немного Божественное растение Дьявола «Шпинатный зелёный» (чисто, русский индикатор...) Старческий крест христианства Бальзам — на душную Девять сил  (на фоне всеобщей слабости) Зелёная фея — разложения Не-обя-за-тельное-Зло Время, которого нет  (между вчера и завтра) Ханóграф: Портал Траурный марш на смерть великого глухого (не говоря уже о слепых...) Тавто-логия (царица наук) Вселенский разум  самого́ себя Не-обя-за-тельное-Зло Подвешенные кактусы низких земель Венецианский гондольер  ( или ещё раз на дне ) Каменный Гость‎  (или надгробие под балетом) Окоп  ( или первый п’ресечённый балет ) см. д’альше →   Автор : Юр.Ханон (хоть бы хны).    Все права сохранены.   Auteur : Yur.Khanon (and one more).   All rights reserved. * * * эту х’новую статью может исправлять только тот, кого с нами нету и не будет. — Все желающие сделать кое-какие дополнения, могут отвернуться и зайти за угол, или обратиться напрямую — в магазин хны. * * * якобы публикуется якобы впервые, из спец. архива его высочайшего высочества : дряблый текст, ущербная редактура и тусклое оформление — Юр.Ханóн. «  s t y l e t  &   d e s i g n e t   b y   A n n a  t’ H a r o n  »